Председатель - Страница 12

х сотенных, - удивленно говорит парень.

- Хочешь так - сотню тебе, сотню колхозу?

- Пойдет!

- А там, глядишь, артельку оформим...

- Заметано! - Парень сворачивает в свой двор, а Трубников идет дальше.

- Егор Иваныч! - слышится из темноты низковатый, грудной женский голос.

На крыльце дома под новой тесовой крышей, светлеющей в сумраке, стоит женщина, придерживая у горла белый, тоже будто светящийся вязаный платок.

- Добрый вечер, - говорит Трубников, направляясь к крыльцу.

- Манька!.. Девка!.. - слышится старушечий голос. - Иди спать, гулена!

На соседнем участке старуха Самохина пытается загнать козу в закуток. Коза не дается старухе. Она ловко выпрыгивает на крышу сараюшки и оттуда смотрит на старуху. Та озирается в поисках камня и замечает Трубникова с соседкой. Коза забыта, старуха жадно прислушивается к их разговору.

- Поздно гулять собрались, Егор Иваныч, - говорит женщина.

- А что мне? Человек я молодой, вольный.

- Да вы никак с вещмешком? В поход будто собрались!

- Переезжаю, - усмехается Трубников. - У Семена тесно стало.

- Вот что... - протяжно сказала женщина и вдруг решительно, по-хозяйски: - Заходите в избу, Егор Иваныч!

И Трубников, не колеблясь, будто с самого начала знал, куда ведет его путь, поднимается на крыльцо и мимо женщины проходит в дом. Собака было пошла следом, но на первой же ступеньке остановилась, села поудобнее, надолго.

Старуха радостно улыбается и подается за ворота: поделиться новостью.

По деревне пошел собачий перебрех.

В доме Надежды Петровны Трубников ужинает за накрытым столом. Достатка в доме, видать, куда меньше, чем у Семена: лишь под стаканом Трубникова было блюдечко, единственную чайную ложку вдова прислонила к сахарнице, вилка вставлена в самодельный черенок, самовар помят, облупился, в горнице пусто стол, табурет, две лавки, постель на козлах. Но такая на всем лежит чистота, опрятность, что дом кажется уютным. Стол до бледноты выскоблен ножом, дешевые граненые стаканы сверкают, как хрустальные, на окнах занавески, полы крыты исхоженными, но чистыми веревочными половиками, на стенах цветные фотографии, вырезанные из журналов, вперемешку с рисунками каких-то зданий и много-много букетов травы "слезки". Дом поделен фанерными перегородками на три части: кухню, горницу и закуток, где спит Борька Вход в закуток задернут ситцевой занавеской.

Звучит голос Надежды Петровны:

- Замуж вышла... Там ребенок нашелся... Сюда-то мы перед самой войной приехали. Мрк садоводом был. В первую же зиму погиб... А мы с Борькой при немцах у партизан скрывались...

Рассказывая, женщина легко и сильно двигалась по горнице. Черная шелковая юбка металась вокруг крепких голых ног в мягких чувяках. Смуглое и румяное ее лицо усеяно маленькими темными родинками.

Из-за занавески слышится тихий, томительный стон. Трубников вопросительно смотрит на Надежду Петровну.

- Борька, - говорит она. - Во сне.

- Воюет?

- Нет, смирный, ему бы все картинкиОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com