Рапсодия гнева - Страница 99

Татарин не ответил, только блаженно затянулся своей сопилкой. Сладкий наркотический дым густо повис в недвижимом воздухе.

– А Россия ни о чем не узнает, пока все не кончится, – влез в разговор Витя из СОБРа. – Сидят морпехи в Казачке, оттуда их и отзовут, когда американцы займут город. Причем Украина во всем права – это ее территория. Так что дурной это разговор. Не будет никакой оккупации. Украина официально пригласила НАТО, они прибыли. Вот и все. Россия тут ни при чем. Отвоевалась. Да и нечего ей тут делать, пусть уводит остатки флота в Новороссийск или Поти. А то Крым им подавай… Обойдутся!

– Элитные части МВД Украины снова в строю, – не удержал иронии Иван Андреевич. – Ты, Витек, очень уж горячишься. Хотя, может, и прав. Вот только драки никакой не будет. Даже россиян никто не погонит из города. Американцы проедутся на своих тарахтелках, потрясут винтовками, покажут мощь, как уже было не раз, и уберутся. Ну, может, базу какую оставят. Как псы, которые просто метят территорию, не собираясь да и не имея возможностей на ней охотиться.

– Ты на наши элитные части не наезжай! – лениво подал голос второй собровец. – Хрен у тебя слишком короткий… И старый.

– Хамло ты, Игорь, – вступился за старого знакомого Эдик. – Хреново на вас расслабуха действует. Все. Поели? Тогда кыш на шлагбаум.

– А чего я? – сразу скуксился собровец.

– Ничего, – сверкнул глазами Эдик. – Вдвоем и пойдете. Ну? Это, между прочим, официальный приказ.

Собровцы недовольно встали с травы и, подхватив автоматы, пошли работать.

– Рыжика хоть поставь на шлагбаум, – недовольно фыркнул Витек.

– Работать! – напомнил о старшинстве положения лейтенант. – Рыжик и так полдня железяку тягал. Все, один на проверку, второй на железку. Вопросы есть?

Раньше за собой Эдик такого командного тона не замечал. Что-то зацепили в нем собровцы. Может быть, честь? Или то, что этим словом чаще всего называют.

– Хохлы хреновы, – расслабившись от анаши, фыркнул татарин.

– На себя посмотри, – махнул рукой Иван Андреевич.

Миджит только шире улыбнулся и засопел трубкой.

– Любите вы, менты, над людьми издеваться, – снова ни с того ни с сего заявил он. – Вот разозлил мужиков, да? Они же сейчас так станут трусить машины, что всем тошно станет.

Эдик отмахнулся и снова принялся за аппетитно прожаренных петушков. Пальчики оближешь!

– Хорошо татары готовят, – искренне похвалил он стряпню.

– У меня жена русская, – хохотнул татарин. – За нашу надо калым платить, а вашу даром дают, еще и приданым приплачивают. Чудной вы народ, понимаешь, да?

Настроение у Эдика совсем испортилось. На посту зазвонил телефон. Рыжик вскочил и, повесив автомат на плечо, бегом рванулся к домику.

– Да! – донесся изнутри его зычный голос. – Понял. Хорошо. Да, приехал. Работаем.

Он положил трубку на стол и поспешил выйти из душного помещения. В коридорчике густо гудели мухи.

– Дежурный из управы звонит, – доложил Рыжик. – Говорит, что скоро в сторону Ялты пройдут три обещанные машины с американцами.

– И что? – устало вздохнул Эдик. – Дорога для того и есть, чтоб по ней ездили.

– Ну… Я не знаю. – Сержант безразлично пожал плечами. – Сильно хотят слышать проверяющего.

Лейтенант зашел в домик, морщась от духоты, приложил к уху старенькую телефонную трубку.

– Слушаю. Да, работаем. Ну. Как? Я не понял, что значит – сниматься? Американцы пришлют свой комендантский наряд? Нет, погодите! На это мне нужен письменный приказ. Можете передать его с нарядом, но без письменного указания Деда я пост сдать не могу, вы же сами понимаете. Да при чем тут сложная обстановка? Что за чушь собачья? Почему это Дед не может давать указаний? Что?! Как это – уволился? Он мне утром распоряжения отдавал! Что там у вас происходит, в конце концов? Да не кричите вы на меня! Почему я должен выслушивать этот испорченный телефон, почему я получаю такие распоряжения через дежурного, а не через лиц, уполномоченных их отдавать? Да, распоряжение зама меня устроит. Письменное. Хорошо.

Эдик изумился, увидев, как дрожит рука, укладывая трубку на телефон.

– Что там стряслось? – подозрительно спросил Иван Андреевич.

– Не знаю… Дурдом какой-то. Дежурный сказал, что нас на посту сменят американцы, а когда я потребовал письменный приказ Деда, мне заявили, что начальник городского управления уволился. Это нормально?

Рыжик закинул автоматный ремень на плечо и протяжно присвистнул.

– Похоже, что ваш татарин целиком прав, – хмуро кивнул Эдик. – Американцы готовят что-то крупномасштабное. Что будем делать?

– Можно подумать, у нас есть выбор, – пожал плечами Иван Андреевич. – Ждать будем, когда сменят.

– Лично меня очень волнует неясность с Дедом, – поделился беспокойством Эдик. – Ну сам подумай, Иван Андреевич! Разве Дед мог бы уволиться просто так?

– У меня такое ощущение, что нас просто решили подставить, – хмуро заметил Рыжик. – Если выполним указание зама, то потом выплывет, что Дед отдавал совершенно другой приказ. Еще и под суд попадем. Но в то же время, если не выполним, может получиться то же самое, только в профиль.

Иван Андреевич открыл было рот, но говорить ничего не стал, призадумался.

– Что там у вас, уважаемые? – лежа на матрасе, подал голос Миджит.

Рыжик небрежно от него отмахнулся.

Татарин пожал плечами и, продув трубку, засунул обратно в карман. Он явно чувствовал себя лучше всех. Мировые проблемы его не интересовали.

– Ну и задача, – Рыжик снял фуражку и почесал короткую рыжую шевелюру. – Но какое-то решение принимать все равно придется. Либо мы выполняем приказ зама, либо настаиваем на подтверждении Деда.

– Да уж прямо! – вспылил Иван Андреевич. – Так тебя и спросили. Через час приедут, снимут с поста, и все. Драться будешь, что ли?

Рыжик сел в траву и поставил автомат между коленей.

– Хреново, – тяжело вздохнул он. – Слышь, лейтенант, может, по пятьдесят грамм? Для снятия стресса?

– Нашел время, – зыркнул на него Эдик.

Помолчали. Жара откровенно начала донимать. Иван Андреевич тоже снял фуражку и небрежно бросил в траву.

– Как меня все это достало за двадцать лет безупречной службы, – зло сказал он, поправив ремень с кобурой. – Дрязги эти бестолковые. Дележка власти. Надо доесть, что осталось, не оставлять же американцам.

– Насухую не влезет, – напомнил о самогонке Рыжик.

Никто ничего не ответил. Рыжик скис.

– Зря вы мучаетесь, – снова подал голос Миджит. – Хотите совет, да? Вы сейчас думаете не о том, как сделать правильно, а том, чтоб не подставиться. Так? Значит, надо ставить на того, кто сильнее. Всегда выиграешь.

– На американцев, что ли? – презрительно скривился Иван Андреевич.

– Зато вам точно ничего не будет, – широко улыбнулся хитрый татарин. – Но я сейчас скажу, почему это вам не пришло в голову. Потому что и среди ментов иногда встречаются нормальные люди. Вам стыдно сдать позиции. Да?

Иван Андреевич только рукой махнул, а Рыжик сильнее ссутулил плечи.

– Только я вам скажу, как надо делать, – успокоил Миджит. – Русским звоните. Они тоже сильные, но свои. Совесть мучить не будет. Они ничего не знают, а вы им скажете про планы американцев. Тогда сразу станет понятно, как поступать.

Идея понравилась всем, даже Рыжик заметно оживился. Готовилось что-то, выходящее за рамки скучной рутины.

И тут же на площадку въехал знакомый каждому городскому милиционеру сверкающий белым лаком «Мерседес».

– Мля… – ошарашенно поднялся с травы Рыжик и бросился надевать фуражку.

– А вот и Дед… – на этот раз присвистнул Иван Андреевич.