Русские: стереотипы поведения, традиции, ментальность - Страница 7

Поэтому не стоит упрекать русских в том, что они часто неулыбчивые, грустные, что не стесняются жаловаться на жизнь, и их песни – тоже грустные и наводят тоску. Это не каприз или признаки душевной болезни, но часть их представлений о жизни, к которым стоит относиться с тактом. И если для достижения счастья нужны усилия самого человека, то в несчастье этот компонент личности отсутствует, оно приходит независимо от его усилий и действий, как дождь или ураган.

Понятно, что доброжелательное и сочувственное отношение русских к несчастью определило стереотипы их поведения: они очень откровенны в отношении своих несчастий, чем могут испугать западного человека, не привыкшего к подобным манерам. Западные люди этого избегают, не верят в бескорыстность такого поведения. А русскому свойственна привычка говорить о своих несчастьях, рассказывать о своем горе, не сомневаясь в том, что его внимательно выслушают, а потом постараются понять, помочь, поддержать. Мотив сочувствия глубоко укоренен в русской ментальности и сохраняется до сих пор. В этом виден жизненный опыт народа, много испытавшего, много страдавшего, познавшего нужду и научившегося достойно и без истерики относиться даже к самым большим несчастьям.

Однако не стоит воспринимать русских только как мрачных, вечно неудовлетворенных пессимистов, нытиков, которые способны только лишь жаловаться на жизнь. Это неправда. Веками продолжающийся «недобор счастья», сложная реальность и холодный климат приводит в действие психический механизм компенсации. Это выражается в естественной потребности радоваться жизни «здесь и сейчас», не откладывая возможность порадоваться немедленно, а не когда-то «потом» – в виде результата запланированной акции. У русских развились специфические качества психики, позволяющие находить положительные эмоции в реальной жизни, которая может показаться со стороны непонятной и даже неприглядной. Причем, как об этом говорилось выше, радость совсем не обязательно связана с материальным достатком или комфортом: «Счастья на деньги не купишь», – убеждены многие. Поэтому главная мудрость – уметь радоваться жизни при любых обстоятельствах: «Хоть голый, да веселый». Это естественно и даже просто необходимо для «подпитки» жизненной энергии и стойкости духа. Если бы такой механизм психической компенсации отсутствовал, то жизнь стала бы пыткой, и выход из нее только – или самоуничтожение, или уход в алкогольные (наркотические) грезы. Так часто и происходит, и каждый иностранец может в этом убедиться.

Большинство населения России все-таки отличается здоровьем, в том числе и психическим, и как умеет сопротивляется мрачности жизни, ведь «Веселье – от всех бед спасенье», «Кто умеет веселиться, того горе не боится». Поэтому пусть вас не удивляет любовь и постоянное стремление русских к шумным праздникам и торжествам, которые могут длиться не один день, с застольями, с пеньем и плясками. Сопротивление мрачности жизни у русских выражается в обилии праздников, праздничных, выходных и нерабочих дней. Более недели длятся зимние (рождественские и новогодние) и весенние (пасхальные вместе с майскими) праздники. Вообще любая «красная дата» в календаре может обернуться многодневными «народными гуляниями», особенно если она выпала на воскресные дни: тогда праздники «по решению правительства» растягиваются, захватывая будни. Это выбивает чуть не всю страну из делового ритма и немало изумляет иностранцев: неужели в стране все настолько замечательно, что можно неделями «отдыхать» да праздновать? Эта традиция имеет давние корни.

До революции народные праздники съедали чуть ли не половину рабочего времени и способствовали пьянству. Власти и церковь, как могли, боролись с такой традицией и к концу XIX века сократили количество праздничных дней до 98 (из них 52 воскресенья), что все равно было в 2 раза больше, чем, например, в Австро-Венгрии.

В советские времена праздничных нерабочих дней стало гораздо меньше, но это вполне компенсировалось «профессиональными» праздниками. В целях пропаганды государство объявило почти каждое воскресенье праздником людей определенной профессии. Существовали, например, «День рыбака», «День милиции», «День работников торговли», «День железнодорожника», «День учителя» и т. д. Практически не было таких профессий, которые не имели бы своих праздничных дней, правда, они совпадали с воскресными. Правда и то, что представители Других профессий не имели отношения к этим торжествам. Но зато с каким размахом можно было «погулять», наградить друг друга почетными грамотами, повеселиться от души! Масштабы Шумихи в СМИ и богатства застолий Свирели напрямую от размаха и богатства соответствующей отрасли народного хозяйства: С падением СССР эта традиция не прервалась и поныне здравствует, причем не только в самой России, но и в бывших республиках (особенно на Украине и в Белоруссии). Прежняя система рухнула, но любовь к праздникам и веселью бессмертна!

Русская тяга к радостям жизни выражается и в привычке расслабиться, отдохнуть, что на практике означает посидеть в компании с друзьями и с горячительными напитками, согласно народной мудрости – «Живи, не скупись, с друзьями веселись». Природный оптимизм русских виден и в любви к смешным историям и анекдотам, к смешным сюрпризам и шуткам, в манере оглушительно смеяться до слез – хохотать. Кстати, по мнению лингвистов, аналога этому глаголу в европейских языках нет, кроме разве португальского.

В общем, в плане ощущения «счастье-несчастье» русские могут поставить в тупик: редко кто, как русские, способен так буйно и широко веселиться и при этом хохотать, но так же редко кто, как они, способен впадать в уныние и тоску (тоже непереводимое слово). Может быть, отсюда берет начало миф о «загадочной славянской душе», непоследовательной и противоречивой.

Своим характером, стремлением к «радостям жизни» русские могут удивлять постороннего наблюдателя: «Они такие веселые – и без всякого основания на это!» По сравнению с европейской жизнь в России кажется иностранцам тяжелой, некомфортной, но против всякой логики – веселой, беспечной, насыщенной событиями и человеческими контактами.

А русские, конечно, ценят европейскую жизнь за ее комфортность и спокойствие, но с трудом выносят ее скучную монотонность и неумение европейцев веселиться «по-настоящему», т. е. шумно, с размахом.