Преодоление духовного материализма - Страница 6

Ответ: Если вы совершаете какое-то действие, кажущееся вам правильным, это не означает, что оно ошибочно, – по той простой причине, что понятия «правильного» и «неправильного» совершенно не соответствуют действительности. Вы работаете не на какой-то стороне, не на стороне «хорошего», не на стороне «плохого»; вы работаете со всей полнотой целого, за пределами «этого» и «того». Я бы сказал, что существует целостное действие. Частичного действия нет, но всё, что мы делаем, оперируя понятиями «хорошее» и «плохое», представляется частичным действием.

Вопрос: Если вы чувствуете, что пребываете в крайнем замешательстве и стараетесь найти из него выход, вам может показаться, что вы стараетесь чересчур усердно. А если совсем не проявлять старания, не значит ли это, что мы лишь дурачим самих себя?

Ответ: Да, но это не значит, что человеку следует жить крайностями – слишком усердствовать или совсем не прилагать усилий. Работая, нужно идти по так называемому «срединному пути», пребывая в совершенном состоянии «бытия самим собой». Мы можем описывать это состояние при помощи множества слов, но его нужно осуществить в действительности. Если вы по-настоящему начнёте жить, следуя «срединному пути», то вы узнаете, что это значит, вы обнаружите это сами. Следует позволить доверять самим себе, полагаться на собственную разумность. Мы – потрясающие существа, мы обладаем колоссальными внутренними возможностями. Нам просто нужно оставаться такими, каковы мы есть. Ничто внешнее не в состоянии нам помочь. Если вы не желаете дать себе возможность расти, тогда вы вступаете в процесс саморазрушения и замешательства. Это саморазрушение; вас не разрушает кто-то другой. Оно и оказывается действенным именно потому, что это – саморазрушение.

Вопрос: Что такое вера? Полезна ли она?

Ответ: Вера может быть простодушием, доверием, вера может быть слепой; или она может быть твёрдой уверенностью, которую невозможно разрушить. Слепая вера не обладает вдохновением. Она очень наивна и не является творческой, хотя нельзя назвать её и разрушительной. Она не может быть творческой, потому что между вами и вашей верой никогда не было никакой связи, вы никогда не имели общения друг с другом. Вы просто слепо и полностью принимали какое-то убеждение, принимали его очень наивно.

В случае же веры в качестве уверенности существует живая причина для такой уверенности. Вы не ожидаете, что вам таинственным образом будет предоставлено некое сформированное заранее решение. Вы работаете с существующими ситуациями без страха, без всяких сомнений относительно своей вовлечённости. Этот подход является чрезвычайно творческим и позитивным. Если вы обладаете твёрдой уверенностью, вы настолько доверяете себе, что вам нет необходимости обращаться к самоконтролю. Это абсолютная уверенность, полное понимание того, что совершается сейчас; и поэтому вы не колеблетесь по поводу выбора иных путей или же необходимых способов действия в каждой новой ситуации.

Вопрос: Что руководит нами на пути?

Ответ: В действительности нет никакого особенного руководства. Фактически, если кто-то ведёт вас, это уже вызывает подозрения, потому что вы полагаетесь на нечто внешнее. Когда вы полностью остаётесь самими собой, это и есть руководство, но это руководство не следует понимать как наличие авангарда, потому что нет предводителя, за которым вы должны следовать. Вам не нужно идти у кого-то в хвосте, вы просто плывёте вперёд. Иными словами, предводитель не идёт впереди вас, а шагает вместе с вами.

Вопрос: Не могли бы вы сказать немного больше о том, как медитация разрушает предохранительный механизм эго?

Ответ: Предохранительный механизм эго заключается в обращении к самоконтролю, что на самом деле является ненужной разновидностью самонаблюдения. В основе медитации не лежит медитирование на каком-то определённом предмете при помощи самоконтроля; медитация – это полное отождествление с той техникой, которую вы применяете. Поэтому в такой практике медитации не будет никаких усилий, чтобы обезопасить себя.

Вопрос: Я живу как будто на духовной свалке, среди старого хлама. Как мне сделать из этого простую комнату с одним красивым предметом?

Ответ: Для того чтобы развить правильную оценку своей коллекции, вам надо начать с одного предмета; нужно найти первую ступень, источник вдохновения. Может быть, если бы вы тщательно изучили всего одну часть материала, вам не пришлось бы пересматривать остальные предметы в своей коллекции. Этим единственным предметом может быть, к примеру, дорожный указатель, который вам удалось стащить где-нибудь в Нью-Йорке, что-то совершенно незначительное. Но необходимо начинать с одной вещи, увидеть её простоту, грубое качество этого предмета из кучи хлама или этой красивой старой вещи. Если бы нам удалось начать лишь с одной вещи, тогда это было бы равноценно одному предмету в пустой комнате. Я думаю, что вопрос здесь в том, чтобы найти первую ступень. Поскольку мы располагаем таким множеством предметов в своей коллекции, значительная часть проблемы состоит в том, что мы не знаем, с чего начать. Следует позволить своему инстинкту определить, какая вещь станет первой.

Вопрос: Почему вы думаете, что люди так охраняют своё эго? И почему так трудно избавиться от своего эго?

Ответ: Люди боятся пустотности пространства, отсутствия общества, отсутствия тени. Это может оказаться ужасающим переживанием – не иметь никого близкого, ничего, с чем возможны взаимоотношения. Идея этого состояния способна вызвать сильнейший страх. Идея, но не само подлинное переживание. Обычно это боязнь пространства: нам страшно представить, что мы не сможем утвердиться на какой-то прочной почве, что мы утратим свою идентичность как устойчивую, твёрдую и определённую вещь. Это переживание может оказаться весьма пугающим.

На этом этапе мы, возможно, пришли к заключению, что нам следует отбросить все уловки духовного материализма; иными словами, необходимо отбросить старания улучшить и защитить себя. Возможно, на мгновение проникнув в тот факт, что наша борьба тщетна, мы захотим покориться, полностью отказаться от своих усилий самозащиты. Но сколь многие из нас действительно сумеют это сделать? Всё не так просто и легко, как мы могли бы подумать. До какой степени мы способны по-настоящему отказаться от усилий и раскрыться? В какой момент мы опять начнём защищаться?

В этой лекции мы рассмотрим покорность, в частности на основе взаимоотношений между работой над невротическими состояниями ума и работой с личным гуру, учителем. Покорность «гуру» может означать, что ваш ум раскрывается по отношению к жизненным ситуациям, равно как и по отношению к вашему личному учителю. Однако, если наш способ существования и вдохновение работают в сторону раскрытия ума, тогда мы почти непременно найдём также и личного гуру. Поэтому в нескольких следующих беседах мы подробнее остановимся на взаимоотношениях с личным учителем.

Одно из затруднений в покорности гуру составляют наши предвзятые представления о нём, наши ожидания того, что должно произойти в его присутствии. Мы чрезмерно заняты идеями о том, что нам хотелось бы испытать в общении с учителем. «Я хотел бы увидеть то-то и то-то; лучше всего было бы увидеть это вот так; мне хотелось бы пережить именно такую ситуацию, потому что она в точности совпадает с моими ожиданиями и стремлениями».

Таким образом мы пытаемся разложить всё по полочкам, привести ситуацию в соответствие с нашими ожиданиями; мы совсем не способны отказаться хотя бы от какой-то части собственного предвосхищения событий. Если мы ищем гуру или учителя, мы ожидаем, что это будет праведный, умиротворённый, спокойный, простой, к тому же мудрый человек. Когда мы обнаруживаем, что он не отвечает нашим ожиданиям, мы испытываем разочарование и сомнения.