Разная доля нас ожидает - Страница 15

– Ее высочество не держит обещаний? – вкрадчиво осведомился Рыж, снова лаская грудь, и, коварно усмехнувшись, рывком опустился ниже.

Уже через миг я подавилась протестующим возгласом, потому что сосок накрыли горячие влажные губы, и по телу снова прокатились потоком огненные искры удовольствия, которые заставили забыть про дыхание и здравый смысл.

– Ее высочество ничего не обещало… ох! – простонала, вцепившись в волосы бессовестного развратника.

– Посмотрим. – Тихий ответный смех, дрожью отдавшийся в теле, теплые губы, неторопливо изучавшие мое тело, принесли какое-то странное чувство. Оно зарождалось внутри, растекалось патокой по телу, обостряя ощущения.

Так… ново, странно и непривычно.

Все по-другому, и это прекрасно.

Я растворялась… погружалась… уплывала куда-то.

Почему-то в этот раз перед глазами возникали не огненные вспышки, а лиловые. Грезы… Странно.

Он перевернул меня на живот и коснулся нежным поцелуем основания шеи, отчего я вздрогнула и невольно запустила пальцы в светлый мех шкуры. Чувствовать, как он касается грудью спины, оказалось неожиданно волнующе. Не так испепеляюще, как при более откровенных ласках, но… томительно до такой степени, что мутился разум и учащалось дыхание. Подумать над этим у меня не получилось, так как Рыж провел языком по позвоночнику, и по моему телу тут же прокатилась крупная дрожь, а он… рывком спустил штаны.

Я охнула, испуганно поворачиваясь.

– Как-то это оказалось… очень быстро.

Малахитовые глаза оказались совсем близко, Рыж коснулся моих губ поцелуем, и я опять провалилась в марево желания, которое уже через минуту пронзили электрические разряды, так как руки мужчины тоже отнюдь не бездействовали. И стало почти все равно, что шаровары сползли уже гораздо ниже ягодиц. А потом и вовсе оказались отброшены в сторону.

Мое смущение и желание прикрыться растаяли под жарким солнцем нежного, но решительного напора. Бесстыдные руки и губы не пропускали ни малейшего участка тела, и если сначала я пыталась прекратить это безумие, то совсем скоро могла только отчаянно цепляться за широкие плечи и пытаться сдержать стоны. Снова и снова тонула в глазах Ева, уже не в силах сопротивляться.

А потом… Потом разум поглотило сиреневое сияние, глаза стали закрываться, и все, что я успела уловить, – это такую же вспышку в зелени радужки Рыжа.

Потом наступила темнота со вспышками стихий, прошивающих тело удовольствием.

И никто не видел, как в углу комнаты открылся портал, из которого вышел Тинай Мираж. Он грустно поглядел на обнаженную пару, отметил, что даже во сне девушка старалась крепче прижаться к рыжему мужчине, машинально закрывшему ее своим телом. Потом вздохнул, взял руку принцессы и сделал надрез соткавшимся из лилового пламени кинжалом. Капля крови упала на шкуру. Аля дернулась и застонала, но фейри быстро подул на ранку, и принцесса затихла.

– Вовремя успел. – Тинай коснулся поцелуем лба маленькой Императрицы. – Ну что… Спектакль начался, занавес подняли. Извини, но шансы надо уравнять. – Он странно усмехнулся и закончил: – Да и игра так будет гораздо интереснее.

В резиденции Хранителей

Изначальной Империи

Светало.

С недавних пор ситуация изменилась не особенно сильно, разве что Хранитель Воды уже не был бесплатным приложением к кровати, а с мрачным видом сидел в кресле, машинально пропуская через пальцы кончик заплетенных в косу волос. Весьма небрежно заплетенных. В другой руке Лира была ткань с завернутыми в нее ледяными кубиками, и время от времени он прикладывал лед к гудящей голове.

Ровена стояла за креслом и виновато косилась на коллегу, при этом пряча за широкими юбками нечто круглое на длинной ручке.

Блондин взглянул на фейри, которая тут же лучезарно ему улыбнулась, и сказал:

– Про то, откуда ты взяла чугунную сковородку, так и быть, спрашивать не буду… что-то подсказывает, что ты и сама не в курсе, как ее материализовала. – Он страдальчески поморщился. – Но почему ты ее зачаровала так, что я вылечиться от последствий применения не могу?!

– Лир, ты так неистовствовал, что я сама не помню, – потупилась княгиня.

Тут в беседу вступил Искусник, который до этого сидел на постели, в самом темном углу. Он со вздохом поднялся, подошел к окну, распахнул шторы, впуская в комнату рассветные лучи, потом скривился, коснувшись переливающегося всеми цветами радуги «фонаря», и подтвердил слова Ро:

– О да, ты был о-о-очень решителен!

– Кстати, почему у нас не вышло, как планировали? – вскинула черную бровь фейри. – Ты же хотел ее забрать.

Лир вопросительно посмотрел на Мидьяра, все еще не отнимая льда от головы.

– Потому что некоторые гады повесили обманку! – коротко рыкнул Искусник.

– Ев? – вздохнул Хранитель Воды, печально глядя в окно. Отсутствие агрессии у друзей не на шутку радовало и… настораживало одновременно. Зная Лирвейна… он никогда не отступал после неудачи. Особенно если понимал, что цель ему и правда нужна.

– Пламенеющий, конечно, тоже постарался, – махнул рукой Искусник, – но я сейчас говорю…

Досказать он не успел, это сделали за него:

– Обо мне, неподражаемом!

Трио Хранителей повернулось и увидело развалившегося на диване темноволосого фейри с самой препоганой улыбочкой на красивых губах и сверкающими радужными глазами.

– Доброе утро! – Гость взглянул на блондина и невинно осведомился: – Как спалось?

Повисло зловещее молчание. Лирвейн сверлил Грезы взглядом, Мидьяр скрестил руки на груди и неодобрительно глядел на покровителя, а Ровена демонстративно перехватила сковородку поудобнее.

– Мираж, если бы ты знал, как мне жаль, что я тебя теперь удавить самолично никакой возможности не имею… – задумчиво и очень вежливо проговорил Водник. – Такая мечта была уже лет эдак шесть! А вот теперь… просто технически никак!

– Сочувствую! – развел руками Иссо, все так же гадко ухмыляясь, а потом с показным участием произнес: – Отвратительно выглядишь, надо признать.

– Еще немного, и я приложу все усилия, чтобы отвратительно выглядел ты, – спокойно отозвался Лирвейн.

– И как же?! – искренне удивился Иссо. – Хранитель, не буду опускать твою самооценку, но силы совсем не равны. Не желаю показаться подлым, но твой друг, тот, что стоит у тебя за спиной, подчинится любому моему приказу. Просто не сможет иначе.

Мидьяра перекосило от ярости, и он заскрипел зубами.

– Ровена, – беловолосый мягко обратился к девушке, – ты не могла бы принести «Ардагор»? Сама понимаешь, ночь была сложная и мне нужно взбодриться. Да и вам с Ярром выпить не помешает.

– Если надо поговорить наедине, так и скажи, – с укоризной взглянула на него Ро и добавила: – А то я не знаю, что у тебя тут и так неплохой ассортимент разных напитков есть.

Фейри пошла к дверям, но уже в проеме обернулась и с улыбкой обратилась к Миражу:

– Тинай Иссо, вам, надеюсь, не надо напоминать о последствиях, если вы обидите моих друзей… слишком сильно?

Мираж изумленно вскинул бровь, как-то по-новому посмотрев на Хранительницу, а потом встал и подчеркнуто почтительно поклонился:

– Я все понял, непризнанная.

– Отлично. – Светоч холодно усмехнулась и неслышно скрылась во тьме коридора.

Лирвейн и Ярр переглянулись, осознав, что за восемь лет, оказывается, о малышке Ро ничего толком и не узнали. Она даже не сказала, из какого именно рода происходит, и раньше это не было… важным.

Хранитель Воды плавно встал и подошел к стене, нажал на панели, открывающие бар, и вынул три бокала и бутыль, на которую Грезы и Искусник посмотрели с большим интересом.

– Какой раритет! – одобрительно хмыкнул Тинай. – И что празднуем? То, что девушку прозевал?

Лирвейн никак не отреагировал на откровенную попытку его разозлить, лишь бутылка с вином опустилась на стол несколько более резко, чем нужно. Водник спокойно разлил тягучий рубиновый напиток и жестом предложил выпить его. Мираж поманил свой бокал пальцем, и он тут же окутался лиловой дымкой, чтобы спустя секунду материализоваться уже в руках Иссо.