Пространство Откровения - Страница 98

Чего не знал Силвест, так это того, кто были остальные два члена команды. Был, разумеется, еще и третий, но он или она уже перешли ту границу, за которой Силвест не мог рассчитывать когда-либо свести знакомство с этой личностью. А из тех двух, которые не были мертвы, один, похоже, был близок к этому состоянию. Именно он сейчас получал помощь от Саджаки. Оставался, значит, еще один, который в ошеломленном молчании стоял несколько в стороне. Странно, но этот не пострадавший член команды почему-то держал свое оружие нацеленным на Силвеста, хотя последний был безоружен и не имел абсолютно никакого желания оказывать сопротивление своим поимщикам.

— Она выживет, — сказал Саджаки, когда его скафандр в течение минуты пообщался со скафандром раненой. — Но нам нужно как можно скорее вернуться на корабль. А уж тогда будем выяснять, что тут произошло.

— Это была Суджика, — произнес незнакомый Силвесту женский голос. — Суджика пыталась убить Вольеву.

Значит, убитая — Ее Сучье Величество Триумвир Илиа Вольева!

— Суджика? — воскликнул Саджаки. На минуту это имя повисло между ними и показалось, что Саджаки не мог — или не хотел — поверить тому, что говорит эта третья — пока безымянная — женщина. Но затем, когда ветер снова злобно накинулся на них, он вновь повторил это имя, только сейчас в голосе Саджаки таилась тень понимания. — Суджика. Да. В этом есть смысл.

— Я думаю, она хотела…

— Потом расскажешь, Хоури, — сказал Саджаки. — У нас будет много времени. И, разумеется, твоя роль в этом инциденте тоже должна быть объяснена. Объяснена так, чтобы полностью удовлетворить меня. Но все надо делать по порядку, — он кивнул на раненую Вольеву. — Ее скафандр поддержит ей жизнь еще несколько часов, но на корабль доставить ее не сумеет.

— Я так понимаю, — сказал Силвест, — что вы заранее предусмотрели способ забрать нас всех с поверхности планеты?

— Один маленький совет, — отозвался Саджаки. — Не следует меня слишком раздражать, Дэн. Заполучить вас стоило мне серьезных трудов, и все же не думайте, будто я не способен уничтожить вас хотя бы только ради удовольствия сделать это.

Силвест уже давно ожидал от Саджаки чего-то в этом духе. Он даже встревожился бы, скажи тот при встрече что-то иное. Но если Саджаки верил в силу своих слов, что сомнительно, то тогда он был дураком. Он явился сюда из такой дали — по меньшей мере от Йеллоустона, а может, и еще дальше, — чтобы разыскать Силвеста. Не так уж трудно догадаться, какова должна быть цена жизни последнего, не говоря уж о годах затраченного времени.

— Как это мило с вашей стороны, — сказал Силвест, вложив столько неискренности в свой голос, сколько мог отыскать в своей натуре, — но вы как ученый должны уважать мое стремление к экспериментальной проверке фактов. Например, прочности вашего терпения, — он вытащил из-под ветровки руку в перчатке, держа что-то двумя пальцами. Силвест допускал возможность, что одно из орудий скафандра может выстрелить в него в это мгновение, подумав, что в руке — оружие. Но Силвест считал риск оправданным. Достал он не пистолет, а небольшой картридж квантовой памяти.

— Видите это? — спросил он. — Это то, что вы просили меня принести с собой. Запись личности Кэлвина на бета-уровне. Она ведь вам нужна? Очень нужна.

Саджаки смотрел на него в упор, не произнося ни слова.

— Так вот, хрен вам, — спокойно произнес Силвест, давя картридж в пальцах и глядя, как ветер уносит пыль.

Скафандры взлетели с Ресургема, словно отточенные копья вонзаясь в ясное небо над черной песчаной бурей. Потом над головой Силвеста появилось что-то, сперва очень маленькое, заметное лишь тогда, когда заслоняло собой звезды. Оно было похоже на кусочек уголька, который непрерывно увеличивался в объеме, пока его грубо коническая форма не стала вполне различимой, а то, что еще недавно было легким мазком тьмы, теперь обрело хорошо различимые детали, подсвеченные отраженным сиянием планеты. Суперсветовик рос, стал огромен, занимая чуть ли не полнеба, и все продолжал увеличиваться. Корабль мало изменился с тех пор, как Силвест побывал на его борту в последний раз. Силвест знал — хотя этот факт и не произвел на него такого уж большого впечатления, — что корабли, подобные этому, всегда перестраивают себя, хотя, как правило, это касается преимущественно внутренних помещений, а не радикальных переделок внешнего корпуса. Это тоже случается, но реже — раз или два в столетие. На какой-то момент Силвест даже засомневался, а обладает ли корабль теми возможностями, которые ему нужны, но тут же вспомнил о том, что корабль сотворил с Фениксом. По правде, забыть такое было трудно, поскольку следы атаки хорошо были видны сверху: цветок серого разрушения пышно распустился на лице Ресургема.

В темном корпусе корабля открылся люк. Он показался Силвесту слишком маленьким, чтобы принять хоть один скафандр, не говоря уж о пяти, но когда скафандры приблизились, стало очевидно, что люк имеет в ширину несколько десятков метров, а следовательно, все скафандры легко пройдут в него разом. Силвест, его жена, двое Ультра с корабля, один из которых держал на руках раненую Вольеву, — все они вошли в корабельное чрево, и люк захлопнулся за ними.

Саджаки привел их в складское помещение, где они сбросили скафандры и вдохнули обычный корабельный воздух. Воздух имел особый и малоприятный привкус, который тут же напомнил Силвесту о его первом визите на борт. Он и забыл, как тут воняет.

— Ждите здесь, — велел Саджаки. Скафандры тут же занялись самоочищением, а затем прислонились к стене. — Я должен посмотреть, что с моей коллегой.

Он встал на колени и начал возиться с броней Вольевой. У Силвеста мелькнула мысль сказать ему, что не стоит тратить столько сил на помощь другому Триумвиру, но мысль не показалась удачной. Он и без того успел поиграть у Саджаки на нервах, когда раздавил картридж с записью сознания Кэлвина.

— Что же все-таки произошло там, внизу?

— Не знаю. — типично для Саджаки. Как и все по-настоящему умные люди, которые попадались Силвесту, Саджаки никогда не делал вида, что ему понятно даже непонятное. — Не знаю, а в данное время это не имеет никакого значения, — он считывал показания скафандра Вольевой. — Ее ранения хотя и серьезны, но, по-видимому, не смертельны. Через какое-то время она может совершенно поправиться. Кроме того, у меня есть вы. Все остальное — детали, — затем он повернул лицо к другой женщине, которая тоже уже сняла свой скафандр: — И все же кое-что меня беспокоит, Хоури.

— Что именно? — спросила она.

— Не имеет значения… пока, — он повернулся к Силвесту: — Между прочим, о том маленьком фокусе, который вы выкинули с записью… Даже не пытайтесь вообразить, что он произвел на меня хоть какое-то впечатление…

— А должен был бы. Как вы думаете теперь ремонтировать своего Капитана?

— Конечно, с помощью Кэлвина. Разве вы забыли, что во время вашего последнего визита к нам я записал весь процесс работы сознания Кэлвина? Согласен, эта запись могла и устареть немного, но хирургические сюжеты присутствуют в ней целиком и полностью.

Хороший блеф, подумал Силвест. И все-таки — только блеф. Впрочем, какая-то запись, видимо, все же есть — обрывки, копии. Иначе он никогда не дал бы мне уничтожить картридж.

— Кстати, еще вопрос… а что, Капитан так сильно болен, что даже не смог встретиться со мной?

— Еще успеете, — ответил Саджаки. — Все в свое время.

Саджаки и та — другая — женщина удалили лохмотья горелой «шкуры» со скафандра Вольевой. Этот процесс удивительно напоминал снятие панциря с краба. Наконец Саджаки что-то пробормотал женщине, и она бросила работу. Видимо, было решено, что работа слишком деликатна, чтобы ее продолжать на складе. В это мгновение бесшумно вошли три робота. Двое из них подхватили Вольеву и унесли ее, сопровождаемые Саджаки и женщиной. Силвест эту женщину в прошлый раз на борту не видел, но у него сложилось впечатление, что ее роль в иерархии команды не слишком высока. Третий робот уселся на пол и уставился на Паскаль и Силвеста своим скучающим одиноким окуляром.