Россия и мусульманский мир № 8 / 2014 - Страница 12
В первое время социальная сфера и инфраструктурные проекты Крыма, по имеющимся оценкам, потребуют 90 млрд руб. в год – возможно, даже несколько больше. Однако принципиально важно, что это будет не «вечным» содержанием, а инвестициями в «запуск» крымской экономики, после которых она должна начать не просто кормить себя, но и приносить России доход. Главное же заключается в том, что эти суммы, поражающие воображение при сравнении с нашей зарплатой, в государственных масштабах совершенно незначительны. Например, это менее одной пятнадцатой части расходов на Олимпиаду в Сочи, последствий которых бюджет, что бы там ни говорили, просто не ощутил.
Россия может профинансировать Крым, и далеко не только его, нисколько не сокращая свои регулярные расходы, предусмотренные в «докрымском» бюджете. У нас достаточно денег, чтобы инвестировать в Крым – что не в ущерб нашим бюджетникам, военнослужащим, которых сейчас уже трудно назвать «малообеспеченными», и действительно малообеспеченным слоям граждан России. Конечно, либеральная банда, еще раз показавшая в последние недели свое звериное хайло системной поддержкой нацизма, может использовать воссоединение с Крымом для саботажа, для бюджетно-финансового удушения России – так же, как она использует «майские указы» президента Путина. Но это имеет отношение, с моей точки зрения, скорее к преступным элементам в сегодняшнем российском руководстве, а отнюдь не к воссоединению Крыма как таковому.
Более того, грандиозный сеанс саморазоблачения, который еще раз провела в связи с украинским кризисом российская либеральная клика, создает серьезные предпосылки для освобождения России от ее гнета. Напомню, что слово «либерал» в современном мире означает не «борец за свободу личности» – как это было во времена Вольтера, а «проводник интересов глобальных монополий любой ценой, в том числе в ущерб собственному народу»… На 1 марта неиспользуемые остатки средств на счетах федерального бюджета составляют 7,6 трлн руб.: если исходить из необходимости вкладываться в Крым в указанных масштабах пять лет подряд, можно воссоединиться еще с 16 такими же регионами, и средства еще и останутся.
Кстати, в свете распада украинской государственности, разрухи и разгула бандитизма эта перспектива, думаю, через некоторое время встанет в повестку дня – даже вопреки желаниям Российского государства, как вопреки им встал и Крым. Ведь никто из бюрократов не хотел лишней головной боли, не хотел глубоких изменений: ситуацию переломила, с одной стороны, реальная угроза резни, а с другой – внятно выраженная воля подавляющего большинства населения Крыма.
Стоящие задачи по модернизации Крыма уже сравниваются многими с подготовкой к Олимпиаде в Сочи, проведенной, при всех накладках и претензиях, по меньшей мере, на высшем мировом уровне. Мало кто сознает в настоящее время, что главным чудом Сочи является не отсутствие аварий, не феноменальное открытие, не высокий сервис и даже не победа российской сборной. Главное чудо Сочи заключается в быстром и эффективном исправлении недоделок. Например, когда некоторые спортивные сооружения начали разрушаться, так как их построили на карстовых пустотах без должных свай (о чем предупреждали многократно, в том числе и автор данной статьи), необходимые работы были проведены почти молниеносно. Они были настолько эффективны, что сооружения не только простояли всю Олимпиаду, но и не будут, в отличие от первоначальных планов, демонтированы по ее завершении: они проработают еще десятилетия.
Олимпиада и Крым похожи внезапностью и авралом, хотя и вызваны эти явления разными причинами: в одном случае – бюрократическим маразмом и беспределом, в другом – нацистским переворотом в братской стране. Однако Олимпиада является не более чем разовым событием, хотя многие из ее сооружений настолько перспективны с коммерческой точки зрения, что уже взяты бизнесом в долгосрочную аренду или выкуплены. Крым же – это навсегда. Его будут обустраивать не для нескольких значимых событий, а для долгой прибыльной работы; и не для элиты, а в первую очередь для его жителей. Иначе просто не получится.
Кроме того, мы видим: Российское государство, при всех своих недостатках и даже пороках, учится на своих ошибках. Саммит АТЭС-2012 проводился, по живому свидетельству президента В.В. Путина, «на стройке» – и увенчался снятием губернатора. А уже Универсиада в Казани прошла с минимумом скандалов. А Олимпиады в Сочи проведены – пусть и напряжением всех сил, и «затаив дыхание» – но не только не «на стройке» (хотя некоторые из них и были завершены уже в присутствии гостей), но и без аварий. И пресловутого «сочинского менталитета», столь заметного в поведении отдельных либеральных политиков, практически никто из гостей, не говоря об участниках, даже не заметил.
Крым – следующий крупномасштабный проект, несмотря на внезапность его появления, прорабатывается значительно более глубоко, чем Олимпиада в Сочи, и с пока незначительными потерями времени. Достаточно вспомнить, что одним из первых российских официальных лиц его посетил помощник президента Путина по экономике, один из лучших русских экономистов А.Р. Белоусов. Разумеется, испортить, и в частности украсть, можно все – вплоть до атомной боеголовки (был такой случай в момент распада Союза). И коррупционная мотивация в российском руководстве по-прежнему исключительно сильна, что делает оправданными значительные опасения российского общества.
Но вот незадача: воссоединение с Крымом прошло в прямом противоречии с этой коррупционной мотивацией, оно осуществлено вопреки внятно выраженной воле российской «офшорной аристократии»! Российские януковичи точно так же, как и украинские, страшились, что Запад заморозит их активы, и отчаянно не хотели не только воссоединения с Крымом, но даже, когда это еще было возможно, Таможенного союза с Украиной! Даже автору данной статьи рассказывали и про украинскую конкуренцию с российскими производителями, и про неприемлемый украинский стиль ведения переговоров, и про то, что, «не уйдя из Севастополя, мы не сможем обустроить нормальную базу флота под Новороссийском» – это практически дословная цитата! Принципиально важно для всего понимания современного момента российского развития, что решение о воссоединении с Крымом – едва ли не первое за всю постсоветскую историю, которое было принято и, что значительно важнее, реализовано не в рамках коррупционной мотивации, а в прямом противоречии ей.
Конечно, изгадить при желании можно все: для этого достаточно просто расслабиться, и далеко не только в нашей стране. Но признаков этого – по крайней мере, пока – не видно. Весьма существенным представляется тот факт, что на фоне ада и разрухи, в которую стремительно заталкивают Украину евронацисты и другие сторонники «европейских ценностей», даже самые неблагополучные регионы России уже сейчас выглядят совсем неплохо. Достаточно вспомнить, что даже в худшее время на подъездах к тому же Пикалево не стояло, как в Афганистане до талибов или на современной Украине, самодеятельных бандитских блокпостов, взимавших дань со всего, что проезжает мимо. Так что даже катастрофа – перенос в Крым всего худшего, что есть в России, – все равно сделает его оазисом процветания на фоне не только завтрашней, но, увы, уже и сегодняшней Украины.
В ходе скоротечного крымского кризиса российское руководство едва ли не впервые после «разворота над Атлантикой» Е.М. Примакова робко, непоследовательно и частично, но защитило интересы своей страны и своего народа. Оставив Юг и Восток Украины на растерзание нацистским ставленникам Запада, оно все же начало воссоединение нашей разорванной либеральными реформаторами Родины, – и Путин вдруг забрезжил в истории достойным подобием Екатерины Великой.
Естественно, США и евробюрократы встретили это в штыки. Приведя к власти в Киеве откровенных нацистов, Запад воспринял неприятие их большинством Украины как посягательство на святые европейские ценности – агрессивные гомосексуализм и русофобию. А уж возвращение России к своим историческим границам, хотя бы и в одной-единственной точке, и вовсе стало прямой и явной угрозой. Правда, оказалось: благодаря либеральной «пятой колонне», до сих пор полностью определяющей всю социально-экономическую политику России, наше сотрудничество с Западом настолько невыгодно для нас, что его сокращение из-за санкций несет нам выгоду. В самом деле, изгнание из ВТО снимет с экономики такое ярмо кабальных ограничений, что американцы про это больше и не заикаются. Ляпнув сгоряча о прекращении военного сотрудничества, они с ужасом ждут: не примет ли это Россия за чистую монету и не последует ли примеру великого Киргизстана, изгоняющего натовскую военную базу, и не закроет ли базу НАТО под Ульяновском?