Пустой стул - Страница 16

– Что это?

– Транспортная компания, осуществляющая перевозки по каналу до побережья, в Норфолк. Асфальт, рубероид и тому подобное.

Райм, услышав эти разговоры по радио, предложил:

– Надо узнать, проходили ли по реке какие-либо суда в момент убийства. Если да, опросить членов команды.

Сакс передала его слова Люси, но та быстро ответила:

– Я уже все выяснила. Это первое, о чем подумали мы с Джимом. – В ее голосе звучало торжество. – Ответ отрицательный. Если вас интересует, мы также опросили всех, кто регулярно ездит по набережной канала и шоссе номер сто двенадцать. Увы, ничего.

– Все равно вы поступили правильно.

– Мы просто выполнили свою работу, – холодно бросила Люси. Развернувшись, она направилась к своей машине, словно некрасивая школьница, которой наконец удалось прилюдно посадить в лужу первую красавицу класса.

– Я ничего не позволю ему делать до тех пор, пока вы не установите здесь кондиционер.

– Том, на это нет времени, – раздраженно бросил Райм.

Затем он стал указывать рабочим, куда разгружать прибывшее из управления полиции штата оборудование.

– Стив пытается найти хоть какой-нибудь кондиционер, – заверил Тома шериф Белл. – Но это чертовски непросто, как оказалось.

– Мне ничего не нужно.

– Меня беспокоит, как бы у него не было дисрефлексии, – объяснил Том.

– Том, я что-то не помню, чтобы температура влияла на давление, – проворчал Райм. – Где ты это вычитал? Лично мне ничего подобного не встречалось. Может, покажешь, где ты это нашел?

– Линкольн, я обойдусь без твоих колкостей.

– Вот как!

– Тепло вызывает отек тканей, – терпеливо объяснил Беллу Том. – Отеки приводят к повышению кровяного давления. Ну а это может привести к дисрефлексии. Что может его убить. Нам необходим кондиционер. Все так просто.

Том оказался единственным санитаром, продержавшимся на работе у криминалиста больше одного месяца. Остальные, если не сбежали сами, были выгнаны Раймом.

– Включайте в сеть, – приказал Райм полицейскому, вкатившему видавший виды газовый хроматограф.

– Нет. – Скрестив руки на груди, Том застыл перед удлинителем. Полицейский, увидев выражение его лица, неуверенно замялся, опасаясь столкновения с этим решительным молодым человеком. – Вот когда здесь будет работать кондиционер… тогда и включите эту штуковину.

– Господи Исусе! – скорчил гримасу Райм.

Один из самых мучительных аспектов быть калекой заключается в невозможности дать выход ярости. Лишь после аварии Райм понял, как легко рассеять гнев, пройдясь из угла в угол или сжав кулаки, а еще лучше – зашвырнув куда-нибудь тяжелый предмет (любимое занятие Блэйн, бывшей жены Райма).

– А вот если я рассержусь, у меня точно начнутся спазмы или будут контрактуры! – запальчиво воскликнул криминалист.

– Ни то ни другое не смертельно – в отличие от дисрефлексии, – как всегда жизнерадостно, произнес Том, что еще больше взбесило Райма.

– Дайте мне еще пять минут, – робко промолвил Белл.

Он исчез, а полицейские продолжали вносить оборудование. Хроматограф стоял неподключенным.

Райм жадно смотрел на приборы. Пытаясь представить себе, каково снова стиснуть пальцами предмет. Он сохранил возможность шевелить безымянным пальцем левой руки и мог ощущать слабое прикосновение. Но взять какой-то предмет, почувствовать его фактуру, вес, температуру… это было из области фантастики.

Терри Добинс, врач из Нью-Йорка, сидевший у изголовья кровати Райма, когда тот впервые очнулся после аварии, сделавшей его калекой, расписал криминалисту все стадии горя. Заверив Райма, что он испытает их все – и переживет. Но врач не упомянул о том, что некоторые стадии будут возвращаться. Что он вынужден будет носить их с собой, словно задремавшие вирусы, готовые в любую минуту проснуться.

За последние несколько лет Райм уже не раз испытывал отчаяние и отречение.

Сейчас же его раздирала безудержная ярость. Убийца бежал, похитив двух девушек. Как же Райму хотелось помчаться на место преступления, пройтись по координатной сетке, подобрать с земли едва заметную улику, посмотреть на эту улику в мощный микроскоп, понажимать клавиши компьютера, кнопки приборов, походить по комнате, размышляя.

Ему хотелось приступить к работе, не беспокоясь о том, что эта чертова жара его убьет. Он снова подумал о волшебных руках доктора Уивер, об операции.

– Что-то ты притих, – осторожно заметил Том. – Что замышляешь?

– Ничего я не замышляю. Будь добр, включи хроматограф в сеть. Ему нужно время, чтобы нагреться.

Поколебавшись, Том подошел к прибору и воткнул вилку в розетку. Затем расставил остальное оборудование на столе.

В комнату вошел Стив Фарр с огромным кондиционером в руках. Судя по всему, помощник шерифа отличался не только высоким ростом, но и незаурядной физической силой. Единственным свидетельством его напряжения были покрасневшие кончики ушей.

– Стащил в отделе планирования, – задыхаясь, выговорил Стив. – Мы с ними не очень-то дружим.

Белл помог ему установить кондиционер в окне, и через минуту в комнату хлынул прохладный воздух.

В дверях появилась огромная фигура – точнее, заполнила весь дверной проем. Парень лет двадцати с небольшим. Широченные плечи, высокий лоб. Рост шесть футов пять дюймов, вес около трехсот фунтов. Мгновение Райму почему-то казалось, что это какой-то родственник Гаррета явился требовать сатисфакции.

Однако парень высоким застенчивым голосом произнес:

– Я Бен.

Мужчины молча смотрели на него. Парень смущенно взглянул на кресло-каталку.

– Могу я вам чем-либо помочь?

– Ну… Я ищу мистера Белла.

– Я шериф Белл.

Парень никак не мог оторвать глаз от ног Райма. Быстро отвернувшись, он кашлянул, затем сглотнул комок в горле.

– Ну да. Вот. Я племянник Люси Керр?

Казалось, он не произносил утвердительно, а задавал вопросы.

– А, мой помощник-криминалист! – воскликнул Райм. – Замечательно! Вы прибыли как раз вовремя.

Еще один взгляд на инвалидное кресло, на ноги.

– Тетя Люси не сказала…

Интересно, что последует дальше?

– …не сказала, что мне придется заниматься криминалистикой, – промямлил парень. – Я… я учусь в Университете Северной Каролины в Авери. Мм… сэр, что вы имели в виду, сказав, что я прибыл вовремя?

Вопрос был обращен к Райму, но Бен смотрел на шерифа.

– Я имел в виду: проходите к столу. С минуты на минуту сюда доставят образцы, и вы поможете мне исследовать их.

– Образцы… Да-да. А что это будет за рыба? – спросил парень у шерифа.

– Рыба? – переспросил Райм. – Какая рыба?

– Любая, сэр, – тихо ответил великан, не отрывая глаз от Белла. – Я буду рад быть вам полезным, но должен предупредить, что у меня очень мало опыта.

– При чем тут рыба? Мы говорим об уликах с места преступления! А вы что подумали?

– Улики с места преступления? Но… я же ничего в этом не понимаю, – сказал Бен шерифу.

– Можете говорить со мной, – сурово произнес Райм.

Лицо парня порозовело, глаза забегали. Сделав над собой усилие, он повернулся к криминалисту:

– Просто я… я хочу сказать, он ведь шериф.

– Но сейчас командует всем Линкольн, – произнес Белл. – Он специалист по криминалистике, приехал из Нью-Йорка. Любезно согласился нам помочь.

– Ну да, конечно.

Взгляд на кресло-каталку, взгляд на ноги Райма, взгляд на мундштук управления. И снова глаза, подальше от греха, опущены в пол.

Райм поймал себя на том, что начинает ненавидеть этого парня, ведущего себя так, словно перед ним уродец из кунсткамеры.

А заодно и Амелию Сакс – за то, что она подстроила все это и увезла его от акульих клеток и рук доктора Уивер.

– Видите ли, сэр…

– Можете звать меня Линкольном.

– Да-да. Так вот, моей специальностью является морская социозоология.

– Что это такое? – нетерпеливо спросил Райм.

– Ну, если в общих чертах, поведение морской фауны.