Россия против России. Гражданская война не закончилась - Страница 12

Третья советская делегация прибыла в Брест в самом мрачном настроении. Подписывать мир никто ехать не хотел. С трудом уговорили члена ЦК партии Григория Яковлевича Сокольникова, будущего наркома финансов, Георгия Васильевича Чичерина, будущего наркома иностранных дел, и Григория Ивановича Петровского, наркома внутренних дел.

Секретарь делегации Лев Михайлович Карахан, будущий заместитель наркома иностранных дел, телеграфировал в Москву:

«Как и предполагали, обсуждение условий мира совершенно бесполезно, ибо они носят ультимативный характер. Вследствие отказа немцев прекратить до подписания договора военные действия мы решили подписать договор, не входя в его обсуждение».

Отдельный пункт договора был посвящен Украине:

«Россия обязывается немедленно заключить мир с Украинской Народной Республикой и признать мирный договор между этим государством и державами Четверного союза. Территория Украины незамедлительно очищается от русских войск и русской Красной гвардии».

3 марта 1918 года, поставив свою подпись под мирным договором, Сокольников заметил:

– Мы ни на минуту не сомневаемся, что это торжество империализма и милитаризма над международной пролетарской революцией окажется временным и преходящим.

Россия утратила территории с населением в пятьдесят шесть миллионов человек, четверть всех железных дорог, три четверти черной металлургии, девяносто процентов добычи каменного угля, треть текстильной промышленности.

Советская делегация подписала договор с Четверным союзом. Но удастся ли его ратифицировать? Все висело на волоске. Ждали прихода немцев. 3 марта немецкая авиация совершила налет на Петроград. Одна бомба разорвалась неподалеку от Таврического сада. В Петрограде началась паника. Столицу перенесли в Москву.

Ночью 10 марта 1918 года специальный поезд № 4001 отошел от станции Цветочный пост – он увозил в Москву советское правительство. Разместились в Кремле, который представлял собой печальное зрелище.

«Часть зданий значительно пострадала еще в дни Октябрьских боев, – вспоминал комендант Кремля Павел Дмитриевич Мальков, член Центрального комитета Балтийского флота. – Во дворе Арсенала уродливо громоздились груды битого кирпича, стекла, всякой дряни. Верхний этаж огромных казарм, тянувшихся чуть ли не от Троицких ворот почти до самого подъезда Совнаркома, выгорел, и его окна зияли черными провалами.

На улицах была несусветная грязь. Весна стояла в 1918 году ранняя. Уже в конце марта было по-апрельски тепло, и по улицам Кремля разливались настоящие озера талой воды, побуревшей от грязи и мусора. На обширном плацу, раскинувшемся между колокольней Ивана Великого и Спасскими воротами, образовалось такое болото, что не проберешься ни пешком, ни вплавь».

12 марта 1918 года управляющий делами Совета народных комиссаров Владимир Дмитриевич Бонч-Бруевич подписал извещение:

«Всем СОВДЕПАМ, всем, всем, всем.

Правительство Федеративной Советской Республики, Совет народных комиссаров и высший орган власти в стране, Центральный исполнительный комитет Советов рабочих, солдатских, крестьянских и казачьих депутатов прибыли в Москву. Адрес для сношений: Москва, Кремль, СОВНАРКОМ или ЦИКСОВДЕП».

Делегаты VII съезда партии большевиков, экстренно собранного 6 марта 1918 года, полного текста мирного договора не видели. Видимо, не сознавали масштаба потерь. Ленин требовал от делегатов съезда не рассказывать о содержании договора о мире, чтобы сохранить «военную тайну».

14 марта созвали чрезвычайный IV съезд Советов – высший орган государственной власти. Итоги голосования: 785 голосов за ратификацию мира, 261 против, 215 воздержались. Левые эсеры проголосовали против ратификации. Наркомы от партии левых эсеров в знак протеста вышли из правительства.

Заключение мира и восстановление дипломатических отношений с Германией означало признание власти большевиков де-юре, что имело для них большое значение. 27 августа подписали с немцами дополнительные секретные соглашения к Брест-Литовскому договору. Россия обязалась еще и выплатить Германии контрибуцию – шесть миллиардов марок. Успели отправить 93 542 тонны золота.

Осенью 1918 года кайзеровская Германия рухнула, и больше платить не пришлось. 13 ноября Москва с удовольствием аннулировала Брест-Литовский мирный договор. Но получить назад русское золото не удалось.

Однако же главным последствием Брестского мира стала вовсе не потеря золота. А массовое возмущение, в первую очередь русского кадрового офицерства, которое восприняло мир с главным врагом, Германией, как позор и предательство. И восстало против большевиков.

Федор Августович Степун, писатель и философ, в Первую мировую служил в армии и был тяжело ранен на Рижском фронте; летом 1917 года он стал начальником политического управления в Военном министерстве. Он вспоминал те дни:

«Чем дальше развертывалась революция, тем неприемлемее становилась она для офицерства. Брестский мир, кровавым бичом хлестнувший по опозоренному лицу всей России, больше всего, с чисто психологической точки зрения, ударил, конечно, по рядовому офицерству… Все это делает вполне понятным, почему честное и уважающее себя офицерство психологически должно было с головою уйти в Белое движение».

Мир породил войну. Вспыхнула Гражданская война.

ЦК партии правых эсеров после Брестского мира заявил, что «правительство народных комиссаров предало демократическую Россию, революцию, Интернационал, и оно должно быть и будет низвергнуто… Партия социалистов-революционеров приложит все усилия к тому, чтобы положить предел властвованию большевиков».

Партия эсеров была самой популярной в России, потому что защищала интересы крестьян, составлявших восемьдесят пять процентов населения страны. Реальная опасность для большевиков возникла, когда подняли восстание и левые социалисты-революционеры, единственные политические союзники большевиков.

Яростной противницей мира с немцами была самая знаменитая и самая влиятельная женщина русской революции – вождь левых эсеров Мария Александровна Спиридонова.

Начиная с того январского дня 1906 года, когда гимназистка Спиридонова выстрелила в царского чиновника, и до 11 сентября 1941 года, когда ее расстреляет комендант орловского областного управления Наркомата внутренних дел, она проведет на свободе всего два года. Практически всю взрослую жизнь ей было суждено оставаться за решеткой. Менялись режимы, вожди и тюремщики, но власть предпочитала ее держать в камере.

Вот главный вопрос: знай она наперед свою трагическую судьбу, взялась бы она в тот январский день исполнить поручение боевой организации тамбовских социалистов-революционеров? Похоже, да. Страх за свою судьбу ее бы точно не остановил. Неукротимый темперамент, обостренное чувство справедливости, железный характер определили ее жизнь. У нее не раз была возможность изменить судьбу, спастись, но она упрямо двигалась по определенной в юности траектории, которая закончилась пулей в затылок.

Она провела на каторге одиннадцать лет. Ее освободила Февральская революция. У нее неожиданно открылись ораторские и организаторские способности. Когда она выступала, в ее словах звучали истерические нотки. Но в революцию такой накал страстей казался естественным.

В октябре 1917 года партия социалистов-революционеров раскололась. Правые эсеры выступили против захвата власти большевиками. Левые эсеры поддержали Ленина, вошли в правительство, заняли важные посты в армии и ВЧК. Мария Спиридонова стала заместителем председателя ВЦИК, формально вторым человеком в государстве.

Первое время Ленин дорожил союзом с левыми эсерами, которых поддерживало крестьянство. У них были крепкие позиции на местах. Но это сотрудничество постепенно сходило на нет, потому что левые эсеры все больше расходились с большевиками. Большевики не хотели раздавать землю крестьянам и заводили в деревне комитеты бедноты, которые просто грабили зажиточных крестьян.