Правосудие Жнеца - Страница 90

“Вы никогда не беспокоился о посадят в тюрьму?”

“Тюрьма. Тюрьма приговоры по году в тюрьме для долгосрочных говно”.

“Вы не ответили на мой вопрос:” я сорвался. “Если ты не хочешь говорить правду, тогда не говори. Но не играй со мной словами”.

“Ладно, хочешь правду? Я был в и из тюрьмы, тюрьму, и тюрьму, когда мне было двенадцать лет. Это то, что это—вы играете в игру, иногда вы идете вниз. До тех пор, я не собираюсь пусть жизнь вся моя чертова составит около подлизываться к досрочному освобождению.”

Я сел, глядя на него. “Вы по-настоящему? Вы не заботитесь о подлизываешься, чтобы загреметь в тюрьму? Художник, ты умный, ты веселый, и ты художник, так почему ты живешь такой, если вам не надо? По привычке?”

Он сел тоже, глядя прямо на меня.

“Вы не имеете права на свое мнение. Это моя жизнь и я буду делать то, что мне нужно сделать, для моего клуба. Просто потому что я люблю тебя не означает, что у вас есть голос. Меня и моих братьев голоса. Старушки слушать и делать то, что им говорят”.

Мы поморгали друг на друга, его слова падают между нами, как заряженный гранатами. Так много вещей в этом предложении. Я не могла решить, был ли я зол или . . .

“Ты любишь меня?” Я спросил медленно, склонив голову.

“Да, я делаю,” сказал он, все еще горели. “Ты все, что я думаю о И ты в моей постели—вот не нравится мне, Мэл. Я не делаю дерьмо, как это. Я собираюсь поговорить с пикника о вас, принесите его с клубом. Я хочу, чтобы Вы быть моей старой леди”.  Я не мог придумать, что сказать,—он застал меня совершенно врасплох—так я выплюнул первое, что пришло мне в голову.

“Но я не старый”.

Художник дал неохотно улыбкой, потянувшись за чашкой мою грудь, щипая сосок в процессе. Я вздрогнула, когда его рука скользнула ниже, между ног.

“Ты не всегда дама, тоже,” прошептал он, двигаясь ко мне. “Но ты моя. Это все, что имеет значение, ладно? Позволь мне позаботиться об остальном”.

Потом он был на меня снова, и мой мозг отключается.

Я даже не заметил, как он уклонился от вопросов тюрьме. Вот как хорошо он был.

Художник

Я подъехал к Оружейной до шести ту ночь. Рис обозвал всех на встречу, чтобы обсудить Hallies Фолс ситуации и получить на руки. Вытащив мобильник, я бросил его на прилавок, прежде чем отправиться в часовню. Все братья были там, даже утка. Он был возникли проблемы с суставами—Рюгер сказал я тихо, что они опасаются, что он не сможет больше ездить.

Он всегда будет братом, независимо от того, но как только человек перестал езда он обычно не очень долго.

“Садитесь,” Рис сказал, кивая на пятно в центре они оставили открытым для меня. Обычно я пыталась упираться, но, видя, как на картинке созвал совещание, чтобы обсудить, что произошло за выходные, я ожидал много говорят. “Таким образом, художник получил полный отчет для нас—начнем с nighthawks и затем переходить к другому вопросу. Все твое, брат. Добро пожаловать домой”.

Я дал ему поднять подбородок, затем запустил в мою историю.

“Гейдж добиваются хороших успехов”, - сказала я им. “Марш—это президент—есть сестра он трахал в голову. Я не знаю, что их отношения, но это странно. В любом случае, сестра—Талия—трахается с Гейдж, которая получила от нас приглашение на вечеринку там”.

“Что это за талию?” Конь спросил.

“Она стерва”, - сказал я ему. “Но она жарче, чем в аду. Гейдж не любит ее, но по крайней мере он может грохнуть ее без мешка на голове.”

Дак дал зная, смеяться. “Он всегда шел на самые дикие”.

“Да, ну, я не думаю, что он для нее не больше, чем он должен. На более серьезной ноте, хотя, не все так просто в этом клубе. Они делили пополам между людьми Марша и старшие братья—те, кто пришел до того, как Марш взял на себя. У меня сложилось впечатление, Марш изучал нас, как он должен был работать на нас”.

Лошадь и Ругер переглянулись, и я увидела удивленные лица всех сидевших за столом.

“О, это еще хуже,” я продолжал. “Их перспективы гребанная шутка. Они приносят их быстро. Встретил одного парня, который даже не принадлежит на велосипеде”.

“Черт побери,” утка крякнула. “Мы не можем позволить ему стоять”.

Трудно спорить с этим.