Присоединиться к большинству (СИ) - Страница 18

- Откуда ты знаешь русский?

"Ну, конечно же, ОН знает русский" - сказал внутри него кто-то более сообразительный. Зайцева прошиб холодный пот. Он еще с минуту надеялся, что ошибся. Но взгляд повернувшейся к нему женщины вариантов не оставил.

- Можно спросить?

-Спрашивайте.

- Зачем?..

- Мне это показалось забавным.

- И что теперь? - тупо спросил Зайцев.

- Ничего не изменилось. Живите дальше. Готовьтесь к полету.

Пин встал с кровати, и спокойно, не стесняясь Зайцева, прошел до середины комнаты, где лежали брошенные ночью платье, трусики и туфли. Медленно наклонился. Зайцев смотрел на мраморно-белые бедра и округлый мягкий зад, на тело молодой красивой женщины в самой порнографической позе и не испытывал ровно никаких эротических чувств. Напротив, он физически чувствовал, что его член сейчас очень маленький и холодный.

Пин, не торопясь, но уверенными движениями оделся. Взял в одну руку сумочку, через другую перекинул кофту. Зайцев подошел открыть дверь. На мгновение взгляд Виктора во второй раз встретился с пином. Зайцеву показалось, что по глазам полоснули бритвой. Впрочем, это обычный равнодушный взгляд пина.

Зайцев лежал на кровати, завернувшись в душную простыню, и смотрел на дверь. Вопреки здравому смыслу ему казалось, что за ней стоит пин. Пару раз он порывался встать и запереть ее, и каждый раз понимал, какая это глупость.

В конце концов, Зайцев решил, что дальше так продолжаться не может. Он медленно оделся и вышел из коттеджа. Утренний мир встретил его слишком назойливым солнцем и слишком яркими красками желтого песка, кислотно-голубого неба, сине-зеленого моря.

Около столовой Зайцев увидел Жанну, одетую в очень короткое ярко красное платье, с огромными сине-зелеными как море кругами вокруг глаз и густо накрашенными губами. Строительница курила длинную сигарету.

Рядом с ней на земле, почти прижавшись к ее голой ноге и вытянув свою изуродованную конечность, сидел юный або Лауро, голый по пояс. Время от времени он встряхивал головой, как конь, и опять застывал, уставившись вдаль.

Зайцев развернулся, пошел в другую сторону. Там его окликнул профессор. Дьюи сидел под навесом около административного корпуса.

- Куда-то торопитесь, Виктор?

Зайцев неопределенно махнул рукой.

- Подойдите, пожалуйста, присядьте.

Зайцев зашел под навес. Дьюи глазами-щелками посмотрел на него снизу вверх.

- Садитесь, садитесь. Я только что был у Глобски. Старина Эдви на боевом посту. Так вот.... Из экипажа исключены трое участников - Мейбл, Жаннет, Стивенс. Вы - в курсе?

- Стивенс? - Зайцев побелел, - Вы уверены?

Дьюи покачал головой.

- Я уже видел его сегодня. Вернее, его тело. Тело собиралось сесть на катер. Классический инсайт, без вариантов. А девушки Вас не интересуют?

- Я видел пина с телом Мейбл, - объяснил Зайцев.

Дьюи прищурился, промолчал. Кивнул.

- Жанна стоит около корпуса администрации, - продолжил Зайцев, опускаясь на стул, - В карнавальном костюме шлюхи.

- На нее, судя по всему, у Пана другие планы. Да, кстати, Виктор, - Дьюи многозначительно поднял палец, - Я не знаю, что Вы вчера делали, и есть ли Вам, о чем жалеть. Но, думаю, Вам стоит узнать. Мы с Фредерикой утром сделали химический анализ вина. Там оказался сильнейший афродизиак. И еще кое-что, отрубающее самоконтроль. Лошадиные дозы того и другого. Убойной силы коктейль.

Дьюи сделал паузу, чтобы Зайцев переварил информацию, и добавил:

- Наш господин любит жестокие шутки.

- А почему Вы думаете, что это шутки Пана?

Дьюи удивленно посмотрел на Зайцева.

- Но кто же тогда? Кто решился бы на такое? Это же прямая диверсия!

- Например, кто-нибудь посмелее нас с Вами. Кому наплевать, что с ним будет после того, как его мир провалился в тартарары, а все, кого он любил, превратились в управляемых роботов. Или, наоборот, напуганный до полного безумия. Тот же Глобски. Про исключение из экипажа сразу троих человек кто Вам сообщил? Не пин ведь?

- Глобски, - с неохотой признался Дьюи.

Зайцев опустил голову. Он взялся за нее обеими руками, как будто боялся, что она сейчас развалится. Руки дрожали.

- Эдвард, кто-то - неизвестно кто - подсыпал нам в вино зелье. Превратил в кривляющихся обезьян. По крайней мере, некоторых из нас. Потом еще кто-то сообщил, что экипаж ополовинен. Вы приняли версию, что это сделал Пан, и сразу же опустили руки. Над нами сотворили мерзость, но если это Пан, то все нормально?

- Да, - кивнул Дьюи, - все нормально в рамках того мира, в котором мы сейчас оказались. И в нынешних наших обстоятельствах разумнее считать, что это сделал Пан. Для проекта, если он Вас еще интересует. Для выживания, в конце концов.

Зайцев мрачно посмотрел в пол.

- Сайрус думал иначе. Он предпочел умереть, чем так погано выживать.

Дьюи вздохнул.

- Значит, Вы не в курсе... У Сайруса был неоперабельный рак. Он уговаривал Пана присоединить его. Хотел, таким образом, хоть в каком-то виде спасти свое сознание от смерти. Но Пан ему отказал. Вот после этого Сайрус и застрелился, - Дьюи помолчал и добавил, - Вы любознательны, Виктор, но недостаточно наблюдательны.

- Постараюсь исправиться, - буркнул Зайцев.

Профессор хлопнул его по плечу.

- Да что с Вами, Виктор? Посмотрите на вещи здраво. Вы в очередной раз вытянули выигрышный билет! Мы с Вами победители.

Зайцев маятно покрутил головой.

- Кого мы победили, Эдвард? Мейбл? Стивенса?

Дьюи сделал удивленное лицо и отодвинулся от Зайцева, будто желая лучше его разглядеть на расстоянии.

- Дался Вам этот Стивенс. Это даже странно. Так ли много времени прошло, как практически все, кого Вы знали, в известном смысле перестали существовать. Многомиллиардная гекатомба. И Вы сохраняли самообладание. А тут исчез всего один неприятный Вам человек, и Вы раскисли. Да и, в конце концов, - Дьюи приподнял уголки губ, - он же сам говорил, что мечтает об этом.

- Он так говорил, потому что боялся больше всех нас вместе взятых, - возразил Зайцев, - Потому и вел себя так.

- Это еще один пример того, что испытывать страх разумно, но поддаваться страху - самая большая глупость, - заметил Дьюи.

Он поднял палец.

- Знаете, чем занимался Стивенс последние два года? К моменту Большого Хапка оказалось не закончено тестирование жилого модуля для Эдема с живыми объектами внутри. Разнообразные физические и химические воздействия, звук, температура, и так далее. Пан продолжил работу, а нашего Энтони привлек к испытаниям. Обычно начинали с опытов на животных. Но это в прежние времена. А Пан сразу начал тестировать на людях - пинах и интактах. В жестком режиме. В общем, похоже, Пан при всей своей мудрости психологическую устойчивость Стивенса несколько переоценил.

- Откуда Вы это знаете? - не поднимая головы, глухо спросил Зайцев.

- Из его досье. Что же касается Мейбл - она имела отношение к хоспису при Центре космической биологии. Так вот...

- Зачем Пану кому-то показывать эти досье, для чего?

Дьюи неопределенно пожал плечами.

- Не важно, Виктор. Услышьте, что я Вам пытаюсь втолковать. Мейбл, Стивенс, мадемуазель Флавиньи - это все бракованные экземпляры. Они еще до прибытия на остров были обречены. А со Стивенсом Вы и сами не могли нормально разговаривать.

- А мне почему-то как раз сейчас захотелось с ним поговорить, - задумчиво пробормотал Зайцев.

Дьюи махнул рукой.

- Ну, это-то как раз не проблема. Я Вам говорю...

Зайцев непонимающе уставился на профессора. Потом сорвался с места...

Зайцев медленно подошел к пину Гильермо, неподвижно стоящему на причале, глядя на море.

- Простите, можно задать вопрос? - Зайцев подумал, что обращается к пину уже во второй раз за один день - впервые за все время пребывания на острове.

- Задавайте, - без эмоций ответил пин.

- Я могу поговорить со Стивенсом?

- Можете.

Вот так просто. Зайцев несколько раз моргнул, отвел глаза.