Приглашение к искушению - Страница 11

– Твоя история, Софи, многое объясняет, – задумчиво произнесла Клиа. – Например, мне стало понятно, почему ты так холодно держалась с нашим Фином Такером.

Услышав имя мэра, Софи нахмурилась и с подозрением взглянула на хозяйку:

– И почему же?

– Потому что он из приличной, благополучной семьи, а ты таким мужчинам не доверяешь и в каждом видишь своего Чада.

Перед мысленным взором Софи возникло лицо Фина Такера, и, увы, она не могла не признаться, что мэр действительно очень хорош собой. И фигура, и рост, и внешность… Да, от таких действительно следует держаться подальше!

– Клиа, так ты приехала домой для того, чтобы вернуть Фрэнка? – спросила она, желая переменить тему.

– Нет, я приехала не за этим. Ты же видела Фрэнка: сейчас он не производит неизгладимого впечатления. Он… сильно изменился.

– Мы догадались, – тихо заметила Эми. – Так для чего все-таки ты собираешься сниматься в этом фильме?

– Я должна не только напомнить бывшим поклонникам моего таланта о себе, но и продемонстрировать всем, что я прекрасно выгляжу, полна сил и энергии и меня рано сбрасывать со счетов, – с улыбкой объяснила Клиа. – Когда я обсуждала будущий фильм с Лео, его заинтересовала моя идея, и он даже предложил снимать фильм как продолжение «Всегда завтра».

– Насколько я помню, в конце фильма твоя героиня умерла?

– Это не важно. Если мы захотим сделать продолжение, то легко ее оживим! Главное другое: напомнить людям о себе, вызвать их интерес. Так что вы должны тщательно следить за тем, как я выгляжу в кадре!

– Правильно установим свет, и ты будешь неотразимой красавицей, – заверила Эми актрису.

– Спасибо, – поджав губы, промолвила Клиа, решив не реагировать на столь сомнительный комплимент.

– А я бы на твоем месте сняла мистический триллер! – заявила Эми. – Что-нибудь такое кровавое, из нашей юности. Можно придумать замечательный сюжет, а Фрэнка из фильма выбросить. Поехать в Айову, разыскать того мерзавца Чада, в начале фильма убить его, а ближе к середине покончить и с Деррином или нанести ему какое-нибудь физическое увечье! Софи, как тебе мое предложение?

– Предложение грандиозное, но мчаться в Айову и разыскивать Чада для того, чтобы поквитаться, мне неинтересно. Прошло уже восемнадцать лет, – с грустью в голосе ответила Софи, вглядываясь в надвигающуюся ночную темноту.

– А по-моему, нам все-таки нужен триллер! – не унималась Эми. – Можно даже пригласить сниматься в нем этого красавчика мэра.

– Ты с ума сошла? – испугалась Софи. – Пока мы снимаем фильм, нам надо держаться подальше от этого мэра и не привлекать к себя ничьего внимания, а уж его особенно!

– Я пошутила, – ответила Эми. – Хотя мэр очень хорош собой!..

Софи глубоко вздохнула, закрыла глаза и про себя повторила: «Мэр очень хорош собой… К сожалению».

В то время как на ферме Уиппл делились воспоминаниями юности и увлеченно обсуждали будущий сценарий видеофильма, Фин Такер торопился к дому своей матери, расположенному на холме в престижной части города. Он еще издали заметил, что на ступенях крыльца его ждет девятилетняя дочь Дилли и машет ему рукой.

– Папа, ты опаздываешь! – укоризненным тоном произнесла Дилли, и мэр отметил, что говорит она с теми же интонациями, что и его собственная мать. – Обед давно на столе.

– Извини, дорогая. – Он виновато улыбнулся. – А ты принимала сегодня витамины?

– Разумеется, принимала. А вот Джейми Баркли не пьет никакие витамины!

– И впоследствии очень пожалеет об этом! – Фин взбежал на крыльцо, поцеловал дочь в макушку и спросил: – А Джейми Баркли – это девочка или мальчик?

– Девочка. Ее семья в понедельник переехала в дом, расположенный на нашей улице. И знаешь, папа, родители Джейми отпускают ее гулять одну! Мне кажется, я тоже уже достаточно взрослая, чтобы всюду гулять одной! А уж ходить от нашего дома до твоего книжного магазина точно. – Дилли подняла голову и тряхнула светлыми вьющимися волосами.

– Даже и не думай! Я говорил тебе об этом много раз: только когда ты получишь водительские права.

– Очень долго ждать!

– Зато это будет самый счастливый день в твоей жизни. – Но поскольку Фин не планировал разрешать своей дочери получать водительские права раньше, чем ей исполнится двадцать один год, то и думать о столь далеком времени ему не хотелось.

– Я уже взрослая, – заявила Дилли. – И даже знаю кое-что про детей.

– То, о чем тебе рассказала бабушка?

– Бабушка! – усмехнулась Дилли. – Что она может знать? А вот Джейми Баркли поведала мне много интересного! – В голосе дочери прозвучало нескрываемое восхищение новой подругой.

– Мне кажется, ты забыла: с незнакомыми или малознакомыми людьми вступать в разговоры нельзя, – укоризненно промолвил Фин и пристально взглянул на дочь.

– Знаешь, мне пришла замечательная идея, – сказала Дилли, не отреагировав на замечание отца. – Давай посидим здесь, и я тебе все расскажу.

Отец и дочь сели рядом на ступени крыльца, потому что в таких богатых домах, расположенных на холме, в каком жили Такеры, было не принято выносить кресла на открытую веранду. Почему-то это считалось дурным тоном.

– Я думаю, мы с тобой могли бы жить у тебя в книжном магазине, – высказала свою замечательную идею Дилли.

Фин внимательно посмотрел на свою худенькую дочь, на которой были надеты белая тенниска и желтые шорты, и ответил:

– Там нам будет неудобно и тесно, ведь на втором этаже магазина фактически одна комната, пригодная для проживания. А у тебя столько вещей, Дилли.

– Я могу большую их часть оставить дома. Папа, ты только представь, как было бы здорово, если б мы поселились у тебя в книжном магазине!

Фин, глядя на ее хорошенькое личико с большими глазами и четко очерченными пухлыми губами, подумал: «Как хорошо, что у меня есть Дилли!»

В свое время мэр Такер категорически не хотел жениться и, уж конечно, не собирался становиться отцом, но теперь, по прошествии девяти лет, всегда думал о том, как ему посчастливилось иметь дочь. Сейчас он даже не представлял своего существования без нее.

– Мы жили бы с тобой вдвоем, уединенно, никому не мешая, – мечтала Дилли.

– Но, по-моему, и в этом доме нам неплохо живется. У нас четырнадцать комнат, и никто не мешает друг другу.

– Но мы вынуждены все время находиться с бабушкой Лиз, – тихо вздохнула девочка. – Я, конечно, люблю ее, но… – Дилли сделала выразительную паузу, а потом продолжила: – Но мне хочется жить своей семьей, с тобой, папа.

– Я понимаю, к чему ты клонишь, – улыбнулся Фин. – Жить своей семьей, по-твоему, означает есть хот-доги и сладости не по выходным дням, а когда вздумается?

– Да, и не пользоваться во время обеда этими дурацкими бумажными салфетками!

Она взяла отца под руку, и тотчас на рукаве его рубашки образовалось темное пятно.

– Ты ела черносмородиновый джем и не вымыла руки? – спросил Фин.

– Нет, я ела виноградный джем.

Фин достал из кармана брюк носовой платок, вытер пятно и задумчиво произнес:

– Значит, не хочешь пользоваться бумажными салфетками…

– Их отсутствие – это просто пример нашей будущей свободной жизни, – пояснила Дилли.

Фин прислонился к перилам и задумался над ее предложением. Оно, конечно, было весьма заманчивым, но пока, к сожалению, нереальным. Сразу после рождения дочери Фин поселился в доме Лиз, потому что надо было ухаживать за маленьким ребенком, а его мать согласилась это делать. И хотя Дилли уже исполнилось девять лет, она по-прежнему нуждалась в присмотре, а Фин целый день был занят в книжном магазине и на заседаниях городского совета.

Скоро ли наступит долгожданный момент, когда он скажет дочери: «Мы переезжаем и будем жить одни»? А пока снимать дом просто неразумно – это все равно что выбрасывать деньги на ветер: у Лиз прекрасный особняк на холме, а ему принадлежит дом, в котором живет другая бабушка Дилли. Нет, пока думать о переезде бессмысленно…