Россия и мусульманский мир № 9 / 2016 - Страница 4

1. Бауман З. 2002. Индивидуализированное общество. – М.: Логос. – 390 с.

2. Горшков М.К., Тихонова Н.Е. 2013. Мечты россиян и реальность демоскопии. – Полис (Политические исследования). – № 5. – С. 7–26.

3. Жаде З.А., Куква Е.С., Ляушева С.А., Шадже А.Ю. 2010. Российская идентичность на Северном Кавказе. – М.: Социально-гуманитарные знания; Майкоп: ООО «Качество». – 247 с.

4. Зубаревич Н. 2011. Четыре России. – Ведомости. 30.12. Доступ: http://www. vedomosti.ru/opinion/news/1467059/chetyre_rossii (Проверено 25.01.2015.) Политическая идентификация России: Состояние, проблемы, перспективы. – М., 2010. – 53 с.

5. Ратников В.П. 2014. Некоторые проблемы кросскультурных номинаций в эпоху глобализации. – Вопросы национальной идентичности в контексте глобализации (под ред. А.Н. Чумакова). – М.: Проспект, 2014. – 144 с.

6. Российская цивилизация: В поиске новой идентичности: коллективная монография. – Ставрополь, 2014. – 199 с.

7. Свобода. Неравенство. Братство: Социологический портрет современной России (под ред. М.К. Горшкова). – М.: Российская газета, 2007. – 444 с.

8. Тишков В.А. 2012. О главных акторах цивилизационного диалога. Культурное и языковое разнообразие современных наций. – Полис (Политические исследования). – № 5. – С. 77–85.

9. Штомпка П. 2012. Доверие – основа общества. – М.: Логос. – 445 с.

10. Fergusson W. 2011. Civilization: The West and the Rest. – N.Y. – 320 p.

В XVI в. европейцы совершили научную революцию, которая дала им больший контроль над окружающей средой, чем кому-либо прежде. Произошли новые открытия в науке, медицине, мореплавании, сельском хозяйстве и промышленности. Ни одно из них не было решающим, но их совокупный эффект был радикальным. К началу XVII в. новшества приобрели такой масштаб, что прогресс казался необратимым: открытие в одной области часто вело к новым достижениям в другой. К тому времени как это техническое обновление общества закончилось индустриальной революцией XIX в., модернизация повлекла за собой социальные, интеллектуальные и иные перемены. Прогрессивный характер западного общества и промышленно развитой экономики подразумевал, что данное общество должно непрерывно расширяться. Необходимы были новые рынки, и как только собственно западные страны насыщались, их надо было искать в других международных регионах. Как следствие, западные страны приступили к процессу колонизации. Исламский мир был так обширен и стратегически удачно расположен, что первым подвергся всеобщей, систематической колонизации Западом – на Ближнем и Среднем Востоке, в Южной и Юго-Восточной Азии, существенной части Африки.

Как подчеркивает всемирно известная писательница, журналистка и специалист по мировым религиям Карен Армстронг, европейское вторжение в исламский мир началось в могольской Индии. Во второй половине XVIII в. британские торговцы утвердились в Бенгалии. Экономическое разграбление Бенгалии привело к тому, что в конце XVIII – начале XIX в. посредством соглашений или военных захватов британское владычество было установлено по всей Индии, кроме долины Инда, которая была покорена в середине XIX в. В последующем европейские силы колонизировали одну исламскую страну за другой. Франция захватила Алжир в 1830 г., Британия – Аден девять лет спустя. Тунис был оккупирован в 1881 г., Египет – в 1882 г., Судан – в 1889 г., а Ливия и Марокко – в 1912 г. В 1916 г. соглашение Сайкса – Пико разделило территории умирающей Османской империи (которая примкнула к Германии во время Первой мировой войны) между Великобританией и Францией. После завершения войны Великобритания и Франция установили протектораты и мандаты в Сирии, Ливане, Палестине, Ираке и Трансиордании. Арабы расценили это как произвол, поскольку европейцы прежде обещали арабским областям Османской империи независимость3.

Именно в этот период антиколониальный протест местного населения облекается в зеленые цвета ислама, происходит зарождение и постепенная институционализация современного исламистского движения. В декабре 1928 г. в Египте студентами-исламистами создается неправительственная религиозно-политическая организация «Братья-мусульмане» (БМ), которую можно назвать первой современной структурой радикал-исламистов. Уже в 30–40-е годы на Ближнем, а в 50-е годы на Среднем Востоке появились зарубежные филиалы египетского «Братства». После роспуска БМ в Египте эти филиалы превратились в автономные организации, не имевшие ни достаточного опыта политической деятельности, ни подготовленных кадров, а потому неспособные поначалу развернуть широкомасштабную борьбу за практическую реализацию своих политических идей. Однако сегодня самостоятельные и набравшиеся опыта организации «Братьев-мусульман» существуют во многих мусульманских странах: в Саудовской Аравии, Сирии, Иордании, Палестинской автономии, Кувейте, Судане, Тунисе, Марокко и т.д. «Братья» стали активными участниками политической жизни в ряде мусульманских стран – Иордании и Судане, Египте и Афганистане и т.д. В то же время в движении выделилось экстремистское крыло, которое ныне представлено множеством групп, развязавших террор против существующих в мусульманских странах режимов4.

Вторая мировая война привела в действие процесс деколонизации во всем мире, в том числе и в мусульманских странах. Однако даже после того как некоторые из стран Арабского Востока стали независимыми, Запад зачастую продолжал управлять их экономикой, нефтедобычей или такими ресурсами, как Суэцкий канал.

Вместе с тем послевоенный передел мира официально закрепил позиции нового гегемона Запада – Соединенные Штаты, которые, развернув широкую экспансию на Ближнем и Среднем Востоке преимущественно за счет своего главного союзника Великобритании, существенно упрочили здесь свои позиции. Главной целью для США, помимо геостратегических и геополитических приоритетов, диктовавшихся реалиями сложившейся биполярной системы разделения мира, являлись гигантские запасы нефти, прежде всего в зоне Персидского залива, исключительное стратегическое значение которой стало очевидным в ходе минувшей войны и в послевоенные годы. В этой связи американцы предпринимали усилия по укреплению своего влияния в этом регионе, для чего поддерживали монархии Аравийского полуострова, всячески пытались усилить позиции в богатых нефтью Иране и Ираке. Летом 1953 г. спецслужбы США и Великобритании организовали в Иране государственный переворот, который привел к власти в этой стране проамериканский режим шахской династии Пехлеви и открыл Соединенным Штатам доступ к иранской нефти. Серьезным влиянием американцы пользовались и в Ираке, вплоть до революции 1958 г. в этой стране, приведшей к власти антиамериканский «баасистский» режим.

Однако повсеместно на Ближнем и Среднем Востоке, в странах Северной Африки американцы, прежде всего военные, вели себя бесцеремонно, вызывающе, не считаясь с традициями и ценностями местного мусульманского населения. В результате постепенно, но неуклонно в регионе стали нарастать устойчивые антиамериканские настроения. В том числе и по этой причине в 1978 г. в Иране, который США считали своим союзником, «островом стабильности в беспокойном регионе» (по выражению президента Дж. Картера), начались неожиданные для многих, включая американцев, массовые политические выступления против правящей монархии. Ее свержение в феврале 1979 г., провозглашение Ирана исламской республикой, его выход из военного пакта СЕНТО, в результате чего этот блок распался, захват молодыми исламскими активистами американского посольства в Тегеране, безусловно, ослабило позиции США в регионе5. В самом Иране к власти пришел клерикальный режим, который не только создал государство по исламской модели, но и взялся за экспорт идей и практики «исламской революции» за пределы своей страны.