Прикосновение - Страница 11

В техникуме мне отказали:

– Вы ещё к нам не поступили – не имеем права.

Я и не стал настаивать… Выйдя из здания техникума, я взглянул на мои наручные часы: было уже двенадцать часов дня. Я вздохнул: как не хотелось, но всё же придётся ехать к дяде Рафаэлю… Хоть бы их тридцати шестилетнего ещё неженатого сына – дяди Артура – не было дома… Что он подумает обо мне? Его все считали «интеллигентом», что ему до меня? Он же – врач…

К дяде Рафаэлю я точно знал дорогу, мне не нужен был адрес, его я запомнил, когда мы с отцом привозили в техникум документы. После сдачи документов отец уехал по делам, а я на маршрутном автобусе номер семь, как мне отец объяснил, доехал до дома дяди Рафаэля. Итак, я побрёл на автобусную остановку, до которой было примерно метров пятьсот; мыслей никаких в голове не было, я просто брёл с туповатым безразличием к ситуации… Пройдя метров сто, я почувствовал, как подул слабенький ветерок, и как будто кто-то подошёл ко мне с левой стороны. Я не успел придать этому значения, так как этот «Кто-то» стал вдруг говорить со мной… моим внутренним голосом:

– Вот ты и остался один, без мамы и без папы; что же, человек всегда когда-то остаётся один. Но ТОТ всегда с тобой – Кто всегда с тобой.

Я обомлел и замедлил шаг, моему удивлению и растерянности не было предела: я разговариваю сам с собой? Не понимаю – как? Я с осторожностью в себе смог спросить:

– Кто Ты?

Ответ последовал незамедлительно, всё также – моим внутренним голосом:

– ТОТ, кто всегда с тобой. Кого ты гнал.

В моём сознании тут же всплыли воспоминания, как мы с друзьями обижали ребят из церкви и обзывали их «богомолами». Невольно у меня из глаз потекли слёзы, я заплакал:

– Боже! Неужели это Ты? Если это Ты, я обещаю Тебе стать хорошим человеком: крещусь, прочту Библию, буду чтить Твои Законы, не буду пить и курить!

В ответ голос был холоден и от него веяло неописуемой силой:

– Ты знаешь путь к своей тёте. Поезжай!

Сидя в автобусе, я не понимал, что происходит, и почему я так спокоен. Моя душа была спокойна— как будто она знала ЕГО вечно… И в этом блаженном состоянии я заснул. Проснулся я точно там, где надо было сходить, и как только сошёл, Голос появился снова:

– Вон такси, на автозаправке; подойди и скажи, что тебе надо на автовокзал.

Я приоткрыл рот от удивления и уже без особого страха про себя задал вопрос:

– Зачем?

– Там находится переговорный пункт: позвонишь в Урджар, уточнишь адрес.

Я, услышав это, обрадовался, сказав про себя: «Вот это да! Точно, это идея! Самое главное, логично!». И я ответил ЕМУ:

– Хорошо, я подойду и спрошу у таксиста.

Ответа не последовало, это было последнее, что было мне сказано…

Я тогда не задумался, что автобус с номером одиннадцать, на котором я приехал, на своём обратном пути тоже шёл прямиком на автовокзал… Я не знал ЕГО план, не знал ЕГО мудрость, ЕГО замысел. ОН знал меня – знал, что я без причины никогда не подошёл бы к таксисту.

Таксист, мужчина невысокого роста с коротко стриженными волосами, поблескивающими сединой, на вид лет пятидесяти, заканчивал заправляться; вынимая шланг из заправочного патрубка, он окинул меня взглядом:

– Да, конечно, мальчик, подожди здесь пять минут, я здесь по вызову – заберу клиентов, и к тебе подъеду. Будь здесь.

Садясь в такси, я заметил на заднем сидении двух светловолосых женщин, как две капли похожих друг на друга, примерно лет сорока, они оживлённо разговаривали о чём-то между собой. Таксист внимательно следил за дорогой и, на мгновение посмотрев в мою сторону, спросил:

– Я вижу, у тебя что-то случилось, парень? Зачем тебе на автовокзал?

Женщины притихли, прислушались к нашему разговору, я отвечал таксисту долго и сбивчиво. В один голос женщины воскликнули:

– Какое совпадение! Мы – десять лет назад переехали из Урджара в Семипалатинск, как твоя фамилия, мальчик?

– Хриспенс!

Мою фамилию с первого раза никто никогда не запоминал, всегда переспрашивали, но женщины переспрашивать не стали:

– Не знаем таких, но ты наш земляк, и мы приглашаем тебя к нам – на время, пока будут у тебя вступительные экзамены, а потом родители приедут и найдут тебе квартиру.

Я был удивлён столь любезному приглашению, но принять его не мог, всё по той же причине: не хотел причинять кому-либо беспокойство:

– Спасибо за приглашение, но, извините, нет.

– Мальчик! Мы не принимаем твоего отказа, всё решено, едем к нам, у нас такие же дети, и вы, безусловно, станете друзьями; мы уверены – твои родители поступили бы с нашими детьми точно так же! Всё – едем к нам.

– Спасибо, нет, нет!

Таксист снова взглянул на меня и произнёс мою фамилию без всяких запинок – впервые в моей жизни с одного раза назвали мою фамилию правильно и так звучно:

– А Хриспенс Иоганн, не твой дядя?

От удивления у меня открылся рот. Я посмотрел внимательно на шофёра: ещё никогда не случалось, чтобы я встречал моего однофамильца, тем более за пятьсот километров от дома и в таком большом городе, – фамилию, которой я стесняюсь и которую хотел бы поменять:

– Нет, не знаю его, нет, не мой…

– Он – мой лучший друг, хороший человек, хочешь, поехали к нему? Примет тебя, как сына, ваша фамилия очень редкая, он будет очень рад увидеть своего однофамильца, а возможно, и родственника.

– Нет, нет спасибо!

Наши глаза встретились. Я рассматривал таксиста и не мог поверить, что всё это случайность. Таксист улыбнулся:

– Ну, и что ты будешь делать на автовокзале?

– Позвоню своим, уточню адрес моей тёти.

Женщины, внимательно слушавшие наш разговор, заголосили:

– Мы тебя не отпустим, мальчик, мы так не можем, мы будем переживать за тебя!

Я молчал, уже давно приняв решение. Таксист, глядя на дорогу, продолжал:

– Хорошо. Есть третий вариант: могу тебя устроить в гостиницу.

– А сколько это будет стоить?

– В сутки – два с половиной рубля.

Я в уме стал пересчитывать свои финансовые возможности: сегодня – понедельник, завтра экзамен: математика и геометрия – всё в одном, в четверг – русский язык и литература… В общем, в четверг вечером я могу ехать домой, выходит, максимально – четверо суток, это десять рублей; восемь рублей стоит билет на автобус, четырнадцать – на самолёт, буду экономить, поеду автобусом; с едой мне всё обойдётся максимум в тридцать рублей, а у меня с собой – сорок!

– Спасибо, знаете, этот вариант – лучший выход из сложившейся ситуации, я буду вам очень признателен!

Женщины, выходя, ещё раз предложили остановиться у них, и я снова отказался:

– Спасибо большое! Но мне неудобно, я совсем не хочу вас стеснять.

Женщины, принимая свои вещи из рук водителя, напутствовали его:

– Товарищ водитель! Мы стали невольными участниками в ситуации этого мальчика, нам очень жаль, что он отказался от нашего предложения, но мы вас просим – устроить его как можно надёжней, всё-таки это большой и незнакомый город для него!

– Не беспокойтесь, пожалуйста, я всё сделаю – он ведь оказался и моим знакомым!

По пути мы подобрали ещё одну пассажирку, таксист объяснил ей, что должен заехать в гостиницу, и ей придётся подождать, она согласилась. Таксист договорился и оставил меня в гостинице; пока я доставал свои документы, он уже был возле машины, я ему так и не сказал «спасибо»…

Гостиничные апартаменты состояли из двух кроватей, стоявших по обе стороны комнаты, обе кровати были пусты. В левом углу стоял маленький холодильник, в правом – телевизор на тумбочке, посередине – большое окно, оно было распахнуто, и веяло свежим воздухом, лучи солнца падали на пол, разделяя комнату на две части и образуя световую дорожку, ведущую к окну; я шагнул по ней и, подойдя к окну, невольно зажмурил веки от цветовой гаммы, щурясь, я всматривался в пейзаж за окном: увидеть землю с высоты птичьего полёта – для меня это было впервые! Город жил своей жизнью: по небольшому парку шли прохожие, кто торопился, кто сидел на лавочках, наслаждаясь красотою природы, но только не тишиной – отовсюду доносился шум автомобилей, мчащихся по шоссе.