Пришелец в СССР. Том 1 (СИ) - Страница 10

— Идрис, полный идрис, — пробормотал я себе под нос.

Меня никто не услышал.

Картина вырисовывалась следующая. Неизвестный, с невыясненными целями напал на неизвестную девушку. Зарезал ее, рана колото-резаная, после чего срезал ивовый кустик и аккуратно вставил в рану. Зачем он это сделал? Похоже знает только его воспаленное воображение. Случайное это убийство, или они были знакомы? Очень много белых пятен. Но это всегда так в самом начале следствия.

— Леший, ты чего задумал? — спросил подошедший Киндеев.

— Работаю я, Федя, работаю, — ответил я.

— А какого хрена ты работаешь. Это не наша земля. Надо местных вызывать. Это их работа. Мы тут должны только оцепление организовать, да никого не подпускать. Мальчишек опять же надо все данные записать, чтобы потом опера могли с ними побеседовать.

— Вот ты этим и займись, — сказал я.

Киндеев что-то буркнул недовольно, отошел от меня к Ивану. Вместе они вернулись на пляж к другим парням.

Мне не давало покоя тело. Мертвецов на своем веку я насмотрелся досыта, так что мертвым телом меня не удивишь. Но тут было что-то не так. И даже не ивовый куст, торчащий из спины. Интересно, какой смысл в этом кусте? А то что смысл был, я в этом на сто процентов был уверен.

Складывалось впечатление, что убитая не сопротивлялась. Сама добровольно легла на землю, сложила руки за спиной и позволила себя дырявить, при этом не издав ни звука. Слишком уж безмятежным был ее вид. Это меня напрягало.

Мне бы сейчас стандартный рабочий чемоданчик Стража, я бы эту историю за пару часов распутал, да к самому порогу убийцы вышел бы с полным набором доказательств. Труп обследовал бы модуль «патологоанатом», окружающую среду исследовал бы модуль «следопыт», след убийцы нашел бы модуль «легавая», а модуль «хроноскопа» воссоздал бы всю картину преступления до мельчайших подробностей.

Но, идрис меня разбери, я находился в мире, где никто даже не подозревал о современных способах ведения следствия. У них не было никаких продвинутых модулей для сбора улик и доказательств. Здесь все по старинке. Падай на землю и ползай, пока не изучишь каждую травинку и веточку с увеличительным стеклом. Да к тому же мальчишки, хоть и боялись тела, все-таки изрядно натоптали на поляне.

Ладно, послушаю Киндеева. Это не моя головная боль, пусть у местных следаков носки потеют от работы. Но я все же внимательно осмотрел место преступления и не нашел ничего, за что можно было бы зацепиться.

Вернулся Киндеев — злой, встревоженный.

— В округе ни у кого телефона нет. Придется спускаться в военный городок. Там позвоню во Всеволожск. На это мне полчаса надо. Я бы на машине поехал, но уже выпил. Поймают гайцы, дырок наделают, не посмотрят на погоны. Так что извиняйте дяденька, придется потерпеть.

— Иди. Я буду ждать здесь.

— Не знаю, кто прибудет первым — я или местные. В общем, не скучай.

И Киндеев полез через кусты к тропинке — неуклюже и раздраженно. Он злился на себя, на меня, на Ивана, которого черт вынес к нам на поляну, на мертвую девушку и её убийцу за то, что мы все испортили такой душевный отдых на природе. Бездушные мы все скотины, красноречиво говорила спина Киндеева.

Я решил время не терять, и еще раз осмотреть место преступления.

Тело я не трогал. Пусть им эксперты занимаются. К тому же я сейчас не на службе. меня больше интересовало место преступления и его окрестности. Девушка одета нарядно, словно в город собралась, но до ближайшей автобусной остановки далеко. Что же она, идрис ее побери, делала в лесу. Но сколько я не ползал по кустам, выискивая какие-либо улики, ничего не нашел. Телепортировали ее сюда что ли? Но это невозможно, здесь еще не знают этой технологии. Закончив поиски, я сел на поваленное дерево и стал ждать. Через час с небольшим вернулся Киндеев. Выглядел он злым и уставшим. Так долго планированный отдых накрылся медным тазом. Толком и посидеть не успели.

— Дозвонился во Всеволожск. Доложил о найденном мертвом теле, — сообщил он.

— И что сказали? — спросил я.

— Сказали ждать. Никого к месту преступления не подпускать. Скоро приедут.

Ждать пришлось полтора часа. Время у них тут понятие относительное. На удивление Киндеев все время молчал. Сначала он просто смотрел на озеро, на другой берег, а затем лег на землю и задремал. Я с облегчением вздохнул. Разговаривать совсем не хотелось. Но спать рядом с мертвым телом, как Киндеев я не мог.

Время тянулось медленно, но вскоре послышался шум в кустах и громкие голоса. И на поляну к мертвому телу вышли человек десять. Большая часть была в милицейской форме, но были и люди в штатском — криминалисты, по всей видимости. Они тут же развели бурную деятельность. Один из них стал все фотографировать. Пары снимков удостоились, и мы с Киндеевым, который проснулся и выглядел злым и помятым, словно с хорошего бодуна. Двое в штатском стали осматривать тело, аккуратно переворачивая его с места на место и все записывая.

К нам направился полный седой мужчина в застегнутом, не смотря на жару, на все пуговицы кителе.

— Старший следователь Всеволожского Уголовного розыска майор Потапов Сергей Ильич, — представился он.

Сначала представился я, так как был в форме. Затем Киндеев.

— Вы нашли тело? — спросил следователь Потапов.

— Тело нашли местные мальчишки. Мы записали их данные. Вы можете их в любой момент допросить. Они из соседнего садоводческого товарищества, — ответил я.

— А вы как здесь оказались? — с подозрением уставился на меня следователь.

— Товарищ майор, у меня здесь рядом дача. Валерий мой друг и сослуживец. Мы приехали шашлыки пожарить, да культурно отдохнуть. — затараторил Киндеев

— Отдохнули? — перебил его следователь Потапов.

— Вы знаете как-то не получилось, — ответил Киндеев.

— Плохо.

Уж не подозревает ли нас следак. С какой стати ему нас в чем-то подозревать. Хотя конечно есть подозрительные места в этой истории. Двое сотрудников милиции случайно жарили шашлыки рядом с местом преступления. Это прямо как в классических детективах. Если случилось где убийство, то главный герой сыщик будет обязательно поблизости. Сам бы себя заподозрил, на всякий случай. Откуда я знаю, что такое классический детектив? Опять Тень развлекается?

— Вы место преступления осмотрели? Нашли что-нибудь интересное?

— Нет. На удивление ничего нет. Такое чувство, что тело сюда принесли. Ни травинки, ни веточки. Все чисто и нетронуто.

— Хорошо. Мы тут все осмотрим. Сейчас наш сотрудник опросит вас, все запишет, после этого вы можете быть свободны. Но будьте готовы, что мы в любой момент вызовем вас для дачи показаний.

Я со всем согласился. Сотрудником оказался совсем мальчишка, младший лейтенант, только-только из школы милиции. Мы расположились на бревне рядом с мертвым телом. Он достал из папки протоколы допросов свидетелей. Подробно опросил меня, затем Киндеева. Все тщательно записал, после чего мы подписали «с моих слов записано верно» и поставили подписи. Лейтенант спрятал протоколы в свою папку и сказал, что мы можем быть свободны.

Мы ушли, оставив позади спецов, которые исследовали место преступления, все движения свои протоколируя.

Мы шли к даче молча. Уже начало темнеть. Вошли на территорию садоводства с одинаковыми одноэтажными домиками с косыми крышами. Дача Киндеева ничем не отличалась от соседних, только стены окрашены в желтый цвет, когда у соседей домики были голубыми. Люська сидела в гамаке и читала книжку. Увидев нас, она вскочила, бросила книжку в гамак и направилась нам на встречу.

— Что так долго? Я уже переживать начала.

— Ты же знаешь, следственные мероприятия вещь не быстрая, — ответил Киндеев. — Жрать хочу.

— Сейчас я шашлыки на сковородке разогрею, — сказала она и скрылась в доме.

Перед домом стоял деревянный самодельный стол и две скамьи. Я сел за него. На улице тепло и уютно. На удивление нет комаров. Память Тени подсказывала мне, что комаров в это время года в Ленобласти всегда полно. Житья от них нет. Вероятно, ночью высосут досуха. Киндеев сходил в дом и вернулся с бутылкой портвейна и двумя стаканами. Он наполнил стаканы. Я взял свой, и мы немедленно выпили.