Русский Бермудский треугольник - Страница 26

Под утро пришел «председатель» с чувством глубокого удовлетворения на лице, грязной и в изодранной одежде – видимо когтей чупокабры не удалось избежать и ему. Он поведал нам о контакте 1, 2 и 3 рода, био-излучении с центром в болоте и на радостях угостил печеной картошкой.

Чуть попозже появились обалдевшие Игорь и Дима с совершенно отсутствующим взглядом, и не слова не говоря, залезли в палатку, попросив не бросать их здесь одних.

Утром они быстро собрались и двинули с нами. На вопрос что случилось, они поведали следующее: все было хорошо, у костра обсуждались всякие аномальные темы, кто что видел, зеленые человечки, НЛО и т. п., ничего не предвещало беды, но тут появился «Буденовец» и начались такие рассказы, что даже потерявшие здоровье на контактах уфологи разбежались по палаткам…

Результаты исследований.

Был произведен частотный анализ полученных данных вариаций магнитного поля и взаимная корреляция по пунктам обсервации и данными удаленной вариационной станции, коэффициенты корреляции во всех случаях идеально и хрестоматийно соответствовали теории и были близки к 1. Другими словами в записях вариаций магнитного поля ничего аномального отмечено не было.

Результаты радиационного профилирования показали несколько повышенный радиационный фон, в целом характерный для этого региона.

Анализ проб грунта неизвестных науке микроорганизмов почему-то не выявил, были выделены фракции тяжелых углеводородов, в некоторых пробах – битумы. Это объясняет повышенный радиоактивный фон.

«Пирамидки» – красочно описанные в уфологическом обществе на поверку оказались кучами шлака из когда-то стоявших медеплавильных печей.

Выводы

Аномальные явления описанные в прессе и очевидцами скорее всего вызваны неумеренным употребление крепких спиртосодержащих жидкостей на «голодный желудок», борьбой с вампирами – типа «комар» с помощью дихлофоса, курением почему-то произрастающей в некоторых глухих местах многолетней травы с характерными остроконечными листьями.

Александр Шатунов (г. Екатеринбург):

«Моя самая первая поездка в Молебскую зону была одновременно и самой красочной на впечатления и самой благостной на погоду. Сплав на надувной лодке Ак-Идель начался в первых числах июня 1991 года от железнодорожного моста через Сылву близ станции Шамары. Сразу по спуску на воду (около 4 утра, самое начало рассвета) мы (я был с женой) услышали странное жужжание, как будто вдалеке работал водяной насос в саду. Звук оставался неизменным почти на всем протяжении сплава, практически до деревни Красный Луг. Этот факт так и остался загадкой для нас. Мы его окрестили «напряжение зоны». Так и говорили – зона включена. В августе звук все еще был слышен, а вот в сентябре он уже отсутствовал. Не было его и в следующем 1992 году, и в 2001 тоже. И мы говорили – зона выключена.

Погода была отменной. Купались и загорали. В глубине вод наблюдали как плавают крупные рыбины. Мальки, в других местах пугливые, здесь заплывали прямо в котелок, ели прямо из рук. Бабочки и стрекозы садились на ладони и одежду. Рядом с палаткой (в 5 метрах) мирно нежилась на солнце гадюка. Вот только вид землеройки несколько озадачил. Она тоже не убегала, но было видно, что она побаивается, слегка дрожит. Такой я ее и запечатлел на пленке.

В Базовом лагере кого только не было. Были даже кришнаиты. Каждый день они утром проходили мимо нашей палатки к подножию скал. Целый день сидели там, распевая мантры и позванивая в колокольчик, а к вечеру возвращались обратно. Мы посетили место, где они сидели. Там из плитняка были сложены маленькие скамеечки и столик. На столике лежали цветы и конфета. Мы собезьянничали: построили такую же скамеечку и столик, посидели немного, положили цветы и конфету и отправились к своей палатке уже ночевать. Идти было чрезвычайно легко, была какая-то эйфория, какой мы не испытывали раньше оба.

В общем, обстановка была настолько дружественна, что я беспечно с голым торсом отправился лазать по буеракам и зарослям окрестностей. Конечно, я нахватал дюжину клещей. Но всех этих тварей легко удалили без всяких последствий.

Атмосфера среди людей была так же весьма дружественной, за несколько дней нашего пребывания в этом месте, где обреталось порядка двух сотен чудаков, не произошло ни одного конфликта, ни одной кражи, хотя палатки в изобилии пустовали без хозяев. Только в следующую поездку (август) там завелся чудаковатый бомж Коля и стали по мелочи пропадать у людей вещи.

От первого посещения остались неизгладимые положительные впечатления. Уже в августе этого же года мы, взяв еще одного приятеля, вновь отправились в Молебскую зону. Но в этот раз помешал начавшийся 19 числа путч. Пришлось сниматься и выбираться обратно в цивилизацию. Зона притянула нас обратно в сентябре. Дул пронзительный холодный ветер, почти постоянно шел дождь, а временами сыпался град. Но положительный эмоциональный настрой легко позволил все это преодолеть.

Было посещение в следующем 1992 году в июле. Почти те же эмоции.

Спустя десять лет в 2001 году в июле мы решили посетить М-зону снова. Лучше бы мы этого не делали. Река сильно изменилась, в воде явно просматривались следы канализационных отходов, берега сильно заросли, галечные плесы покрылись коркой грязи. В зоне было малолюдно и атмосфера была явно напряженной: никто не улыбался, не делился впечатлениями, вообще все были тяжелы на контакт.

Вот вкратце описание всех моих пяти посещений места, которое долгое время привлекало огромные толпы людей и продолжает привлекать энтузиастов и поныне».[31]

Сергей Казанцев (г. Екатерибург) рассказал о своих ощущениях во время очередного похода в Долину ужасов (так окрестили место в Пермском треугольнике, где река Сылва образует крутую петлю) вместе с собкором газеты «Труд» Анатолием Джапаковым и редактором телевидения Николаем Порсевым:

«Через день после нашего приезда сюда меня контузило. Ясным солнечным днем шли мы с Порсевым по лесной дороге, выбирая новый маршрут. Резкий колющий удар в пальцы правой ноги был совершенно неожиданным. Ощущение такое, будто наступил босой ногой на оголенный провод под высоким напряжением. Я ойкнул и сходу проскочил это место. Решили вернуться. По обочине отсчитал десяток шагов и вновь зашлепал своими резиновыми сапогами по середине дороги. Удар повторился. Я остановился на этом месте и начал вести рспортаж, вслух рассказывая то, что чувствовал. Одновременно записывал в блокнот: «Пошло онемение левой голени, правой, поясницы, подгибаются колени… Онемение правого плеча. Подгибаются колени. Рука правая – токовая боль от кисти к локтю. Ломит виски… Давит в затылке. Боль в глазах». В этот момент я не выдержал, побоялся потерять сознание и – заковылял прочь. Боли в голове выключились сразу, а вот кости ноют до сих пор. Потом, для чистоты эксперимента, я вторично навестил «электропровод» на лесной дороге – меня вновь крепко тряхнуло…

Кстати сказать, после посещений Молебкинского треугольника состояние здоровья у «стакера» С. Казанцева заметно ухудшилось. Он стал чаще недомогать, бюллетенить. Причем если раньше, в «дозоновые» времена он не выходил на работу из-за болезни дня два-три, максимум – неделю, то теперь его недомогания затягиваются на полмесяца и дольше. И еще одно – мое личное наблюдение. Когда при встрече с Сергеем Ивановичем, забывшись, тряхнешь при рукопожатии покрепче, так сказать, по-мужски его кисть, мой друг-сталкер болезненно скривится, скособочится весь, только потом медленно, осторожно вернется в нормальное положение, а ведь до М-ской зоны от Екатеринбурга расстояние измеряется сотнями километров!

Ну и, наконец, главный и решающий аргумент против «разломно-психогенной». причины пермских аномалий. Речь идет о совершенно беспристрастных, даже бесчувственных и вполне обьективных – в буквальном смысле (особенно, если иметь в виду фотообъективы) – свидетелях, то есть об инструментальных данных, прежде всего, о фотографиях…»[32]