Признания Адриана Моула - Страница 20

токости по отношению к инкубаторским курам. Черный носок символизирует то зло, что есть в моей душе, например желание поразвлечься с Пандорой на полную катушку или фантазии о том, как я взрываю многоквартирные башни (разумеется, предварительно эвакуировав оттуда несчастных жильцов, которые все поголовно страдают манией самоубийства).

Таким образом, я – ходячая дихотомия. На своих ногах я ношу проблемы всего мира. Естественно, простонародье не понимает этого яркого явления. Мне часто кричат вслед: “Эй, у тебя носки разные!” На эти невежественные замечания я отвечаю просто и звучно: “Нет, приятель, это у тебя разные!” Некоторые отходят, дивясь, однако, если быть до конца честным, многие не считают своим долгом даже задуматься.

Что касается украшений, то на шее у меня висит золотая цепочка с медальоном. В медальоне хранятся останки сухого осеннего листочка. Последний символизирует хрупкость человеческого существования. Листок подарила мне Пандора в порыве страсти, который пришелся почему-то на осень. На моем левом запястье медный браслет, в старости он предохранит меня от артрита. На правом запястье пластиковые водонепроницаемые часы, в которых – приди мне в голову такая блажь – можно нырять на глубину до ста футов.

У меня есть еще одно украшение, о нем никто не знает, кроме меня и еще одного человека, – малюсенькая татуировка “Мама и папа” на интимном месте. Я выколол ее в период нестабильности в их супружеской жизни. Теперь сожалею о своем порыве, ибо эта татуировка не позволит мне в будущем загорать голышом. И когда я стану поэтом-миллионером и буду лежать на моем личном греческом острове, я останусь единственным среди моих гостей, кто не снимет плавки.

Впрочем, житье на греческом острове мне только предстоит. Что до моего нынешнего жилища, то обитаю я под отчим кровом, представляющим собой полдома в захолустном пригороде одного из Центральных графств. Да-да, я, как и многие мои сограждане, живу в доме с глухой стеной, отделяющей меня от интимных секретов чужой семьи. Никак не пойму, почему эта стена называется “глухой”, ведь когда наши соседи закатывают вечеринку, слышен каждый звук: как откручивают пробки на бутылках с тоником, как вишенки падают в коктейли, как женщины обмениваются колкими репликами и как мужчин рвет. И если глухие стенки сооружаются с целью оградить примыкающие полдома от шума, производимого соседями, то я должен заявить британским строителям: “Вы просчитались, господа”.

А теперь я хотел бы поведать о моем типичном дне. Пес обычно будит меня в семь или около того. Он дико старый, и у него слабый мочевой пузырь. Я встаю и, как был в трусах и майке, открываю ему черный ход, чтобы он задрал лапу на газоне наших соседей. Завариваю кофе и, прихватив чашку, возвращаюсь в постель, где читаю что-нибудь интеллектуальное с целью повышения своего образовательного уровня. Сейчас я штудирую “Витгенштейна для начинающих”, авторы – Т. Лоуз, МГН, Трин., Дуб. () Иногда, ради развлечения, я могу взяться за что-нибудь, требующееОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com