Реляционная эстетика. Постпродукция (сборник) - Страница 5

Транзитивность стара как мир: она очевидно характеризует всякое произведение искусства. Без нее произведение было бы всего лишь мертвым объектом, раздавленным созерцанием. Еще Делакруа писал в дневнике о том, что хорошая картина «сгущает» в одном моменте переживание, которое зритель чувствует своим долгом оживить и развить. Понятие транзитивности вводит в эстетическую область формальный дисбаланс, присущий диалогу: оно отрицает наличие какого-то особого «места искусства» ради всегда неоконченной дискурсивности и непрестанно распыляющегося желания. Против концепции закрытой художественной практики выступал, кстати, и Жан-Люк Годар, заявляя, что «образ требует двоих». Вторя дюшановской формуле «Картины создают зрители», Годар вместе с тем идет дальше, утверждая диалог в качестве истока образотворчества: в самом начале образа уже должны идти переговоры, должен предполагаться Другой… А если так, то всякое произведение искусства можно определить как реляционный объект, геометрическое место переговоров с бесчисленными собеседниками и адресатами. И можно, на наш взгляд, охарактеризовать специфику нынешнего искусства, указав на производство внешних полю искусства отношений (в противоположность отношениям внутренним, тем, что предоставляют ему социоэкономический субстрат) – отношений между индивидами или группами, отношений между художником и миром, а также, учитывая транзитивность, отношений между зрителем и миром. Пьер Бурдьё описывает мир искусства как «пространство объективных отношений между различными позициями», иначе говоря, как микрокосм, определяемый силовыми отношениями и конфликтами производителей, пытающихся его «сохранить или преобразовать»[17]. Мир искусства, как и любое другое социальное поле, по существу реляционен, ибо преподносит «систему дифференциальных позиций», благодаря которой только и становится читаемым. Вариантов его «реляционного» прочтения множество: «Кружок Рамо Нэша» (художники, выставлявшиеся в «Коллекции Девотура»[18]) в своих исследованиях сетей пришел к выводу, что «искусство – это система высокой степени кооперации: густая сеть взаимосвязей между ее членами предполагает, что все, что в ней происходит, может считаться результатом деятельности всех» и что, следовательно, «искусство создается искусством, а не художниками». Художники, подобно Наполеону или Александру Македонскому в исторической теории Толстого, оказываются не более чем бессознательными орудиями законов, которые их превосходят… Я не разделяю этой кибердетерминистской позиции: хотя внутренняя структура мира искусства действительно подразумевает ограниченную игру «возможностей», она зависит от отношений второго порядка – от внешних отношений, которые порождают и узаконивают отношения внутренние. Короче говоря, сеть «Искусство» пронизана порами и ее эволюция определяется отношениями со всеми прочими полями производства. Можно было бы написать историю искусства как историю производства отношений с миром, со всей наивностью поставив вопрос о природе внешних отношений, «изобретаемых» произведениями.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.