Приворотное зелье на единственную (СИ) - Страница 62

-- Это временное облегчение, - сказала колдунья, показывая на спящую Снежену. - Раньше вам надо было беспокоиться. Поздно уже. Плод носит ваша Снежена. Срок большой. Сами считать умеете. Дитя, даст Бог, родит она человеческое, нормальное, без отклонений. Может, с этим связаны все её проблемы? У беременных все бывает....

-- Что? - ахнула побелевшая Ингрид. - Что? Беременна? Кто? Снежена? Что же делать? Как помочь? Что будет теперь со мной?

И осеклась под суровым взглядом старшего сына. Колдунья повернулась к Ингрид, взгляд той блуждал в рассеянности.

-- Что с тобой будет? Как тебе помочь? Никак уже. И я тебе не помогу, нет тебя больше, ты сама все уже решила, - сказала баба Нюша и повернулась к Герасиму: - Вот тебе и придется нести этот крест. Все на тебя.

-- А он? - показала на страшного грешника Эдуарда Ингрид. - Ему какой крест надо назначить, чтобы все искупить?

-- Ему? - баба Нюша помолчала. - Ему придется жить с дочерью. Всю жизнь. Ты же этого не хочешь! Никто не хочет. Но не изменишь ничего. Работать ты не хочешь и не умеешь. Скоро у вашей дочери появится ребенок. Его тоже придется растить.

Эдуард молчком повернулся и ушел. Заговорила что-то быстро и тревожно во сне Снежена. Колдунья подула ей в лицо. Непонятный говорок оборвался. Баба Нюша стала вставать с дивана.

-- Мне пора. Больше я ничего не смогу сделать. Обращайтесь к врачам. Покажите Снежену психиатру... Скажите обязательно про беременность. Да и вам, остальным, его советы не помешают.

-- А вы сами пошепчите и над ними всеми, - раздался громкий шепот огромной экономки, - им всем плохо, помогите людям, облегчите им жизнь, они в вас верят. Вы же знаете много заговоров.

-- Я и так уже помогла, - ответила Нюша. - Я ухожу. Я могу помочь телу, а душе... Над душой я не властна. Здесь нужны медики. Не колдуны, а врачи. Хотя можете попробовать еще одно средство, мужа найти вашей Снежене надо... Кто знает, вдруг другой мужчина отвлечет девицу от порочных мыслей об отце.

Колдунья в сопровождении Степаниды покинула спальню Снежены. Мать и сын остались в комнате.

-- Нельзя нам возвращаться в А-к, - угрюмо сказал Гера. - Никак нельзя. Такой позор...Мы будем молчать, так Снежена проболтается.... Что скрывать от самих себя, плохо с разумом нашей Снежены, она не первая в нашем роду. Дед говорил, были в роду Облонских больные шизофренией... Да пусть в А-ке лучше не знают, что с нашей Снежкой такая беда случилась.

-- Пусть не знают, - равнодушно согласилась мать. - Мне уже все равно. Я все для себя решила... Вот закончу родословную Облонских и все... На мне кончается родословная...

-- А мужа сестре я найду, - не слушая Ингрид, говорил её старший сын. - Хорошую мысль подала старая ведьма. Забудет сестра старого козла папашу, муж ублажит её...

-- Забудешь его, - тоскливо думала Ингрид. - Я тоже пыталась. Нет, далеко до Эдьки другим мужикам... Далеко...

Ингрид больше ничего не говорила. В свое время родственники твердили, что нельзя брать Эдичку в мужья, что он намного её младше, что порченый, нутро у него гнилое, что родственники они. Нет, не послушалась. Теперь расплачивается. Что же, ей путь закрыт в А-к. А там родился внук, Кешка, Степка давно женился, а детей долго не было. Ингрид сына не видела много лет, и внука ни разу, а малышу уже пять лет. И, наверно, не увидит его Ингрид. Она все для себя уже решила.

Колдунью к выходу провожала экономка.

-- Зайдите к Эдуарду Григорьевичу, - попросила она, остановившись на полпути. - Он вас ждет. Помогите ему. Снимите грех с его души. Эдуард хороший, просто несчастный, не любит его никто.

-- Я не священник, - сурово ответила баба Нюша. - Грехов не отпускаю.

Но огромная экономка не слышала слов колдуньи, хотела опуститься на колени, и баба Нюша зайти согласилась, уж очень жалобно смотрела Степанида. Мудрую женщину отвели к Эдуарду. По взглядам, которыми обменялись князь Облонский и Степанида, баба Нюша поняла: между ними есть какая-то связь. "И с этой спит, старый греховодник! - подумала наблюдательная женщина. - А с другой стороны, это единственно нормальная баба в его окружении, хоть и крупнее его. И, наверняка, любит старого греховодника. Просто так любит. Ни за что. Хотя хорош собою..."

-- Что мне теперь делать? - спросил Эдуард старую женщину. - Как жить с таким грехом? Зачем мне жить? Для удовольствия? Больше не хочу. Сыт.

-- Для детей, для наследников, - ответила баба Нюша.

-- У меня нет нормальных наследников. Откуда им взяться? Сами видели, ненормальное наше семейство. Обезьяны и шизофреники. Для каких детей жить?

-- Вы меня спрашиваете? Скажу. Отдайте дочь замуж. Ей нужен мужчина. И рождение ребенка оправдаете, может, и про вас Снежена забудет. Если это её не успокоит, в клинику, немедленно. И еще. Уж не обижайтесь. Сгнили вы все тут. Давно в вас эта гниль. Зачем ты женился на родственнице? Жена ведь твоя родственница?

-- Да.

-- Чего ты тогда хочешь? Я хоть и ведьма, а не ученый-генетик, но скажу: вырождаетесь вы. Посмотри, какая бесцветная дочь у тебя. У природы уже и красок не хватает на вас. У матери её есть отдельные признаки болезни, у дочери вовсю проявились. Обнови кровь, роди нормального наследника от здоровой бабы. Вот на экономку поглядел бы. Хорошая, крупная баба. Жалеет тебя.

Эдуард повесил голову.

-- Есть внебрачные дети? - спросила баба Нюша.

-- Не должно быть, - отозвался Эдуард. - Аборты я всем оплачивал, кто предъявлял претензии.... Не жалел денег.

-- Вот сам и думай. Живи, расти дочку-внучку...

Получив вознаграждение, колдунья попросила привести красивую горничную.

-- Неужели и про неё знает? - похолодело все внутри у Эдуарда. Оказалось, нет.

-- Все, Зойка, собирайся домой, - строго сказала колдунья и пояснила удивленным Степаниде и Эдуарду: - Это моя внучка. Нечего ей здесь делать. У неё жених есть. Как после такого дома он на ней женится?

-- Бабушка, - пыталась возразить Зоя, - но мне хорошо платят. Нам же с тобой еще Лизу надо растить.

-- Домой, - приказала баба Нюша. - Нечего здесь оставаться. Тлетворным духом тянет...

Гера просчитался.

Совет деревенской колдуньи исполнил Гера. Стал искать мужа Снежене. Эдуард и не думал беспокоиться. Он привык, что все за него делают другие. Красивой горничной больше не было в доме. Гера пригрозил, что никаких больше оргий со стороны отчима он не потерпит. Эдуард промолчал. Но из-за проблем, связанными с неадекватным поведением сестры, у Геры совсем не стало возможности заниматься делами "Империи". Его заменил молодой, неопытный, но талантливый финансист Родион Годеонов. Он же был выбран и на роль мужа Снежены. Гере при его таланте ничего не стоило устроить Годеонову крупные убытки. Отныне Родион вынужден был стать фактически рабом Облонских. А заставить жениться на Снежене было нетрудно. Гера показал фотографии, на которых его невеста Зоя была в одной постели с Эдуардом. Родион переменился в лице, не поверил и встретился с невестой. Молчание Зои убедило лучше фотографий. Годеонов дал согласие стать мужем Снежены. Зоя буквально через месяц стала жить с Сашкой Дубинцом из соседней деревни, забеременела, они расписались. Но через два месяца Дубинец сбежал от молодой жены, до него тоже дошли слухи про её работу в доме Облонских. Родители мужа выставили невестку из дома. Зоя вернулась в старый дом бабы Нюши. Не работала, целыми днями лежала на кровати, курила, если дома не было бабушки, в срок родила сына, кормить грудью не стала и запила. Десятилетняя Лиза очень любила маленького племянника. Она заменила мать мальчику, нянчилась, вставала по ночам, когда бабушка болела, гуляла с ним. Он звал её мамочкой Лизой. А Зойка пила. Временами пропадала. Годеонов, чувствуя свою вину, будучи несчастливым в браке, пытался примириться с Зоей. Но он был связан обязательствами, о разводе со Снеженной не могло быть и речи. А быть любовницей Зоя отказалась.