Пришелец в СССР. Том 2 (СИ) - Страница 50

Бельский пристально на меня посмотрел. Через минуту тряхнул головой, словно пытался сбросить лесную паутину, в которую во время прогулки по лесу влип, и сказал:

— Нет. Не вижу ничего. Словно не было тебя никогда. И никого у тебя не было. Ни родителей, ни дедушек с бабушками. Ни корня твоего рода не было. И будущего твоего не вижу. Может, это потому что ты потомства не оставишь, а может и потому, что ты вовсе не человек.

Бельский криво усмехнулся и добавил:

— Или человек, но не отсюда.

От этих слов мне стало не по себе. Я звездный штурмовик. Я не верю во всю эту мистику, предвидение, мировое древо и прочие магические фокусы, но тут чуть было не поверил. Откуда этот человек мог знать, что я не из мира сего? Или это просто совпадения? Но разве могут быть такие совпадения?

Но я глазом не моргнул, чтобы себя не выдать.

— Странно это все, — тяжело вздохнул Рябинин. — Всех я вижу. А тебя не вижу. Со мной такое в первый раз. Я ведь сразу это заметил, когда тебя впервые встретил. Сначала подумал, что мой дар пропал. Дар, который передал мне отец, а ему передал дед. Я даже разнервничался. А потом ко мне пришел клиент, и вижу, что дар при мне. Увидел я его во всей исторической протяженности. Дети у него взрослые. И потомство здоровое. Звезд с неба хватать не будут. Но не всем же шедевры мирового искусства ваять. Кому-то надо и горшки обжигать. И когда я понял, что со мной все в порядке, решил, что с тобой что-то не так. Я понял, что рано или поздно, ты поймешь кто я и попытаешься меня арестовать.

Бельский нервно поморщился и стал тереть лицо руками, продолжая свою исповедь. Вот почему маньяки-убийцы так любят рассказывать о себе и своих преступлениях. Возможно потому что хотят быть понятыми другими людьми.

— Я не мог позволить себе идти в тюрьму. Ведь у меня есть цель, моя миссия. Тогда я решил, что надо уйти в бега. Сменить место жительства. Залечь на дно. В конце концов, гнилые ветви есть везде. Работа всегда найдется. Я решил вернуться во Мглов, чтобы забрать свое имущество, спрятанное на черный день. Тогда я и вспомнил про Степанова. Я встречался с ним еще в годы юности, разговаривал про Садовников. Но это ты знаешь. Я не мог рисковать. Моя работа слишком важна, чтобы я мог кому-то дать себя обыграть. Время терпит. Сначала я разберусь с вами, потом вернусь к своему саду. Гнилые ветви можно отрезать в любой момент. Но жить с осознанием собственного бездействия было очень тяжело.

— Тебя что пожалеть что ли? — спросил я.

Тень тут же недовольно заворочался на глубине моего сознания. Зачем я дразню убийцу? Ведь он может разозлиться и прикончить меня, а вместе с ним и его тоже.

— Странно. Мне сейчас показалось, что ты не просто человек, а словно бы два человека. Два в одном, — сказал Бельский. — Я мог бы поклясться всем самым дорогим, что это так. Хотя не понимаю, как такое возможно.

В этом непонимании он был не одинок. Неужели он правда видит меня? И если у него правда есть дар, то тогда он и видит эти самые гнилые ветки человечества, которые ликвидирует. Разве такое возможно? Мое «Я» звездного штурмовика активно протестовало против такой трактовки событий. Но я не знал, как еще объяснить откровения Садовника. Как бред больного на всю голову человека? Который, стреляя по площадям, случайно попал в игольное ушко?

— Ладно. Пора с этим заканчивать.

Он тяжело поднялся со стула, словно у него болели ноги, и посмотрел мне в глаза. Пристально. Это был стальной взгляд убийцы, лишенный какой-либо человечности. И если я хоть на секунду начал верить в его особый дар и миссию, то в этот момент я увидел хищника, который просто создал философскую основу для своей жажды крови. Если его дед и отец были такими же, как он, то вероятно они и были той самой гнилой ветвью, которую следовало уничтожить на корню.

— Эй, а ты не думал, что у тебя просто больной мозг. Что этот твой дар, просто твоя больная фантазия. А сам по себе ты просто обыкновенный серый человек, придумавший себе эту особую миссию, чтобы оправдать бессмысленность своего существования? — остановил я его вопросом.

Тень тут же вынырнул на поверхность с возмущением. Зачем я дразню чудовище, которое разозлится и убьет меня? Но ведь оно и так, и так меня убьет. Но я хотя бы попробую разозлить его. Быть может, он допустит ошибку и это меня спасет. Без какого-то чудесного вмешательства, мне не выпутаться из этой западни.

И тут я увидел идриса. Он стоял на пороге комнаты и раскачивался из стороны в сторону, словно готовился к смертельному прыжку. Если бы я его увидел пару недель назад, то искал бы укрытие или открыл бы стрельбу в надежде уничтожить примитивными пулями столь совершенное существо. Но теперь то я знал, что это всего лишь проекция напрямую в мой разум. Вот только Бельский об этом не знал.

Увидев, как я смотрю куда-то ему за спину, он резко обернулся и застыл. Он видел идриса. Значит мой собрат транслировал изображение в том числе и на него. Зачем он это делал?

Бельский выдохнул какой-то толи скрежет, толи хрип. Попятился, чуть было не упал на меня, поднял руки к лицу, пытаясь толи закрыться от идриса, толи стряхнуть его как наваждение. И в это мгновение идрис прыгнул на него.

Бельский бросился бежать, пытаясь спасти от неминуемой смерти, но не смог. Внезапно он остановился, схватился за грудь и упал замертво. Идрис застыл над его неподвижным телом. Замерцал и растворился в пространстве.

Миссия Садовника завершилась полным провалом, хотя кровавую жатву он все же успел собрать.

Я увидел Кармия. Он вальяжно вошел в комнату, посмотрел равнодушно на неподвижное тело Бельского, потом взглянул на меня и криво улыбнулся.

— Я же говорил, что ты мне еще нужен. А ты чуть было не провалил свою миссию. Хорошо, что я установил за тобой слежку, и когда тебя отключили, то сработал аварийный сигнал. Пришлось срочно искать тебя. Надеюсь, этот человечек тебе был особенно дорог. Кажется, он уже не живой.

— Освободи меня, — попросил я.

Кармий подошел ко мне и развязал веревки.

— У меня есть для тебя работа. В Ленинграде в ближайшее время появится Хирург. Его цель дестабилизировать ситуацию в стране, разрушить Союз между Сплетением Майетов и Бресладской Империей. Ты должен остановить его. Подробную информацию в ближайшее время передам тебе. На этом все.

Кармий пошел к выходу, но я остановил его вопросом.

— Почему я оказался здесь? Тебе прислали ответ на запрос в программу «Второй шанс»?

Кармий ответил, не обернувшись.

— Нет ничего случайного. Это не сбой. Теперь ты мой агент. Я жду от тебя хорошую работу.

Он ушел, оставив меня во Мглове наедине с телом Садовника. Теперь мне надо было вызвать сюда Амбарова и нашу следственную группу, а для этого надо добраться до майора Ракитина, общаться с которым мне совсем не хотелось.

Я заторопился на улицу. Надо было найти колеса. Бельский меня сюда не на электричке привез. Также надо отправить спасательную группу на квартиру к профессору Тредиаковскому пока не поздно. Жаль, что милиция не оборудована записывающей аппаратурой и признание Бельского не удалось зафиксировать. Теперь придется долго и нудно доказывать его причастность к убийствам. Главное, что убийств больше не будет. Садовник обезврежен раз и навсегда.

Старенькую копейку Бельского я нашел сразу же. Пока открывал и заводил машину, вспомнил про Киндеева и подумал, что раз Садовник убивал и мужчин, может удастся повесить на него смерть Киндеева. К тому же он родом из Мглова.

Через несколько минут я отъехал от старого дома.

Я приехал во Мглов в третий раз, но не по служебной необходимости, а по собственной инициативе. Еще из Ленинграда я позвонил Рябинину и договорился о встрече. Несколько дней, как он вышел из больницы, а я закончил заполнять отчеты по делу Садовника. Скоропостижная смерть Ивана Бельского с одной стороны поставила точку в его деятельности и нашем расследовании, с другой стороны породила массу проблем. Преступника нет в живых, а мертвеца не допросишь, чтобы связать воедино все сюжетные линии. Амбаров ходил мрачнее грозовой тучи. Начальство постоянно звонило ему по инфарктному телефону и дергало на ковер, но он не сдавался, обещал в ближайшее время закончить следствие и сдать в архив. Пироженко, Стрельцов и Ефимов ездили по всему Ленинграду, опрашивали свидетелей, потенциальных свидетелей и знакомых потенциальных свидетелей, собирая по крупицам те фрагменты, которых нам не хватало для основательной доказательной базы. Так нам пришлось допросить всех друзей и знакомых Ольги Филейко, чтобы установить факт ее романтических отношений с Иваном Бельским. Тот был отличным конспиратором и старался никому на глаза не попадаться. С друзьями Филейко не общался, в общих компаниях не появлялся, даже в кино старался приглашать ее на дневные сеансы, где народу будет поменьше и количество потенциальных знакомых сведено к нулю, потому что все на службе. Постепенно шаг за шагом цельная картина мира восстанавливалась, белые пятна заполнялись необходимыми фактами и подробностями. Нам удалось доказать факт знакомства Ивана Бельского со всеми жертвами. Судебно-медицинская экспертиза показала, что Бельский умер от острого инфакрта миокарда, а мне как свидетелю его смерти пришлось заполнять дополнительные отчеты, в которых буквально поминутно отражались обстоятельства моего пленения и смерти преступника.