Приглашение к искушению - Страница 3

– Не обращайте внимания, я вам уже объясняла, что у нее…

– Ну нет, хватит морочить мне голову! – злобно прошипел Шкаф. – Авария произошла по вашей вине, вы грубо нарушили правила дорожного движения и ответите за это! Моя жена до сих пор не может прийти в себя от пережитого страха!

– Жена? – изумленно повторила Софи. – Ваша жена?

– Да, моя жена! – рявкнул Шкаф. – Немедленно отвечайте, какое кино вы собираетесь снимать в нашем городе?

Но Софи, не обращая внимания на его бурное негодование, вышла из машины и направилась к бежевому «кадиллаку». Около него, оперевшись рукой о крыло, стояла женщина: ее лицо было мертвенно-бледным, в светло-голубых глазах застыл испуг. Несколько секунд Софи смотрела на нее, а потом, обернувшись к ее мужу, возмущенно воскликнула:

– Чем устраивать скандал, лучше бы помогли своей жене! – И обратилась к сестре: – Давай отгоняй машину на обочину, списывай его данные, и будем ждать полицию!

– У тебя из нижней губы сочится кровь, – сказала Эми, протягивая ей бумажную косметическую салфетку.

Софи промокнула губы и обратилась к жене Шкафа:

– Вы ранены?

Женщина растерянно пожала плечами, заморгала, отворачиваясь от яркого солнца, и стала машинально теребить пуговицу на летнем костюме. Софи посоветовала ей сесть в машину, и та, покорно сев на переднее сиденье, закрыла глаза.

– Наклоните голову! – скомандовала Софи. – Пригните голову к коленям, вам будет легче!

– Вирджиния, что ты делаешь? – раздался изумленный голос Шкафа.

Женщина вздрогнула и подняла голову.

«Да… если бы ты был моим мужем, я бы давно повесилась, – бесстрастно констатировала Софи. – Но мне в отличие от этой бедной Вирджинии крупно повезло».

– Надо, чтобы кровь прилила к голове, – повернувшись к водителю «кадиллака», уверенным тоном объяснила Софи. – Ей станет лучше. Моя сестра записала ваши данные? – поинтересовалась она и, заметив в его дрожащей руке листок бумаги, удовлетворенно кивнула. – Вот и хорошо. Везите свою жену домой, а возникшие проблемы решим позднее. Мы с сестрой останемся в вашем городе до воскресенья, а потом вернемся в Цинциннати.

– Где вас можно будет найти? – строго спросил Шкаф.

– На ферме Уиппл.

– Так вы друзья Клиа Уиппл? – удивилась все еще бледная Вирджиния. – Она вернулась домой? Стивен, ты слышал? Клиа приехала! – И пояснила Софи: – Мы не видели нашу знаменитость почти двадцать лет… только в фильмах.

«В фильме, – мысленно поправила ее Софи. – По-настоящему миссис Уиппл снялась лишь в одном приличном фильме. Все остальное барахло – не в счет». А вслух вежливо ответила жене Шкафа:

– Да, Клиа вернулась домой. И мы пробудем в ее доме до воскресенья. Всего хорошего!

– Как здорово! – не унималась Вирджиния, лицо ее порозовело и оживилось. – Подождите, а вы не знаете, Клиа все еще замужем за красавчиком Зейном Блэком? Мы каждый день видим его в вечерних теленовостях. Пожалуйста, передайте Клиа от меня привет!

Софи вернулась к своей машине, села за руль и услышала возмущенный голос Стивена:

– Они собираются снимать в нашем городе видеофильм. Это незаконно! Прежде чем использовать наш город для съемок, необходимо спросить у нас разрешение на это, а в противном случае мы…

Софи усмехнулась и, захлопнув дверцу, включила зажигание. Машина медленно двинулась по дороге.

– Какой злобный этот Шкаф! – прошипела Эми и, заискивающе взглянув на сестру, спросила: – С тобой все в порядке?

– В полном! Попала в аварию! Повредила машину! А моя дерзкая сестрица, вместо того чтобы помалкивать, все время влезала со своими глупыми репликами и демонстрировала аборигену свою видеокамеру! Теперь весь город будет знать, что мы собираемся снимать здесь фильм. Великолепно! Я с самого начала подозревала, что ничего хорошего из нашей затеи не получится. Так оно и вышло.

– Ладно, не ворчи, ничего страшного не случилось, – беспечно произнесла Эми. – А то мы пропустим нужный поворот.

Когда машина наконец въехала в пыльный двор и затормозила на площадке перед домом, Софи с хмурым видом изрекла:

– Мрачное место. Я предвидела это.

– А где Клиа? – спросила Эми, оглядывая старое, давно не ремонтированное здание с облупившейся краской.

К дому примыкала просторная открытая веранда, на которой стояло несколько кресел-качалок.

– В таком месте снимать фильм? – покачав головой, с сомнением промолвила Софи. – Я знала, что Клиа доверять нельзя!

– Пахнет тухлой рыбой, – втянув носом воздух, заметила Эми. – Наверное, это тянет с реки.

Софи открыла дверцу и уже собиралась выйти из машины, как на веранде показалась хозяйка дома. Клиа неторопливо спустилась по ступеням и с царственным видом пошла им навстречу. Выглядела она очень и очень неплохо: ярко-голубое платье облегало стройную фигуру, на лице сияла голливудская улыбка, а светлые пышные волосы золотились на солнце.

– Вы опаздываете, – не переставая улыбаться, любезным тоном произнесла Клиа и театральным жестом протянула руки к Эми и Софи.

– Мы тоже очень рады тебя видеть, – отнюдь не весело произнесла Софи, вышла из машины и стала доставать из багажника свои вещи.

Первым был извлечен маленький переносной холодильник. В нем Софи хранила бутылки с лимонадом и запасы мороженого «Дав», которые, по ее мнению, обеспечивали «путешествие с комфортом». Эми, взяв видеокамеру, тоже вышла из машины, окинула жилище Клиа пристальным взглядом опытного режиссера и заявила:

– Нет, здесь ничего. Экстерьер неплохой.

– Я же вам говорила, – с загадочной улыбкой промолвила актриса.

Софи фыркнула, взяла холодильник, поднялась по растрескавшимся деревянным ступеням на веранду и буркнула себе под нос:

– Похоже, впереди нас ожидают жаркие денечки.

Через восемь миль от фермы Уиппл, в здании городского совета, отделанного мрамором и песчаником, мэр Финис Т. Такер председательствовал на очередном длинном и нудном совещании, где решались неотложные текущие проблемы, и в сотый раз задавал себе один и тот же риторический вопрос: «Для чего мне все это нужно?» И в самом деле, слушать скучные речи членов городского совета, смотреть на унылые физиономии, соглашаться, кивать, голосовать, возражать то учительнице средней школы, то городскому коронеру, то этому выскочке актеру-любителю, то своей собственной матери, которая тоже любит вести пространные беседы о нуждах города…

Мэр Такер вздохнул, изобразил на лице озабоченность и попытался вникнуть в пламенную речь Хилди Мэллоу о замене старых уличных фонарей. Подавив зевок, он занялся изучением стройных ножек секретаря городского совета Рейчел. А почему бы и нет? У девушки действительно изумительные длинные стройные ножки, как говорится, там было на что полюбоваться. Нет, к двадцатилетней Рейчел, которая была намного младше его, Фин вовсе не питал никаких чувств и категорически не собирался их питать в будущем, к великому огорчению собственной матери.

– …я убеждена, что если мы не поскупимся и поставим на улицах новые красивые фонари, ни один вандал не осмелится поднять на них руку. – Хилди Мэллоу замолчала и вопросительно посмотрела на мэра.

Фин спохватился и отвел взгляд от стройных ножек Рейчел. В самом деле, ведь речь сейчас идет не об их несомненных достоинствах, а о проблеме установки новых уличных фонарей!

– Я уверена, новые фонари будут прекрасно гармонировать со старинной архитектурой прошлого века, – подала голос Лиз Такер, мать Фина.

Фин покосился на местных жителей, которых пригласили на заседание городского совета изображать заинтересованную общественность, и подумал: «Хорошо, что их только четверо».

Лиз Такер явно не подумала прежде, чем произнести эту фразу: новые фонари прекрасно гармонировали бы с архитектурой домов только на холме, то есть с особняками, в которых жила местная элита, а вот на улицах, где дома были попроще и победнее, они смотрелись бы вычурно. В общем, городские власти, как всегда, забыли о простых людях – так можно было истолковать слова Лиз Такер.