Рубин Великого Ламы - Страница 12

Спустя два или три дня после того, как населению Лондона стала известна цель предстоящего путешествия, Оливье Дерош, войдя в клуб «Мельтон», был «схвачен за петлицу», как выражаются англичане. К нему подошел Фицморис Троттер, которого он давно не встречал.

– Вот как, мой милый!.. Поздравляю! Вы собираетесь совершить достойное вас предприятие!

– Вы о моем путешествии в Тибет? Но ведь и до меня уже пытались, – скромно ответил Оливье, – может быть, мне и не удастся достичь большего, чем моим предшественникам. Но, уверяю вас, мне не терпится познакомиться с этой страной… Всю свою жизнь я чувствовал влечение к этому неизведанному уголку земного шара!

– К тому же у вас лично, – сказал Троттер, делая особенное ударение на слове «вас», – есть тысяча причин интересоваться Тибетом…

– Действительно, – ответил Дерош, – французы больше других жаждали исследовать Тибет. Да, я был бы счастлив, если бы смог проникнуть в эту страну, такую замкнутую и неприступную. Туземцы внушают мне большой интерес.

Фицморис Троттер, с моноклем в правом глазу, слушал молодого человека с улыбкой, выражающей его затаенные мысли и намерения.

– Правда… правда… все в этой стране должно вас интересовать. Необыкновенно! И вы не единственный, поверьте мне. Что касается меня, то, если бы вы захотели взять меня на свой воздушный корабль, я счел бы это наивысшим счастьем в жизни!

– Вы? – воскликнул Дерош недоверчиво. – Вы, завсегдатай клубов? Полно! Вы шутите!

– Напротив, я вполне серьезен, мой дорогой друг! Вполне серьезен! Между нами говоря, мое положение становится здесь не очень приятным. Я вас уверяю, с меня довольно! Лондон – очаровательный город для вас, для миллионеров. Но для бедного горемыки, как я… Это другое дело!

– Согласен. Но при чем же здесь путешествие в Тибет?

– О, бросьте!.. – Он лукаво улыбнулся. – Умоляю вас, не забудьте записать меня в число ваших спутников!

– Спутников? Но у меня их нет! Да я и не рассчитывал брать кого-либо с собой. Я хочу нанять экипаж парохода.

– Но если вам будет нужен компаньон для путешествия, прошу вас серьезно подумать обо мне!

В эту минуту к ним поспешно подошел профессор Отто Мейстер и схватил Дероша за правую руку, в то время как Фицморис держал Оливье за левую.

– Дорогой господин Дерош, я спешу поздравить вас с великим и смелым предприятием и хочу предложить вам взять меня с собой, – воскликнул профессор. – И позвольте сказать, что хотя нехорошо навязываться и хвалить самого себя, но вы не найдете во всей Европе человека, более сведущего в монгольских наречиях. Как переводчик во время вашего путешествия в Тибет я буду незаменим. Я знаю тибетский язык, как родной, а не много людей могут сказать то же! – прибавил профессор, устремляя строгий взгляд на Фицмориса, давая тому почувствовать, что он разгадал все его намерения.

– Как, милостивый государь! И вы также желаете посетить Тибет? – воскликнул остолбеневший Оливье Дерош.

– Сударь, путешествие в Тибет было всю жизнь моим тайным желанием… и если притом я могу оказать вам помощь в ваших изысканиях… геологических или минералогических, – подчеркнул профессор, – я в вашем распоряжении.

– Очень вам обязан, милостивый государь, но я рассчитываю взять с собой только несколько человек, умеющих управлять машиной.

– Как! – воскликнул лорд Темпль, вмешиваясь в разговор. – Уверяют, что ваш аэроплан настолько велик, что вмещает груз в двести тонн!

– Многие так говорят, милорд, но они ошибаются.

– Но все-таки там хватит места для нескольких друзей? – спросил лорд Темпль.

– Возможно ли, чтобы и вы также! – воскликнул Дерош.

– Нет, не я, а мой молодой друг Эртон сообщил мне о своем живейшем желании принять участие в экспедиции, и если вы позволите мне отрекомендовать его вам, то я буду очень счастлив, увидев его отъезжающим на вашем аэроплане, – добавил благородный лорд с видом снисхождения.

– Это вовсе не место для лорда Эртона, уверяю вас, милорд! – воскликнул Оливье. – Я совершенно не понимаю, что ему делать в Тибете? Но самое главное – у меня нет намерения брать с собой спутников!

При этих словах Оливье отошел от группы собеседников и расположился возле стола, на котором лежали газеты.

«Какого дьявола они хотят? – проговорил он про себя, разворачивая одно из изданий. – Пусть бы еще Троттер, гонимый отовсюду, – я верю, он хочет уехать из Лондона. Но чтобы фантазия предпринять далекое путешествие могла прийти в голову человеку с прочным положением!.. Я положительно не понимаю страсти англичан к путешествиям. Может быть, это нужно им только для того, чтобы удивлять друзей письмами с пометками неизвестных стран… Неужели я должен везти с собой весь Лондон?»

В эту минуту француз поднял глаза от газеты и встретился взглядом со входившим в зал Бобом Рютвеном. Последнее время они часто виделись друг с другом. Молодой англичанин тотчас направился к Оливье и крепко пожал ему руку.

– Скажите мне, Дерош, – произнес он задумчиво, – не могу ли я принять участие в путешествии?

– И ты, Брут! – воскликнул Дерош, роняя газету. – Вы тоже хотите отправиться в Тибет?

– Умираю от желания!

– Вас, конечно, я возьму с большим удовольствием, но не уверен, будет ли место… даже для вас.

– Как же так? Говорят, что ваша машина может поднять в воздух целый полк!

– Вероятно, эти люди знают мою машину лучше меня, человека, который ее изобрел. Но я вас уверяю, дорогой Боб, что в ней поместится только двенадцать или пятнадцать членов экипажа, необходимых для управления ею, и я, ваш покорный слуга…

– О, но, скажите, может, найдется и для меня местечко? Я вам буду полезен… вот увидите!

– Вы не знаете тибетцев! Здесь вы не можете спастись даже от ваших кредиторов! Какого же дьявола вы станете делать в этом диком Тибете?

– Выслушайте меня, – заговорил Боб проникновенно. – Я хочу разбогатеть. Я, как младший сын, не имею больших перспектив, к тому же я люблю старшего брата и не стану мешать ему, но я тоже хочу получить долю мирских благ!

– Разбогатеть! Это вполне закономерно. Но я не понимаю только одного: как, путешествуя на аэроплане, вы сможете разбогатеть?

– Но разве там нет копей? – спросил Боб с лукавой улыбкой.

– Вы хотите разрабатывать рудники в Тибете? Забавная мысль! На вашем месте я предпочел бы хорошие копи каменного угля в Корнуолле.

– А я предпочитаю Тибет, – твердо ответил Боб. – Так, значит, решено. Я отправляюсь…

– Вовсе нет! Я протестую! Хорошо, что я никому не должен давать отчет в своих поступках и могу пускаться в любые предприятия, даже весьма опасные. Взять вас с собой – другое дело! Я уверен, что вы будете чудесным компаньоном в путешествии, но этого недостаточно!

– Но почему мне нельзя отправиться в путешествие?

– На то есть тысяча причин. И прежде всего, что сказал бы мистер Рютвен, если бы я возвратил ему сына искалеченным?

– Так вот как, Дерош! Вы считаете меня младенцем? – обиженно воскликнул молодой англичанин.

– Я далек от подобной мысли, мой дорогой Рютвен! Но поймите, однако, что в таком опасном предприятии, как мое, нужно твердо понимать, кого ты берешь с собой. Нужно, чтобы каждый человек на аэроплане выполнял свою задачу. Я возьму только опытных машинистов и матросов, работавших на кораблях, – вы же понимаете, управление аэропланом до некоторой степени похоже на управление кораблем. Каждый член моего экипажа должен выполнять свою работу в качестве истопника, машиниста, плотника, носильщика или повара… А вы ведь ничего этого не умеете!

– Этому можно научиться, я думаю… Да и потом… ведь и вы сами не больше моего понимаете в этих материях…

– Ах, извините, мой милый! – воскликнул Дерош, смеясь. – Позвольте уж мне занять скромное место на моем аэроплане, согласитесь, ведь я имею на это некоторое право…

Боб печально опустил голову.

– Все равно! Я не могу поверить, что вы мне откажете! – воскликнул он после короткой паузы. – Ведь и я также мог бы вернуться миллионером! Я уверен: сумей я доказать вам, что могу быть полезным, вы дали бы мне место…