Психология за минуту - Страница 5

Призыв бихевиоризма изучать только то, что доступно внешнему наблюдению, обернулся обеднением предмета психологии: психика приравнивалась к поведению, всё, что не укладывается в формулу «стимул—реакция», объявлялось не заслуживающим внимания или вовсе не существующим.

Американец Эдвард Толмен (1886–1959), изучая поведение крыс в лабиринте, провел изящный эксперимент, показывающий, что между стимулом и реакцией существует внутреннее опосредующее звено. Фактически, Толмен экспериментально доказал существование психики, причем даже не у человека, а у лабораторной крысы!

В эксперименте крысы были разделены на три группы. Группу С (контрольную) каждый день выпускали в лабиринт, в конце которого находилась пища. Группа N (без подкрепления) не получала пищевого вознаграждения. Группа D (с отсроченным подкреплением) получала поощрение только с 11-го дня эксперимента. Экспериментатор регистрировал количество ошибок, сделанных крысами из всех групп (ошибкой считалось попадание крысы в тупиковую ветвь лабиринта).

Крысы из группы С научились проходить лабиринт почти без ошибок к 15-му дню эксперимента. За это же время крысы из группы N, не получавшие подкрепление, почти ничему не научились. А что же группа с отсроченным подкреплением? В течение первых 10 дней они вели себя примерно так же, как и крысы из группы N. Но начав получать подкрепление, они сориентировались в лабиринте буквально за 3–4 дня! Если «прав» классический бихевиоризм, они не должны были ничему научиться, пока не получали подкрепление. Но очевидно, что, бесцельно бродя по лабиринту первые 10 дней, они составили внутреннее «представление» его структуры, которым и воспользовались во второй части эксперимента. Толмен назвал это «представление» когнитивной картой.

В середине XX века в американской психологии произошел ряд событий, положивших конец господству бихевиоризма. Опыты Э. Толмена продемонстрировали возможность экспериментального изучения скрытых психических процессов, недоступных непосредственному наблюдению. Математик Норберт Винер в книге «Кибернетика» (1948) предложил программу новой науки о закономерностях передачи информации в машинах, живых организмах и обществе. Лингвист Ноам Хомский в 1959 году опубликовал рецензию на книгу Б. Ф. Скиннера «Речевое поведение», причем рецензия затмила саму книгу. В ней Хомский подверг убедительной критике бихевиористскую концепцию усвоения языка. Человек способен построить бесконечное количество предложений на родном языке, а это, с точки зрения Хомского, опровергает концепцию обучения языку путем формирования условного рефлекса. В 1960 году психологи Джордж Миллер и Джером Брунер создают Центр когнитивных исследований при Гарвардском университете. Психология вновь обращается к исследованию внутренних, ненаблюдаемых процессов.

В самом общем виде когнитивная наука представляет познавательные процессы как цикл: выдвижение гипотезы – прием информации – обработка информации – проверка гипотезы. Например, чтобы воспринять (увидеть) стакан, сначала нужно построить перцептивную гипотезу, которая затем будет проверена в ходе восприятия и взаимодействия со стаканом. Если исходная гипотеза неверна, но является достаточно стойкой, возникает обман восприятия. Такова, например, природа иллюзий: когда вы ждете звонка от любимого человека, вы можете принять за звонок случайный звук.

Ученые-когнитивисты описывают познавательные процессы при помощи компьютерной и информационной метафор, соотносящих познание с обработкой информации в компьютере и других искусственных системах.

Летом 1910 года, сидя у окна поезда, пересекавшего центральную Германию, молодой психолог Макс Вертгеймер размышлял о психологическом объяснении известной иллюзии: почему пассажиру кажется, что далекие объекты движутся вместе с поездом? Ветргеймер вспомнил о стробоскопе – детской игрушке, создающей иллюзию движения объектов за счет быстрой смены их изображений. Осененный смутной догадкой, он в тот же день купил стробоскоп и экспериментировал с ним несколько часов. Вертгеймер заменил прилагавшиеся картинки листками бумаги, на которых начертил две параллельные прямые. Он обнаружил, что при одной скорости смены картинок линии видны по очереди, при другой – одновременно, при третьей – видна одна линия, которая меняет свое положение. Этот нехитрый эксперимент ознаменовал рождение гештальтпсихологии.

Перенеся эксперимент в лабораторию и используя тахистоскоп, Вертгеймер с помощью своих ассистентов Курта Коффки и Вольфганга Кёлера описал фи-феномен – иллюзию движения, связанную не с деятельностью органов чувств, а с тенденцией психики воспринимать набор ощущений как осмысленное целое (слово «гештальт» означает форму или структуру, которая первична по отношению к отдельным ощущениям).

Описан целый ряд «законов гештальта». Один из них – закон близости: воспринимая несколько одинаковых объектов в пространстве, мы группируем их по близости друг к другу. Согласно закону сходства, мы объединяем в группы сходные объекты. Закон «хорошего продолжения» заключается в том, что при восприятии мы отдаем предпочтение более естественным формам. Например, на рисунке справа мы увидим линии AB и CD, а не линии AC и DB. Согласно закону прегнантности, из возможных форм мы воспринимаем более простые (например, видим два круга, а не круг и полумесяц).

Гештальтпсихология стремилась объяснить не только восприятие, но и другие психические процессы.

В середине XX века, после двух мировых войн, ведущим направлением в европейской философии и культуре становится экзистенциализм, основывающийся на осознании уникальности бытия отдельного человека, «заброшенного» в мир и вынужденного искать смысл перед лицом отчаяния, тревоги и одиночества. В философии экзистенциализма берет начало гуманистическая психология. Ее главные представители Абрахам Маслоу, Эрих Фромм, Виктор Франкл, Карл Роджерс, Ролло Мэй и др. видели в гуманистической психологии альтернативу по отношению к главенствующим тогда психоанализу и бихевиоризму и поэтому называли ее «третьей силой» в психологии.