Роковая находка доктора Холлингса - Страница 3

– Это очень радует меня, профессор, – уверил его молодой врач. – Но я знаком с вашей историей болезни, которую завел еще мой предшественник. Там написано, что вы страдаете прогрессирующей сердечной недостаточностью, и поэтому вам запрещено предпринимать долгие и утомительные научные экспедиции.

– Надеюсь, вы не собираетесь предписывать мне, что делать, а что нет, – строго предупредил хозяин дома врача. – Я этого, знаете ли, терпеть не могу.

– Конечно, нет! Напротив, ваша работа вызывает у меня восхищение. Мне бы и в голову не пришлось что-либо предписывать вам.

Тут он указал на небольшой артефакт на письменном столе и спросил:

– Это случайно не из гробницы Акмоса Первого?

Профессор удивился такой осведомленности молодого врача, но доктор О’Шейн скромно заметил:

– Археология – лишь мое увлечение. Я в этой области абсолютный дилетант, но я читаю буквально все новые публикации по этой теме. Для меня нет ничего восхитительнее, чем заниматься ранними эпохами человеческой истории.

– Мне кажется, что тогда вы выбрали не ту профессию, молодой человек, – пошутил хозяин дома, явно смягчившись. – Если хотите, то можете посмотреть и другие мои находки. Конечно, если у вас для этого есть время.

– Для этого у меня время всегда найдется, – лукаво улыбнулся молодой человек. – Но только если сначала вы уделите мне немного своего времени. Скажем, сначала я осмотрю вас, а затем ваши артефакты. Договорились?

К облегчению Розы, отец согласился. Новый врач понравился и ему. И это порадовало девушку по многим причинам.

Роза незаметно вышла из кабинета и направилась в свои комнаты, когда вдруг дорогу ей преградил Джеймс Паркер.

– Что это за повозка у входа? – спросил он.

Роза смерила его холодным взглядом:

– К отцу приехал врач.

Она уже хотела пройти мимо него, когда он схватил ее за руку и зло проговорил:

– Почему вы не сообщили об этом мне? Если вы забыли, то напоминаю, я правая рука вашего отца. У нас с ним очень доверительные отношения, для меня он не просто работодатель, а нечто весьма большее. Поэтому не смейте обращаться со мной как с посыльным! Я должен знать, что вы вызвали ему врача!

Роза сверкнула глазами от бешенства:

– Что вы себе позволяете! Я все скажу отцу…

– Да, пойдите к нему и скажите, что тут происходит. Уверен, он не придет в восторг, когда узнает, что вы от меня все скрываете, хотя я вам ничего дурного не сделал!

Девушка нахмурилась и холодно заметила:

– Я не скрываю от вас ничего. Во-первых, я просто хочу, чтобы вы соблюдали дистанцию. Во-вторых, я не понимаю, почему я должна сообщать вам о том, что вызвала врача своему отцу. В этом нет ничего предосудительного.

Не дожидаясь реакции Джеймса, Роза пошла дальше и поднялась к себе на второй этаж.

Сжав руки в кулаки, ассистент профессора смотрел ей вслед, и в этот момент в его голове рождались совсем не добрые мысли.

Чуть более часа спустя доктор О’Шейн покинул Бушмилс, не забыв, однако, перед этим попрощаться с Розой. У него были неплохие новости:

– Состояние сердца вашего отца существенно не ухудшилось. Если в ближайшее время он будет избегать утомительных заграничных поездок, то его состояние может даже улучшиться.

– Правда? – обрадовалась Роза. – А я думала, что с возрастом все будет только обостряться.

– Этого же мнения был и доктор Олби. Но наука не стоит на месте, мисс Холлингс. Мы живем в очень интересное время. Почти каждый день возникают новые лекарства, новые формулы. Я оставил вашему отцу сердечный препарат, который только что появился на рынке. Он хорошо себя зарекомендовал. Вам нужно только следить за тем, чтобы он принимал его регулярно утром и вечером. Уверен, что уже через короткое время его состояние стабилизируется.

– Вы действительно так думаете, доктор? – облегченно вздохнула Роза. – Я так беспокоилась о нем все последнее время.

– Охотно верю. Профессор не жалеет себя, когда речь идет о его исследованиях. И тогда он думает не о своем здоровье, а только о работе. Было бы хорошо, если бы вы воздействовали на него в этом отношении.

– Я постараюсь, – пообещала Роза.

Чуть позже доктор О’Шейн попрощался с девушкой, обещав ей регулярно наведываться к своему пациенту. Роза не смогла бы сказать, что это было ей не по душе. Как раз напротив. И при этом она думала не только об отце, но и о себе самой. Перспектива часто встречаться с симпатичным молодым врачом очень ей нравилась…

За ужином профессор пребывал в отличном расположении духа.

– Какой приятный парень, этот О’Шейн! – нахваливал он нового доктора. – Кажется, он не только отличный врач, но и неплохо разбирается в моих исследованиях, интересуется ими.

– Это неспроста, позволю себе заметить, – вмешался Джеймс в разговор, который до сих пор вели лишь сэр Эдгар и Роза. Профессор непонимающе посмотрел на ассистента и спросил, что тот имеет в виду.

– Ну, это совсем несложно понять. Этот якобы такой разносторонний молодой человек просто решил польстить вам в надежде завоевать ваше доверие. Но я считаю, что он должен добиться этого своим мастерством врача, а не дилетантскими знаниями в нашей области.

– Уж не завидуете ли вы ему? – усмехнулась Роза.

Профессор оставил замечание дочери без внимания, а вместо это повернулся к Паркеру и строго спросил его:

– Есть ли какая-то конкретная причина вашего отрицательного отношения к доктору О’Шейну?

– Конкретная причина? Вообще-то, нет. Но я просто чувствую… Вы можете назвать это интуицией, инстинктом, знанием людей, чем угодно. Но мне он не нравится. Какой-то он слишком гладкий, слишком любезный.

– Это просто чепуха! – возразил профессор ассистенту. – Опять вы видите то, чего нет! Доктор О’Шейн – способный молодой человек. Поговорите с ним, и вы поймете, что он прекрасно образован и очень открыт. Кроме того, новый медикамент, который он мне прописал, мне помог. Я чувствую себя значительно лучше.

Роза улыбнулась отцу:

– Как хорошо! И наверняка ты не будешь возражать, если доктор О’Шейн будет заезжать к тебе регулярно.

– Нет, конечно! Буду только рад. Ведь неплохо увидеть новое лицо и услышать мнение о моей работе, отличное от профессионального, зашоренного взгляда.

Паркер побледнел:

– Уж не хотите ли вы сказать, что я зашорен…

– Джеймс, умоляю вас! Не будьте таким чувствительным! Я не имел в виду вас. У меня действительно складывается впечатление, что вы немного завидуете…

– Ни в малейшей мере! Я просто хотел бы посоветовать вам относиться к новым знакомым более критично и не быть таким легковерным. Не каждый, кто якобы хочет вам помочь, действительно думает об этом, – Паркер бросил на Розу странный взгляд. – Кроме того, мне кажется, что этот деревенский врач – дамский угодник.

– Ну, знаете ли! – девушка вскочила со стула, – у меня пропал аппетит! Прошу меня простить!

Эдгар Холлингс в недоумении посмотрел вслед дочери, которая в гневе покинула столовую. Джеймс промолчал. Но он не мог отделаться от впечатления, что события начинают развиваться в неблагоприятном для него направлении. А этого молодой человек не был намерен допускать.

В следующие дни самочувствие профессора продолжало улучшаться. От усталости, которая после возвращения в Бушмилс вынудила его ограничить активность, не осталось и следа. Эдгар Холлингс почувствовал в себе прежнюю силу и со всей страстью набросился на работу.

Однако Роза наблюдала за этими изменениями со смешанными чувствами. С одной стороны, она, конечно, была рада, что отец чувствует себя лучше и что лечение, прописанное доктором О’Шейном, дало положительные результаты. Но с другой стороны, она опасалась, что профессор вновь не будет знать меры, и это приведет к рецидиву его болезни.

Своими опасениями она поделилась с молодым врачом, и тот выслушал ее с полным пониманием:

– Я уже предупредил вашего отца, чтобы он не брал на себя слишком много. Ведь то, что он чувствует себя лучше, еще не означает, что он полностью излечился.