Русские: стереотипы поведения, традиции, ментальность - Страница 4

В результате всех этих переплетений русский патриотизм – не только культурный феномен, подразумевающий любовь к своей стране (ее истории, природе, культуре и т. д.), но и своеобразное понимание судьбы России, ее особых отношений со всем человечеством, понимание ее «особого пути» и, так сказать, ощущение своего «исторического одиночества».

Считается, что русские очень политизированный народ, им есть дело до всего, что происходит «за дальними морями».

Существует ли в юморе национальный стиль? Прежде чем однозначно ответить на этот вопрос, обратим внимание на существование интернационального юмора, т. е. определенных шуток и видов юмора, присущих всем культурам. Именно таков, например, фарс, давно известный и русским, и французам. Существует также немало анекдотов, которые пересказываются во многих странах, например, рассказ о неожиданном появлении мужа, когда жена занята с любовником, или шутки о ресторанах, о слонах. Однако даже в интернациональном юморе слышны национальные отголоски.

Вот, к примеру, старый анекдот о журналистах, участвующих в конкурсе на лучшую статью про слонов. Заголовки были следующие:

Англичанин: «Охота на слонов в британской Восточной Африке».

Француз: «Любовь слонов во французской Экваториальной Африке».

Немец: «Происхождение и развитие индийского слона между 1200 и 1950 гг.» (600 страниц).

Американец: «Как вывести самого большого и сильного слона».

Русский: «О том, как мы запустили слона на Луну».

Швед: «Слоны и социально ориентированное государство».

Испанец: «Техника боя слонов».

Финн: «Что думают слоны о финнах».

Эта шутка родилась, может быть, в кулуарах журналистской конференции, но обыгрывает различные национальные слабости: французскую гривуазность, русскую гордость за освоение космоса, американское стремление к первенству в любой области, финскую вечную озабоченность, что о нем подумают остальные. Финны, как правило, над этим анекдотом весело смеются. А вот русский может и нахмуриться, если его национальное достоинство уязвлено.

Лучше все-таки быть в курсе того, над чем предпочитают смеяться русские, если вы желаете создать непринужденную обстановку и вызвать доверие к вам. Кстати, вот пример анекдота, в котором русские (советские) смеются сами над собою. «Вопрос: «Чем отличается американский СПИД от советского?» – Ответ: «Американский СПИД – неизлечимый, а советский – непобедимый».

Надо особо отметить, что жанр анекдота в России – один из самых любимых и популярных. Человек, умеющий со вкусом, артистично и смешно рассказывать анекдоты – дорогой гость в каждом доме. Рассказчики анекдотов настолько ценятся, что многие из них продвинулись в своей карьере только благодаря умению веселить публику и особенно начальство.

Не будет преувеличением сказать, что жанр анекдота (короткого устного смешного рассказа) получил бурное развитие и достиг вершины расцвета в СССР именно при советской власти, и более того – благодаря советской власти. Жесткий контроль за частной жизнью, не менее жесткая цензура в литературе и СМИ служили питательной средой для развития этого жанра. Все прекрасно видели непродуктивность системы, вопиющие ошибки и просто глупость руководителей. Но выразить свое критическое отношение, не теряя достоинства и без особого риска, можно было только в беседе, в выразительном, и коротком рассказе. Впрочем, в сталинские времена за анекдоты в лагерях оказывались тысячи людей.

Любой анекдот строился, на основе, иронического комментария какой-то ситуации, которая сама по себе вызывала ужас или слезы, но в анекдоте выглядела смешной. Природа такого смеха – легкая ирония или горький сарказм – в зависимости от сюжета. Многолетняя тренировка в таком жанре привела к тому, что у русских сложилось особое отношение к юмору, а именно: «качественный», настоящий и тонкий юмор должен быть обязательно хоть чуть-чуть грустным, или, по, словам-писателя. Николая Гоголя, «смех сквозь слезы».

Иной, откровенно жизнерадостный, с сексуально-эротическими мотивами (т. е. скабрезный, «раблезианский») юмор «на уровне нижнего этажа» может показаться русским грубым, примитивным, а значит несмешным. К слову; в русских анекдотах никогда не встречается слово «любовь». Есть множество «семейных» анекдотов, где супруги могут не любить друг друга, изменять, сожалеть, что поженились, но почти никогда не идет речь о разводе. Измена супруга – отнюдь не причина для развода, а только повод для скандала. Например: «Пришел муж домой, а там жена с любовником. «Ну вот, опять упреки, подозрения! Ты, как всегда, поверишь своим бесстыжим глазам, а не собственной жене…» – закричала жена, запахивая халат…» А иногда обманутый муж и вовсе не замечает измены жены, не обращает на нее внимания, захваченный другой страстью: «Прихожу я на днях домой. Вижу, жена лежит в кровати с какими-то мужиком. Это меня сразу насторожило. Бегу к холодильнику. Открываю. Точно: нет поллитры». Многие русские «семейные» анекдоты создают не всегда справедливое представление о русской семье, в которой, как правило, доминирует жена, муж у нее «под каблуком», причем он достоин этого, поскольку не умеет зарабатывать деньги, глуповат, пассивен в постели, любит выпить и вообще существо бесполезное для семьи.

Помимо политических анекдотов на злобу дня, а также «семейных» анекдотов существовали целые серии «национальных» анекдотов. (Напомним, что СССР был многонациональной страной.) В таких анекдотах обыгрывались и вышучивались особенности некоторых наций.

Например, во времена СССР русские любили анекдоты о чукчах, которые аналогичны французским анекдотам о бельгийцах. Чукча – это представитель народа Крайнего Севера. Анекдоты о нем обычно связаны с его плохим знанием реальной жизни в Центральной России, с их наивностью и простодушием. Особенно плохо чукчам приходится в больших городах, где они теряются как дети, и где каждый может их обмануть. Например: «Приехал чукча в Москву и попал на Красную площадь. Как завороженный часами он слушал бой часов на Кремлевской башне. Заметив это, хитрый кавказец его спрашивает: «Хочешь купить эти часы?» – Ведь известно, что у чукчей много денег, и им некуда их тратить в безлюдной тундре. – «Конечно, хочу!» – «Ну, давай мне две тысячи долларов, а я пойду схожу за лестницей». Больше его чукча не видел. А на следующий год история повторилась. Только приехал уже старший брат этого чукчи, который уже слышал о злых и хитрых людях в Москве и решил никому не доверять. И вот к нему подходит тот же самый кавказец и спрашивает, не хочет ли он купить Кремлевские часы? Всего две тысячи долларов. – «Ну, хорошо» – отвечает осторожный чукча. – «Бери деньги, но только теперь уже я сам пойду за лестницей».

В серии анекдотов о кавказцах вышучивались их национальные особенности: пылкость чувств по отношению к блондинкам, непомерная гордость, любовь к шикарной жизни и широким жестам. Например: «В Москву впервые приехала француженка, которая не знает ни слова по-русски и потерялась в большом городе… Видит, навстречу ей идет знойный кавказец. «Parlez-vous français?» – робко спрашивает она его. На что он томно смотрит ей в глаза и отвечает: «Конечно, хочу!» Особый шик таким анекдотам придает кавказский (чаще грузинский) своеобразный акцент и жесты самоуверенного мачо.

В серии кавказских анекдотов особое место занимал сюжет о борьбе за превосходство между двумя народами – грузинами и армянами. Например: «Армянское радио объявило, что на горе Арарат на глубине двух метров нашли медный провод. Последовал комментарий армянских специалистов: «Это – доказательство того, что на территории Армении уже две тысячи лет тому назад существовал телеграф». В свою очередь грузинское радио объявило: «На территории Грузии в результате раскопок не был найден медный провод. Это доказывает, что здесь уже две тысячи лет тому назад пользовались беспроволочным телеграфом и радио». Анекдоты на эту тему окрашены были мягкой иронией, в них отсутствовала агрессия и сарказм.