Пришелец в СССР. Том 2 (СИ) - Страница 7

Тень был полностью со мной согласен. Значит, это всего лишь совпадение, но какое грандиозное совпадение. Или Киндеев мог знать убийцу еще по старой жизни во Мглове. С этим мне и придется разобраться на месте.

Приехал я в Мглов затемно, поэтому толком ничего и не увидел. Маленький провинциальный городок, укутанный ночью, ничем не отличался от любого другого городка из глубинки. Деревянные дома, построенные еще до революции, соседствовали с трехэтажными бетонными коробками.

Фонари тускло освещали улицы. Некоторые вообще не горели, что создавало ощущение заброшенности, словно город вырвали из реальности и погрузили в болото межвременья. Лампочки в фонарях же сгорали, а заменить их уже было некому, и город медленно, но необратимо погружался в темноту. И когда сгорит последний фонарь, город Мглов полностью исчезнет из реальности, сотрется со всех административных и шпионских карт.

В этом месте сразу же чувствовался застой времени и в эту особую атмосферу свою приправу добавляло отсутствие людей. С того момента как я въехал в город прошло уже минут десять, а я еще не встретил ни одну живую душу ни пешком, ни на машине. Автомобили в городе имелись в достаточном количестве, но все они стояли у тротуаров, брошенные людьми. О том, что город не заброшен говорили только весело горящие окна домов. Хотелось надеяться, что я приехал не в город призрак.

На моей родной планете было несколько городов призраков. Они появлялись тогда, когда люди покидали насиженные места, потеряв средства к существованию. Когда-то такие города росли на местах с высоким заработком, вокруг заводов, фабрик, мест добычи полезных ископаемых, но потом заводы закрывались, добыча прекращалась, люди разъезжались, города хирели и вымирали.

Самым известным городом у нас был Добравин, где несколько сот лет добывали дравий, редкий металл, используемый для изготовления двигателей для космических перелетов. Постепенно источник дравия иссяк, и люди покинул Добравин. Город занесло песком времени, пока один находчивый предприниматель по имени Оскар Бомбей не решил открыть в этом городе парк аттракционов под названием «Колесо смерти».

Поговаривали, что до прибытия на нашу планету известный предприниматель Оскар Бомбей был необыкновенным космическим мошенником и авантюристом. На многих планетах Бресладской империи был выписан ордер на его арест.

Оскару Бомбею удалось вдохнуть вторую жизнь в заброшенный город. Вскоре Добравин стал вторым по популярности городом на нашей планете. Сюда прилетали космические туристы со всех концов империи, но это все было еще в довоенную эпоху. После того как Империя развязала войну с идрисами, парк аттракционов постепенно пришел в запустение, город снова вымер, а Оскар Бомбей покинул нашу планету. Прошел слух, что он отправился по обитаемой Вселенной, влипая то тут, то там в новые авантюры.

Однажды лет десять назад мне попалась в руки книга, в которой описывались приключения Оскара Бомбея. К сожалению, я не помню ни имени автора, ни названия книги, но помню только, что с огромным удовольствием прочитал ее. Буквально проглотил за один вечер. И думал еще, что с каким бы удовольствием я бы посмотрел фильм про приключения Оскара Бомбея. Жалко, что никто из киношников не додумался его снять.

Потом уже в строю космических штурмовиков я много раз видел города-призраки на разных планетах. Города чье население было поголовно истреблено бесноватыми идрисами.

Все города призраки такие разные, но в то же время такие одинаковые в своем угасании.

Но чего это я ударился в сентиментальные воспоминания, так мне не свойственные. Даже Тень от удивления затих и прислушивался. Когда я что-то вспоминаю, перед моим внутренним взором разворачиваются картины других миров. Тень очень любил смотреть их, словно программу «Клуб кинопутешественников» только с эффектом присутствия.

Я решил, что пора заканчивать с воспоминаниями. К тому же я уже добрался до конечного пункта своего путешествия. Я остановился напротив гостиницы «Космос», которая находилась на улице Ленина. В каждом городе Советского Союза обязательно есть улица Ленина. Чаще всего она центральная. И нет ни одной похожей улицы Ленина. Все улицы Ленина необыкновенно разные.

Гостиница «Космос» ничем не выделяющееся четырехэтажное бетонное здание с крыльцом под навесным бетонным козырьком. Скучная индустриальная постройка, в которой все до предела функционально. Напротив, здание городской администрации, перед ним памятник Ленину в окружении ровного ряда тополей.

Я припарковал автомобиль рядом со входом в гостиницу, заглушил двигатель и вышел наружу, прихватив с собой портфель с документами. Для визита в отдел милиции уже поздно. Начальство, скорее всего, разбрелось по домам на заслуженный отдых, а дежурный милиционер мне без надобности. Так что официальный визит я отложил на утро, а сейчас мне надо было остановиться в гостинице и найти место, где поужинать.

Я запер автомобиль, поднялся по обшарпанным ступенькам на крыльцо и дернул за ручку стеклянной двери. Дверь не поддалась. Оказалось заперто, но внутри горел свет. Я настойчиво постучал, а когда не дождался никакой реакции изнутри, постучал снова. Внутри началось какое-то движение. Свет заморгал, словно на подстанции начались перебои с электричеством, и вскоре в холле гостиницы показалась худая женщина в строгом сером костюме, очках и с волосами, скрученными в бублик. Она подошла к двери, отперла ее, приоткрыла и тут же, не дав возможность представиться, атаковала:

— Чего вы хулиганите, товарищ? Зачем в дверь колошматите? Разбить дверь хотите? Я милицию вызову. Пятнадцать суток голову вам охладят! Пьяные вы что ли? Напьются и хулиганят!

— Женщина, — попытался я остановить ее словопоток, но только еще больше ее разозлил.

— Какая я вам женщина? Что это за неслыханные оскорбления? Я гражданка, ответственное лицо. А вы мне работать мешаете. Постояльцев своим стуком будете. Стучат, понимаете ли. По голове себе постучите.

— Гражданка, ответственный работник гостиницы, я тоже постоялец, — громко, тоном разгневанного начальника заявил я. — Вы хотели позвать милицию. Поздравляю ваша милиция уже здесь.

Я достал красную корочку, раскрыл и сунул ей под нос. Это тут же остановило ее словоизвержение. Она внимательно прочитала ФИО в удостоверении, сверила фотографию с моим лицом и тут же сменила гнев на милость.

— Что же вы не сказали сразу, что вы из милиции? Мы всегда готовы помочь родной милиции? Проходите, что вы стоите на пороге. Внутри удобнее разговаривать.

Она широко раскрыла дверь и наконец-то впустила меня в гостиницу. Я вошел, и она тут же заперла за мной дверь, чтобы никто посторонний не проник, воспользовавшись моим служебным положением. Хотя никаких посторонних на улице не наблюдалось.

Оформление заняло минут десять. Администратор вписала мои данные из паспорта в книгу регистрации, тщательно сверяя каждую цифру и букву. Очень долго она изучала мою фотографию из паспорта и мое лицо, словно пыталась вычислить, что из них является фальшивым. После необходимых формальностей, она вернула мне документ и выдала ключи от тринадцатого номера. Тень, увидев цифру на пластиковом брелоке ключей, скривился и потребовал поменять номер. Мол, цифра несчастливая, нас впереди ожидают неприятности. Хорошо, что администратор его не слышала, иначе бы сильно удивилась. И откуда только у советского гражданина, милиционера и коммуниста, такие глупые предрассудки. Я не стал его слушать и взял ключи.

Я сомневался стоит ли спрашивать, но все же спросил:

— Подскажите, а где можно поесть? Проголодался с дороги.

— Сейчас? — удивилась женщина и посмотрела на часы.

На часах было еще детское время — восемь часов вечера. Теоретически кафе и рестораны работали согласно приказу Минторга до закрытия в половину одиннадцатого вечера. Вот только есть ли в этой глуши кафе и рестораны, вот в чем вопрос.

— Не знаю. Может «Ракушка» еще не закрылась. Попробуйте. Тут недалеко на улице Марата, дом три. Направо от гостиницы. Но учтите, что в десять часов я закрою двери, и никого не впущу. У нас закрытое учреждение.