Предназначение: освободить Константинополь - Страница 6

Большинству приходящих ребятишек хватало обучения туристическим навыкам: вязания узлов, ориентирования на местности, совместных походов, преодоления препятствий, разжигания костра и приготовления пищи. Обучаясь в разных учебных заведениях, воспитанники клуба смогли превратить ежегодные городские, школьные и студенческие туристические слеты в свое неформальное первенство. Часть взрослых ребят взяла на себя роль организаторов местных соревнований, что приносило «Византии» дополнительный доход и остатки снаряжения.

Кроме туристов тут были еще любители скалолазания – разношерстная компания в возрасте от 14 до 53 лет. Главным в этой группе вот уже двадцать лет был колоритный дядя Сева. Лет десять назад Владимир Алексеевич оформил ему ставку своего заместителя – начальника секции скалолазания. Сева работал промышленным альпинистом, в период безденежья давал подработать другим членам клуба, в политику и историю не лез. Руководителя любил, считал непререкаемым авторитетом, но обходился без лизоблюдства. Спокойный, неторопливый, незлобный, постоянно вставляющий в разговор прибаутки, он смог объединить взрослых и ребят в увлечении высотой.

Раньше была еще группа альпинистов – любимое детище руководителя. Их фотографии висели на стенде клуба, рассказы о восхождениях стали легендами. Единственное огорчение от группы – то, что она прекратила существование более двадцати лет тому назад, а Пастырь все не мог расстаться с воспоминаниями. Один из ежегодных открытых туристических слетов он назвал в честь погибшего в 1990 году на Кавказе альпиниста клуба. Тогда, из-за неопытности проводника, их застала ночь во время сложного восхождения. Они надеялись успеть подняться засветло, оставили вещи в лагере внизу и пошли вверх, взяв с собой только минимальное снаряжение, легко одевшись. Пришлось ночевать на маленькой площадке, связавшись веревкой и рискуя всей связкой улететь в пропасть. После тяжелой ночи, решив не отступать, группа покорила вершину. Но на обратном пути их друг сорвался.

Во времена Советского союза, альпинисты часто посещали альплагеря, опытные спортсмены совершали восхождения в горах Памира и Кавказа. С Памиром Пастыря связывали особые, личные воспоминания. Через Памир, несколько десятков лет назад, он попал в Союз.

Ранее, благодаря профсоюзам, туристические поездки были доступны даже для небогатых семей. Магия слова ВЦСПС27 позволяла ребятам из провинциального советского городка посещать Грузинскую Советскую Социалистическую республику, Кабардино-Балкарскую АССР, Дагестанскую АССР, Карачаево-Черкесскую АО, Туркменскую ССР, Таджикскую ССР и другие территории Союза Советских Социалистических Республик с горными районами.

После распада Советского Союза посещение гор стало дорогим и небезопасным из-за неспокойной ситуации. Вершины Украины не смогли заменить профессиональным альпинистам высот Памира и Кавказа. А экспедиции в Гималаи стоили слишком дорого для большинства членов клуба. Самые высокие вершины Крыма и Карпат позволяли воспитывать только туристов. Многие профессионалы бросили клуб, те, кто остались, примкнули к скалолазам. Борис и Сева смогли применить навыки альпинизма в работе. Борис служил в армии на Памире, а дядя Сева создал компанию, занимающуюся высотными работами и учил ребят в клубе скалолазанию. Пастырь запомнил слова благодарности от Бориса после армейской службы: «Спасибо учитель, благодаря Вам горы Кавказа и Памира не встречали меня как чужака».

Уже много лет не умирала надежда, что периодические локальные конфликты горных стран бывшего Советского Союза завершатся и альпинизм станет более доступным, но мир не становился спокойнее.

Особняком в клубе стояли спелеологи, которые составляли самую немногочисленную и возрастную группу. Они изучали пещеры Крыма, благо он был рядом. Критерий включения в группу был странен для непосвященного. Ну какая польза спелеологам от страдающего лишним весом бизнесмена Егора Сергеевича, стоматолога Софии Шварцбаум, чудаковатого студента Александра и многих других. Со стороны казалось, что бизнесмен знал анекдоты и обеспечивал транспорт, София была просто молодой компанейской женщиной, а неприхотливый Сашко брался за любую черную работу. Критерий выбора был непонятен, если не знать, чем занималась группа. А посвященные спелеологи знали, что Егор коллекционировал старинные книги, рукописи и монеты, помогал оценить и изучить найденные группой в Крыму древности. Соня увлекалась чтением на древнегреческом и среднегреческом языках. А Саша был аспирантом кафедры археологии, ранее исследовал постройки времен Византийской империи в странах Черноморского бассейна и Средиземного моря. Также посвященные знали, что основная задача группы найти ценности Византийской империи, вывезенные из Константинополя перед захватом Города османами. По данным Пастыря столица Византийской колонии в Крыму – Мангуп, была предполагаемым местом укрытия таких ценностей.

Карта Европы и Византийской империи около 1000 года

Одним из аргументов была правопреемственность княжества от Византийской империи, после ее захвата, но были и другие аргументы. Пастырь предоставил в распоряжение спелеологов письмо, написанное Константинопольским священнослужителем высокого ранга, об снаряжении в Крым корабля с сокровищами Византийской империи. Кладоискатели считали, что в те времена полуостров контролировали несколько недружественных сил, и византийцы бы не рискнули спрятать клад на чужой территории. Значит, если корабль благополучно доплыл, то клад нужно искать на территории Феодоро.

В последнее время Владимир Алексеевич часто думал о родителях, сравнивая свой жизненный путь с судьбой отца. Всю жизнь Пастырь мечтал, чтобы отец им гордился. Вернуть православным Константинополь хотел человек, ради которого он мог отдать всю свою жизнь сразу, а не год за годом, почти тридцать лет, живя чужой жизнью и работая учителем в интернате.

В 1916 году, когда план Босфорской операции28 был утвержден, отец Пастыря, граф Алексей, благодаря связям семьи, добился перевода в Отдельную Черноморскую морскую дивизию – элиту царских российских войск. Он был горд попасть под командование одного из лучших военачальников Российской империи, командующего Черноморским флотом вице-адмирала А.В.Колчака. Гордость за Россию, благодарность за оказанную честь и ожидание чуда переполняли его в конце 1916 года. Граф ждал весну 1917 года как романтичная девочка первую любовь. Ему судилось исполнить Предназначение. Он мечтал стать освободителем Царьграда.

Революция и гражданская война перечеркнули все надежды честолюбивого офицера. Белое движение проиграло большевикам и ему пришлось покинуть бывшую Российскую империю. Он хотел быть освободителем, а вошел в Константинополь в 1920 году с войсками Врангеля, бежав из Крыма от Красной Армии.

Эвакуация врангелевской армии из Крыма, 1920 год

Бродя по православному Городу, он сходил с ума от бессилия – вот Собор Святой Софии, отсюда пришло православие на Русь, на рейде стоят наши корабли, в городе войска Российской империи, а успех делят другие. Разве так представлял он себе исполнение Предсказания? Родины нет, расстреляны родные, друзья офицеры умирают от голода, болезней, корабли распродают бывшие союзники и будущее всех в тумане. Спрятав гордость, граф помог перегнать остатки русского флота в Марсель, остался во Франции и поклялся никогда не опускать руки, как не было бы тяжело.