Правила волшебной кухни (СИ) - Страница 60

— Петрович, переверни, — попросил я, обернувшись на гриль.

— Будет сделано!

Так… о чём это я? Берём одну часть сырой кровушки и тщательно перемешиваем её с частью жирных сливок. Таким образом сразу же предупреждаем свёртывание. Дальше вмешиваем несколько столовых ложек утиного жира, который тоже у меня на кухне присутствует, ведь я его специально храню на ножки-конфи. Дальше — ставим сотейник на медленный огонь, через мелкое сито добавляем пару ложек обычной муки и начинаем всё это дело заваривать, постепенно помешивая.

Почти готово. Добавляем огня, чуть сливок, соевый соус и красное вино. И теперь самое сложное — довести ПОЧТИ до кипения. То есть убрать сотейник за секунду до, чтобы соус не пошёл хлопушками.

— Ну-ка попробуй, — протянул я Петровичу ложку с кровяным соусом.

— Чего это такое?

— Если шеф говорит пробовать, надо пробовать без вопросов.

— Эх ты ж. Ну ладно, — домовой подозрительно поднял бровь, подул на ложку, а затем попробовал, попутно перепачкав всю бороду. — М-м-м!!! Маринарыч! Ты ж гений! Но всё-таки… чего это такое?

— Кровь.

— Ах ты ж!!! Тьфуй! — Петрович побежал к раковине. — Тьфуй! Ты совсем дурной, что ли, Маринарыч⁈ Хочешь, чтобы я из домового в навку превратился⁈

— Это как?

— Потом расскажу! А пока просто не делай так! Тьфуй! Тьфуй!

Ладно. Зарубку на память: «не кормить домового кровью» — оставлю, но разберусь с этим действительно потом. А сейчас пора выносить горячее.

— Джулия! — крикнул я официантку.

Каждый раз поражаюсь профессионалам, которые могут унести по шесть тарелок на руке. Причём унести-то ладно, это ещё полдела. Но как по дороге не разрушить блюдо? В голове не укладывается. Сам-то я не официант и потому разом мог унести четыре тарелки на левой руке и лишь одна на правой. И конечно же, спецзаказ для юного сеньора Франческо, я тоже вынес самостоятельно.

— Это для вас, — улыбнулся я. — Уверен, вам понравится.

И надо было видеть глаза паренька в этот момент. Столько в них было теплоты и благодарности, что я чуть было не решился подрезать его эмоции в этот момент. Сдержался кое-как. Нельзя. Во время этого банкета мой гримуар отдавал, но не брал в себя ничего нового.

А отдавал он, внезапно, тёмную энергию. Есть у меня в загашнике и такое. А дело в том, что тёмная энергия тоже бывает разная. Мои драгоценные родители, которые пошли по очень кривой дорожке, вычленяли из мира самую гнусную её разновидность — вредную и токсичную. Однако есть тёмная магия, которая не несёт на себе негативный отпечаток. Просто энергия. И вот сейчас-то, как мне кажется, она пришлась как нельзя лучше в качестве приправы для оссобуко моих ночных гостей.

— Приятного аппетита, — я вежливо поклонился и отошёл за бар.

— Тебе не страшно? — тут же прошептала Джулия, которая чтобы занять трясучие руки занялась протиркой винных бокалов. — Вроде бы люди, а вроде бы по ночам ходят.

— Успокойся, — ещё раз попросил я девушку. — Пока я рядом, тебе не о чем переживать.

— Ну… раз ты так говоришь…

— Не важно, что я говорю. Важно, что я знаю. Успокойся.

Делая вид что тоже занят чем-то очень важным за барной стойкой, я краем глаза наблюдал за трапезой. И тут окончательно уверился в том, что это семья. Потому что невозможно собрать в одном месте столько людей, у которых были бы настолько мощные челюсти, чтобы прожевать сырую коровью голень с таким видом, будто бы это облачко, ещё и морщиться от удовольствия. Нет-нет-нет. Это явно что-то семейное. Генетическое что-то.

— Ладно, — сказал я. — Гости вроде довольны. Я пошёл на кухню. Если что — зови.

Всё-таки не стоит забывать о завтрашнем дне. Завтрак никто не отменял, и жителям Дорсодуро откровенно плевать на полуночные банкеты. А потому мы с Петровичем в четыре руки занялись заготовками на утро.

— Эть! — в какой-то момент домовой застыл и прикинулся ветошью.

— Представляешь, — услышал я голос Джулии. — Они там сейчас на полном серьёзе обсуждают какое-то сражение позапрошлого века. Причём с таким энтузиазмом, как будто сами при нём присутствовали.

— Историки, должно быть, — ухмыльнулся я. — Или просто начитанные люди. Ты мне лучше скажи, гостям всё нравится?

— О, да! Расхваливают мясо. И тебя расхваливают, и обслуживание, и меня. А тот мужчина, который у них… ну…

— За главного?

— Да-да! Который Лучиано Алафесто, так вообще мне руку поцеловал.

— О как, — я не сдержался от смешка и вдруг вспомнил: — Кста-а-ати. Мне показалось или ты как-то не очень здорово отреагировала, когда услышала его фамилию?

— Ну да, — сказала Джулия. — Ещё бы, — и тут вдруг шлёпнула себя по лбу. — Ну точно, ты же форестьер…

— Попрошу без оскорблений!

— Извини, — смутилась девушка. — Так вот. Первого дожа Венеции звали Паоло Алафесто, об этом все знают. Вот я и удивилась. А потом подумала, что это, должно быть, псевдоним. Или фамилия чуть иначе пишется.

— Или однофамилец, — добавил я. — Мало ли их, Алафесто, на белом свете?

— Ну да… ой, — тут у Джулии вдруг зазвонил телефон. — Бабушка. Ба, привет! Да, всё нормально. Да, всё хорошо. Да, уже практически заканчиваем… что? Э-э-э… Хорошо. Это тебя, — и девушка передала мне трубку.

— Сеньора Паоло! — по привычке не отрываясь от работы, я зажал телефон между плечом и ухом.

— Здравствуй, Артуро.

— А вы почему не спите?

— Да вот, захотела узнать из первых уст что у вас там за банкет. Джулия ведь ничего не рассказывает.

— Правда? Вот ведь негодяйка, — рассмеялся я и подмигнул кареглазке.

А дальше будто на допросе рассказал сеньоре Паоло всё, о чём она хотела узнать. Да, банкет. Да, двадцать пять человек. Да, всё идёт просто замечательно, а её внучка настоящая звезда вечера и ей даже руку поцеловали.

Но честно говоря, по ходу разговора мне показалось, что старая сеньора сама недоговаривает. Как будто бы что-то знает, но молчит.

— Что ж, — сказала она под конец разговора. — Если сразу же ничего не случилось, то уже и не случится. Вы достаточно необычный молодой человек, сеньор Артуро. Доверяю вам целиком и полностью. Но всё равно прошу проследить за моей внучкой, чтобы она сама себе не навредила. Молодая ведь, впечатлительная.

— Не переживайте, сеньора Паоло. Всё будет хорошо.

На том этот странный разговор закончился, и почти сразу же начался новый. Забежав на кухню с первыми пустым тарелками, Джулия сказала, что сеньор Алафесто просит меня к столу.

— Надеюсь, вам всё понравилось?

— Всё было просто превосходно! — сказал мужчина. — Вы настоящий гений своего дела. И потому нам хотелось бы познакомиться с вами чуть ближе. Откуда вы, Артуро?

Что ж. Никакого секрета в этом не было, и потому я с радостью выложил своим дорогим гостям поверхностную часть своей биографии. Так, мол, и так: родился в Российской Империи, учился готовить там-то и у тех-то, заканчивал такие-то курсы, получал такие-то корочки и выигрывал в таких-то профессиональных конкурсах.

— И последний вопрос, сеньор Артуро, — Алафесто вдруг лукаво улыбнулся. — Если вы позволите.

— Позволю, конечно.

— Хорошо. Тогда скажите нам, будьте любезны, почему от вас так сильно пахнет тёмной магией?

Оп-па. Впору было поперхнуться, подавиться или чего там ещё люди делают от неожиданности. Однако я нашёл в себе силы сохранить непроницаемую маску.

— У меня в роду есть те, кто этим балуется, — улыбнулся я.

— Понятно, — задумчиво кивнул сеньор Алафесто. — Мне всё понятно. Что ж! Джулия, дорогая, рассчитайте нас, пожалуйста!

Впрочем, никакого бумажного чека мужчина ждать не стал, и просто оставил на столе кожаный мешочек с деньгами. С золотыми, черт их побери, монетами! Рекордная выручка за день тут же утроилась, а Джулия, кажется, побила городской рекорд по оставленным с одного столика чаевым.

— Благодарю, сеньор Алафесто, — улыбался я, стоя в дверях и провожаю дорогих в прямом смысле этого слова гостей. — Буду ждать вас снова. Если вдруг будут какие-то особые пожелания по меню, можете звонить мне в любое время дня и ночи. Что-нибудь обязательно придумаем.