Преодоление духовного материализма - Страница 10

Боюсь, что на Западе словом «гуру» злоупотребляют. Лучше говорить о «духовном друге», поскольку учения подчёркивают взаимность встречи двух умов. Это скорее обоюдное общение, чем взаимоотношения господина и слуги между высокоразвитым существом и презренным заблуждающимся. Во взаимоотношениях господина и слуги такое высокоразвитое существо может представляться нам не только восседающим на своём высоком сиденье, но даже парящим в воздухе, левитирующим, взирающим на вас с высоты. Его голос кажется пронизывающим, наполняющим собой пространство. Каждое его слово, каждое покашливание, каждое движение являют собой знак мудрости. Но всё это лишь грёзы. Гуру должен быть духовным другом, который общается с нами и раскрывает нам свои качества, как это было во взаимоотношениях Марпы и Миларепы, а также Наропы и Марпы. Марпа представил своё качество йогина-земледельца. Оказалось, что у него была жена и семеро детей, а потому он держал хозяйство и возделывал землю, чтобы прокормить себя и семью. Но эта деятельность была лишь обычной частью его жизни. Он заботился о своих учениках точно так же, как заботился о семье и об урожае. Он был настолько основательным человеком, обращавшим внимание на каждую деталь своей жизни, что оказался способным быть не только сведущим отцом и земледельцем, но также и компетентным учителем. В образе жизни Марпы не было никакого физического или духовного материализма. Он не подчёркивал элемент духовности и не пренебрегал семьёй или своей физической связью с землёй. Если вас не захватил материализм в физической или духовной области, тогда вы попросту не впадаете в крайности.

Бесполезно также выбирать себе в качестве гуру кого-нибудь просто потому, что это известная личность, человек, который приобрёл славу, написав множество книг и обратив тысячи или миллионы людей. Вместо этого нашим критерием должно быть то, способны мы или нет к общению с этой личностью, к общению непосредственному и полному. В какой степени мы вовлечены в самообман? Если мы действительно раскрываемся для своего духовного друга, тогда мы просто обязаны работать вместе с ним. Но способны ли мы говорить с ним откровенно и должным образом? Знает ли он что-либо о вас? Знает ли он что-либо о себе? Действительно ли гуру способен видеть сквозь ваши маски, общаться с вами непосредственно и должным образом? В поисках учителя именно это должно быть важно для вас, а не его слава или мудрость.

Есть интересный рассказ о том, как несколько человек решили отправиться к одному великому тибетскому наставнику и учиться у него. Они уже кое-что изучали у других лам и теперь решили сосредоточить свои усилия и учиться именно у этого человека. Всем им хотелось стать его учениками, и они добивались того, чтобы он их принял; но великий учитель не принял ни одного из них. «Я приму вас лишь при одном условии, – заявил он. – А именно: если вы будете готовы отречься от своих предыдущих учителей». Все пришедшие умоляли принять их, говорили, как они преданны, как высока репутация гуру, как сильно им хочется учиться под его руководством. Но он отказался принять их, если они не согласятся на его условие. Наконец, все собравшиеся, кроме одного, решили отречься от предыдущих учителей, у которых они фактически многому научились. Гуру казался удовлетворённым, когда они сделали это, и велел всем прийти к нему на следующий день. Но когда они вернулись, он сказал: «Я понимаю всё ваше лицемерие. На следующий раз вы пойдёте к другому учителю и отречётесь от меня. Так что убирайтесь прочь!» И он выгнал их всех, за исключением единственного человека, который счёл ценным то, чему учился раньше. Человек, которого он принял, не стал разыгрывать лживую игру, не пытался понравиться гуру, притворяясь не тем, кем он был на самом деле. Если вы собираетесь подружиться с духовным учителем, вы должны сделать это просто и открыто, так, чтобы общение было общением между равными, а не стараться завоевать расположение гуру.

Для того чтобы гуру принял вас как друга, вам необходимо полностью раскрыться. Вам, вероятно, придётся пройти ряд проверок у своего духовного друга. Эти проверки случаются в обычных жизненных ситуациях, и все они принимают форму разочарования. На какой-то ступени вы станете сомневаться в том, что духовный друг вообще питает к вам какое-либо чувство, какую-либо эмоцию. Здесь вы имеете дело с собственным лицемерием. Лицемерие, притворство и основные ухищрения эго чрезвычайно прочны; у них очень толстая кожа. Мы склонны облачаться в доспехи, надевая одну защитную одежду на другую. Это лицемерие оказывается столь плотным, столь многоплановым, что едва лишь мы удаляем один слой доспехов, как под ним обнаруживается другой. Впрочем, мы надеемся, что полностью нам раздеться не придётся, что достаточно снять только несколько слоёв, чтобы выглядеть вполне прилично. И тогда мы появляемся в новых доспехах с такой заискивающей физиономией. Но наш духовный друг вовсе не носит доспехов; это – обнажённая личность. В сравнении с его обнажённостью мы кажемся одетыми в цемент. У нас настолько плотные доспехи, что друг не в состоянии почувствовать текстуру нашей кожи, нашего тела. Он не может даже как следует разглядеть наше лицо. Существует множество рассказов о взаимоотношениях учителя и ученика в прошлые времена; в них повествуется о том, как ученику приходилось совершать множество длительных путешествий и подвергаться бесчисленным трудностям, пока его обаяние и побуждение не начнут истощаться. Это и является главным моментом: наше побуждение искать нечто само по себе является препятствием. Когда это побуждение начинает истощаться, тогда проявляется наша фундаментальная нагота, тогда имеет место встреча двух умов.

Говорится, что первая ступень встречи с духовным другом подобна посещению супермаркета: мы возбуждены, мы мечтаем о самых разнообразных вещах, которые собираемся купить, – иными словами, мы думаем о богатстве личности духовного друга, о её ярких чертах. Вторая ступень подобна явке в суд, как если бы вы были преступником. Вы неспособны соответствовать требованиям духовного друга, и вы начинаете испытывать смущение, потому что знаете: ему известно о вас столько же, сколько и вам самим, а это чрезвычайно стеснительно. На третьей ступени, когда вы приходите навестить духовного друга, зрелище напоминает вам картину с коровой, которая со счастливым видом пасётся на лугу. Вы просто любуетесь её спокойствием и окружающим пейзажем, а затем идёте дальше. Наконец, четвёртая ступень подобна камню на дороге: вы даже не обращаете на него внимания, а просто проходите мимо.

Вначале имеет место своего рода ухаживание за гуру, любовная история. Насколько вы способны завоевать расположение этой личности? Присутствует стремление быть ближе к духовному другу, потому что вы действительно хотите учиться, вы чувствуете по отношению к нему искреннее восхищение. Однако в то же время друг производит на вас весьма пугающее впечатление – он смущает вас. Или ситуация не соответствует вашим ожиданиям, или возникает неловкое чувство: «Может быть, я не способен целиком и полностью раскрыться». Развивается отношение одновременной любви и ненависти, своеобразный процесс отдачи и бегства. Иными словами, мы начинаем какую-то игру – мы желаем раскрыться гуру, быть вовлечёнными в этот роман с ним и вместе с тем желаем убежать от него. Если мы подходим к духовному другу чересчур близко, мы начинаем чувствовать его ошеломляющее воздействие. Как гласит старая тибетская пословица: «Гуру подобен огню: подойдёшь слишком близко – обожжёшься, стоишь далеко – не согреешься». Такого рода ухаживание имеет место со стороны ученика. Вы стремитесь приблизиться к учителю, но тут же обжигаетесь, и тогда вам хочется совсем убежать.

В итоге взаимоотношения становятся весьма реальными и прочными. Вы начинаете осознавать, что желание быть ближе к гуру и желание отдалиться от него – это просто ваша собственная игра. Она не имеет ничего общего с реальной ситуацией, а является всего лишь вашей галлюцинацией. Гуру, или духовный друг, всегда здесь, всегда горит – это жизненный огонь. Вы можете играть с ним или не играть – дело ваше.