Просто сказка - Страница 2
– Это вы про Томаса…
– Да, про Томаса Джона Крейга-младшего.
– Увлекается мужчинами?
– Нет, мэм.
– Неужели педофил?
– Нет, мэм.
Джессика настороженно взглянула на ряды ухоженных могил.
– Надеюсь, этот Томас не некрофил?
– Мэм, если бы его влекли трупы, он вряд ли заинтересовался бы такой очаровательной, полной жизни особой, как вы.
– Спасибо за комплимент.
– Нет, вы вправду очаровательны.
– Давайте вернемся к Томасу…
– Джону Крейгу-младшему.
– Продолжайте, продолжайте.
Джессика нарочно чуть наклонилась вперед, чтобы молодой кладбищенский уборщик оценил ее декольте и французский бюстгальтер.
– В общем, мэм, у Томаса Джона Крейга-младшего было три жены.
– Сколько?
– Три.
– А что, симпатичный мужчина.
– Без сомнения.
– За такого любая пойдет.
– Он этим и пользуется.
– Мистер, не морочьте мне голову. Давайте поконкретней, если у вас имеется компромат на Томаса…
– Джона Крейга-младшего.
– Я слушаю.
– В общем, предыдущие три жены, такие же славные, молодые и абсолютно здоровые, как и вы, погибли при невыясненных обстоятельствах.
– Все три?
– Да, и заметьте: с каждой он прожил не более года.
– Вы хотите сказать, что жен Томаса…
– Джона Крейга-младшего.
– Что жен преследует какой-то злой рок?
Но кладбищенский информатор уклонился от прямого ответа.
– Простите, мэм, наверное, я наболтал лишнего.
– Да нет, спасибо. Я теперь хоть в курсе, что Томас…
– Джон Крейг-младший.
– Что он вдовец. А то я могла бы попасть в нелепую историю.
– Значит, вы все-таки решили принять его приглашение?
– Но кто не рискует, тот остается в старых девах, – сказала Джессика излишне уверенно. – А перспектива ни разу в жизни не испытать медового месяца – не самая радужная.
– Вы правы, мэм.
И красавец с умными глазами, торсом атлета и замашками техасского ковбоя возобновил мытье надгробья.
– Кстати, а вы женаты?
– Я?
– Вы, вы.
– Пока нет.
– Я так и подумала.
Джессика рассмеялась.
– Да, последний штрих, мэм, – сказал могильный ковбой, окатывая из шланга скорб-ный медальон и позолоченную эпитафию. – Ни одна из жен Томаса Джона Крейга-младшего ни разу ему не родила.
– Невезучий он какой-то, вы не находите?
– Может, и невезучий…
– Жизнь покажет. – Джессика застегнула верхние пуговицы блузки. – Тем более что я ему ничего конкретно и не обещала.
Джессика нарочно резко повернулась спиной к нерадивому работнику кладбища.
– Ах да, мэм, совсем забыл! – крикнул ей вслед неунывающий парень. – Меня зовут Ральф.
Джессика почти остановилась, дожидаясь продолжения, но мойщик надгробий не произнес больше ни слова.
Будущая невеста Томаса Джона Крейга-младшего, выдержав гордую паузу, подходящую для уязвленного самолюбия, глянула через плечо.
Могильный ковбой исчез вместе со шлангом для полива и жесткой намыленной щеткой.
Исчез, как привидение.
Джессика внимательнее всмотрелась в ближнее надгробье, поблескивающее после мытья в лучах робкого солнца, ослабленного перистой облачностью.
Нет, этот Ральф явно не призрак.
Покидая кладбище, Джессика испытывала определенную досаду.
Ну почему ею серьезно заинтересовался пожилой джентльмен, похоронивший трех бесплодных жен, а не этот бодрый холостяк?
Джессика улыбнулась озорной мысли.
Если бы этот хамоватый красавец Ральф пригласил ее на завтрашний ланч, то она бы точно не отказалась…
3
ЦЕНТРАЛЬНАЯ БАШНЯ
Вечером, лежа в постели и листая каталог встроенной бытовой техники, Джессика долго раздумывала о словах кладбищенского смотрителя.
Что могло скрываться за этими несчастьями, постигшими трех жен мистера Томаса Джона Крейга-младшего?
Она еще раз внимательно изучила шикарную визитку, весь длинный и одинокий вечер служившую ей закладкой для каталога.
Весьма и весьма солидный человек.
Она припоминала негромкий, сдержанный, серьезный голос, вспоминала устремленный на нее внимательный, проницательный взгляд из-под очков, и ей вдруг стало жаль этого загадочного, немолодого мужчину, которому, видно, много чего пришлось пережить.
В конце концов, он действительно мог оказаться просто закоренелым неудачником, такое бывает.
Может быть, именно ей, Джессике, одинокой сироте и тоже неудачнице в личной жизни, предназначено наконец-то сделать этого тройного вдовца счастливым.
А заодно и себя.
Джессика спрятала визитку между глянцевых страниц каталога.
Хватит мыкаться…
Джессика взбила подушку.
Хватит зря надеяться…
Джессика расстелила постель.
Хватит томиться в бездействии…
Джессика сменила пижаму на голубую прозрачную ночную рубашку, которая могла бы возбудить не только пожилого джентльмена, предлагающего скучный ланч, но и могильного красавчика, исчезнувшего, как привидение.
И тут всполошился телефон.
Никто и никогда не тревожил Джессику так поздно. Все подруги, коллеги и дальние родственники знали о ее привычке рано ложиться спать.
Полузнакомый, тихий, приятный и необычайно вежливый голос извинился за бесцеремонный звонок.
Джессика поняла, что это не кто иной, как сам Томас Джон Крейг-младший.
Она, конечно, простила настойчивого джентльмена, но все же спросила, откуда он узнал ее телефонный номер.
Томас Джон Крейг-младший пообещал объяснить это на завтрашнем ланче.
– А я, знаете, еще не решила.
– Ничего, запишите на всякий случай адрес.
– Минуточку. – Джессика послушно вынула из тумбочки еще не начатый тюбик помады. – Минуточку.
– Не торопитесь, я подожду.
– Диктуйте. – Джессика приготовилась записывать прямо на зеркале, в которое любила смотреться по утрам и причитать: «Ну кто на такое добро позарится, кто?».
Но портить зеркало помадой не пришлось.
Томас Джон Крейг-младший назвал самое престижное кафе города: «Донжон».
Джессике давно хотелось побывать там, среди рыцарских доспехов и щитов, развешанных по стенам, и отведать знаменитое печенье «Руаяль», изготовленное по секретному рецепту средневекового повара, сожженного инквизицией на площади за слишком вкусные блюда.
– Донжон – это, кажется, что-то, имеющее отношение к архитектуре крепостей?
– О, Джессика, вы разбираетесь даже в оборонительных сооружениях?
– Помню, читала в одном историческом романе, как любовники ночью, в грозу и ливень, уединялись на самом верху донжона.
– Ну, наш донжон будет куда уютней, – усмехнулся Томас Джон Крейг-младший. – Поверьте.
– А печенье «Руаяль»?
– Вы к тому же и сладкоежка?
– Немного.
– Ну тогда приятных снов.
– Спокойной ночи, сэр, – ответила она, пожалуй, слишком поспешно и ласково, чем требовалось, и сама испугалась, не покажется ли ее тон слишком вульгарным новому знакомому.
– Зовите меня Томас, – сказал он одобрительно и после короткой паузы добавил: – Джессика, вас ждет маленький сюрприз…
– Сюрприз?
Но на поспешный, наивный и глуповатый вопрос молодой особы пожилой джентльмен ответил безапелляционно и сухо:
– До встречи!
Вот была бы умора, если бы теперь позвонил тот ковбой с кладбища…
Но призрак по имени Ральф так и не удосужился прочитать ей на ночь очередную предостерегающую мораль.
Чтобы избавиться от морока, навеянного этими двумя странными и такими разными мужчинами, Джессика принялась листать глянцевый каталог.
Посудомоечное чудо с полным автоматическим циклом.
А Томас-то, Джон Крейг-младший, неплохо сохранился для своего довольно солидного возраста.
Широкоформатный телевизор с плазменным экраном диагональю 50 дюймов.
Интересно, когда Ральфу стукнет лет семьдесят-восемьдесят, он будет так же хорош?
Микроволновая печь с грилем, работающая в 120 режимах.
А ловко Томас Джон Крейг-младший придумал с ланчем в «Донжоне»…