Призма - Страница 11

Вот и сейчас он ехал в подпольное казино, находившееся в подвале одной из гостиниц, с настроем отыграться. Он знал, что сегодня именно тот счастливый день, в который он закроет вопрос с картами раз и навсегда, отдав все долги, накопившиеся за пару неудачных игр, да еще останутся деньги на жизнь. Партнеры по игре были рады его визиту и с улыбкой на лице пригласили за стол перекинуться в преферанс. Действительно, Виталию сегодня везло, все вышло так, как он планировал. Он отыгрался и вдобавок заработал приличную сумму в размере двух тысяч рублей. Довольный прапорщик, закончив игру, сел за барную стойку, перекинулся парой слов с местным барыгой Матвеем и удалился с ним в туалет. Там он рассчитывал сбыть пистолет, чтобы иметь деньги на его второе пристрастие – женский пол. Его потенциальный покупатель Матвей, рыжий, слегка сутулый, но крепкий мужчина с беглыми и хитрыми глазами, доверял прапорщику, так как знал его с самого детства.

Осмотрев товар, он с удовольствием выложил за него полторы тысячи рублей и даже не стал торговаться. После удачно проведенной сделки они, как полагается, обмыли ее, выпив по рюмке коньяка, и Матвей удалился из заведения по своим делам. Виталий Андреевич, заприметив за столиком напротив барной стойки высокую знойную брюнетку, заказал ей бокал красного французского вина, а себе двести граммов армянского коньяка. Предвкушая страстную ночь, с улыбкой отъявленного Ловеласа он двинулся было к ее столику, как вдруг послышался шум, выстрелы, крики: «Всем лицом в пол! Работает милиция!»

Злополучное игральное заведение и его посетители находились под наблюдением правоохранительных органов больше года. Следили как за его организаторами, так и за персоналом и игроками. На каждого была заведена особая папка, в которой скапливался компромат. Деятельность прапорщика Диденко помимо милиции рассматривала служба собственной безопасности ГАИ. Ничего серьезного на него не нарыли, так по мелочи, тянуло максимум на строгий выговор. Ввиду заслуг перед Отечеством увольнять бы его не стали, не окажись он в этот день в чертовом казино. Операция по закрытию данного места планировалась на следующий день, но вдруг поступила оперативная информация, что в заведение приехал давно разыскиваемый вор в законе Альберт Ташкентский, и будет при нем и его сообщниках ни много ни мало порядка двух килограммов героина. Упускать такую возможность органы, естественно, не стали, и оперативники, действуя вместе с отрядом бойцов спецназа, немедленно взяли штурмом храм похоти и азарта.

В связи со сложившейся ситуацией Диденко уволили из органов, и, приписав ему все возможные грехи, устроили показательный суд, по решению которого 25 августа 1983 года он был этапирован в колонию-поселение для отбывания наказания сроком на три года два месяца.

Матвей Фартовый, так его звали в криминальных кругах, носил символическое прозвище не зря, ведь заведение которое он покинул, брали штурмом примерно через пятнадцать минут после того, как он из него удалился. Хотя в данном случае везение было ни при чем. Именно Матвей сообщил милиции о прибытии Альберта Ташкентского в казино для реализации партии наркотиков. С жадным вором в законе у него давно были стычки, ведь это Альберт подмял под себя весь рынок по торговле наркотиками в Крыму и в южной части России. В результате Матвей вынужден был либо делиться с ним прибылью, либо терять один из налаженных каналов по поставке гашиша. Поэтому над предложением завербоваться в агенты КГБ он долго не раздумывал и согласился. Это предложение последовало несколько месяцев назад от капитана Синицина В.Г., у которого на одной из полок «созревал» второй том по преступной деятельности гражданина Ляшко Матвея Констаниновича. И Матвей рассуждал так: во-первых, в случае чего скостят срок, а во-вторых, главным аргументом был ненавистный вор в законе, что и явилось определяющим фактором его согласия. Узнав от болтливого бармена о посещении их заведения серьезным гостем да еще и о выделении ему отдельной комнаты для какой-то важной сделки, он понял, что это его шанс. Но вот как понять, что это за сделка? Помог случай. Когда он шел с прапорщиком Диденко в туалет для оценки товара, он услышал разговор двух серьезных грузин, в котором упоминалось о прибытии через полчаса двух вагонов гречки из Ташкента. Провернув сделку с Виталием и выйдя из гостиницы, он позвонил по нужному номеру из ближайшей телефонной будки и, продиктовав адрес, сказал заранее оговоренную на такой случай фразу: «Через пятнадцать минут птичка в клетке». Через десять минут автомобилей такси, дворников и моющих асфальт машин вблизи гостиницы стало заметно больше, а через пятнадцать минут, после кивка швейцара, дворники и водители с автоматами и пистолетами в руках штурмовали подвал, в котором находилось подпольное казино со всеми его посетителями.

Для Матвея все вышло как нельзя лучше: во-первых, прапор, к которому он испытывал дружеские чувства, избавился от серьезных последствий, продав ему ствол, во-вторых, у него есть покупатель на этот кольт, который заплатит за него в два раза больше. Покупателем был один его знакомый эстонский моряк по имени Андрес, который буквально пару дней назад после удачной игры, хорошенько поддав рома, изливал свою душу, кляня в сердцах неверную супругу. Долговязый, нескладный Андрес лил горючие слезы, которые текли по его большому носу и впалым щекам, затем плавно переходили на маленькие тонкие губы, после чего резким движением руки, вытирались рукавом. Отчаявшийся моряк постоянно хватался за голову и трепал и без того росшие в разные стороны волосы, и цветом, и внешними признаками больше похожие на солому.

Он оставил Матвею в залог тысячу рублей и сказал, что тот получит еще две, когда принесет ему «чистый ствол». На вопрос, не жалко ли ему супругу и не проще ли развестись, моряк ответил, что его любовь к ней безгранична, а препятствием является ее любовник, адрес которого ему известен. Жену он трогать не будет.

– Андрес, ты точно уверен? – стоя на причале на следующий день после вышеописанных событий, спросил Матвей у моряка.

– Да, я продумал каждый свой шаг, это сидит у меня в голове. Я закрываю глаза и вижу, как в своем родном городке Нарва поздно вечером я стою на улице Вестервалли рядом с подъездом его дома прямо за массивным дубом, который скрывает меня от случайных прохожих. Он медленно идет со своим лабрадором Томасом, смотрит на него, гладит его по голове и улыбается. В этот момент я выхожу из-за дерева, мое лицо скрывают широкие поля панамы, и я говорю ему «Привет, Бруно! Ну как тебе моя жена?». Не дожидаясь ответа, я поднимаю руку с пистолетом на уровень его лба и, выстрелив ему в голову два раза, хватаю быстро поводок и, посадив собаку в автомобиль, еду к супруге. Собака будет хорошим подарком, мне кажется, она любит лабрадоров. Как ты думаешь?

– Я думаю, парень, что ты псих, и тебе пора лечиться. Впрочем, дело твое. Давай оставшиеся деньги. Вот тебе кольт и пятнадцать патронов к нему. Проверять будешь?

– Спасибо, незачем. Еще успею, – сказал, растягивая слова эстонец-рогоносец, и протянул Матвею оставшуюся сумму. – Рад был иметь с тобой дело.

Конец фразы летел уже в спину уходящему по пристани вдоль берега Матвею Фартовому. Он шел счастливый с набитыми деньгами карманами и задумчивой улыбкой на лице. Легкий морской бриз и гипнотический плеск маленьких волн о каменистый берег очищали его мысли от всей скверны, которая копилась в его сложной и насыщенной приключениями жизни. Он как будто бы уходил от реальности и возвращался в детство, где они с пацанами беспечно бегали по берегу, кидая камни в воду. Он остановился возле фонаря, освещающего небольшую часть берега, и, опершись локтями на мраморный парапет, тянувшийся вдоль набережной, решил немного побыть наедине с собой, наслаждаясь таинственными звуками моря. Но вдруг быстро промелькнула чья то тень, и резкая боль проникла ему под левую лопатку. Матвей попытался повернуться, но застыл в полуобороте и, опускаясь на колени на обмякших ногах, услышал последние слова в своей жизни: «Привет из Ташкента».