Правила волшебной кухни (СИ) - Страница 57

— Оссобуко, — я посмотрел на аккуратные кусочки и прочитал ценник. — А почему так дорого?

— Так ведь оссобуко, — развела руками сорокалетняя итальяночка.

Барышня была одета так, что встреть я её на родине, где-нибудь в районе Трёх Вокзалов, то покрепче схватился бы за кошелёк и решил, что она цыганка. И что-то мне сейчас подсказывало, что с ней имеет смысл поторговаться.

— Кхм-кхм, — прокашлялся я. — А вот там у вас голень лежит. В три раза дешевле. Почему?

— Но так ведь то голень!

— А оссобуко — не голень?

— Оссобуко — это стейк!

— В каком месте⁈ — расхохотался я. — Сеньора, милая! Должно быть, вы думаете, что у меня очень мало мозга! Ну ладно! Предположим. Можно я куплю голень, а вы порубите мне её на куски?

— Э-э-э… нет, — сказала женщина

— Почему? Потому что получится оссобуко? — и снова я не сдержал смех.

— Ладно, — воровато озираясь прошептала женщина. — Бери и уходи. Сколько тебе надо?

— Желательно всё.

Да-а-а… уж как остра на язык Джулия, а ей бы всё равно стоило бы поучиться у этой сеньоры искусству злословия. Некоторых выражений я даже близко не понимал, но главное всё равно результат. А в результате, я утараканил для «Марины» порядка сотни порций оссобуко. Успеть бы теперь только всё это дело перепечь до вечера.

— Подходите! — услышал я крик из жиденькой толпы. — Аукцион начнётся через пять минут!

Не знаю, что там, но оно мне надо. Так я быстренько сгрузил коровкины голяшки в гондолу и шустро-быстро побежал в самый эпицентр события. Побежал, добежал и увидел как на утреннем венецианском ветру болтается восхитительный кусок говядины, привязанный к столбу. На глаз — килограмма три, может чуть больше. Но мраморность! Ох, ядрёна мать! Я прямо ощутил, как оно тает у меня во рту безо всякой термообработки. Такой вот кусочек, соль, чёрный перец грубого помола, и ничего в жизни больше не надо.

А хотя стоп! Надо! Желток от чудо-кур, щепотку каперсов, ну и, быть может, каплю бальзамика. Оссобуко на горячее, тартар как дополнительное блюдо. Что-то, что другое отдаётся за пять минут. Зелёный салатик настругаю и готов ужин.

— Я! — поднял я руку. — Я! Я! Я! Беру!

Дальше — искра, буря и тотальный, всепоглощающий азарт. Наученный историями с курами, я повышал ставку даже тогда, когда цена за кусочек выросла до неразумных размеров. Что-то с ним явно не так. Точнее наоборот. Что-то с ним явно так, раз взрослые вменяемые люди готовы отвалить такую кучу денег. Потому я взял, да и выиграл.

— Продано!

— Та-а-а-ак, — я подошёл к своему кусочку, рассчитался и начал рассматривать его со всех сторон. — А теперь расскажите мне, пожалуйста, об этом мясе.

— Мясо как мясо, — пожал плечами распорядитель, а затем я услышал характерный писк, с которым сдаёт назад погрузчик. — Кстати, вот оно.

— Чего⁈

— Вы заплатили за партию.

И вот такие объёмы на глаз я определять не умею. Двести грамм от трёхсот отличу легко, но есть всё-таки вес, за которым цифры стираются.

— Сколько здесь? — уточнил я, глядя на палеты.

— Сто пятьдесят килограмм отборной мраморной говядины.

— Так… заберу, если только вы сами погрузите их мне в гондолу.

— Да без проблем!

Чёрт! Упорные, заразы! Думал, откажутся.

— Кхм, — и опять Джулия как грёбаный убийца появилась за спиной в самый интересный момент. — Куда тебе столько?

— Тартар, — вздохнул я. — И оссобуко.

— Серьёзно⁈ — девушка оживилась, достала телефон и начала шариться по записной книжке в поиске какого-то определённого контакта. — Это же шикарно! Я просто обязана сообщить дону Периони!

— Ага, — кивнул я. — А дон Периони… это кто?

— Дон Периони, — представился мужчина, спешиваясь с гондолы.

На минуточку, со спортивной гондолы. До сих пор я не знал, что такие существуют. А даже если бы мне рассказали об их существовании, я бы решил, что это какая-то моторная история. Ан-нет. Старичка я заметил ещё издалека. И грёб он с такой скоростью, что вот эти авиаторные очки казались не каким-то дешёвым понтом, а настоящей необходимостью.

Спортивные перчатки, спортивная куртка как у гонщиков болидов, да и сама лодка дона Периони выглядела… м-м-м… агрессивно? Ярко-красная, со стилизованными языками пламени на носу.

— Где мой тартар? — спросил мужчина. — И где мой оссобуко?

— Странно было бы, если бы я предложил вам есть в переулке, — попытался отшутиться я. — Пойдёмте внутрь.

Да, Джулия специально выгнала меня на улицу чтобы встретить дорогого гостя. Кто он такой она мне так и не объяснила, но судя по первому впечатлению денежка у старика явно имелась.

— Так, — пока кареглазка хлопотала за баром, я лично усадил дона за лучший столик. — Меню не нужно. Оссобуко три, тартар два.

— Отлично, — кивнул я, а про себя подумал, что нужно бы почаще выходить в зал и самостоятельно принимать заказы.

Например, до сих пор я не знал, что итальянцы обозначают сотню грамм одной цифрой. То есть оссобуко триста. Учитывая вес кости кусочек будет совсем маленький, но ничего страшного, найду. А вот двести грамм тартара — это, конечно, сильно. Особенно на ночь глядя.

— Оссобуко триста грамм, — на автомате решил я повторить заказ. — Тартар двести грамм.

— Нет! — заржал мужик. — Оссобуко три штуки и две порции тартара.

— Э-э-э, — протянул я. — А вы уверены?

— Уверен, молодой человек! И это только разминка. Просто, поймите, не хочется есть холодное.

Спорить я не стал. Хозяин, как говорится, барин, а я чем больше продам, тем больше заработаю. Может даже не придётся перетаскивать говядину из холода в мороз. Так что я просто пообещал сеньору Периони, что его заказа будет готов в течение десяти минут.

Что характерно, не обманул. Отдал готовые блюда вместе с Джулией, а сам припал к окошку и начал наблюдать за тем, как спортивный дед начал на скорость затаптывать говядину. Нет, манеры дона были на высоте, и он не жрал руками как варвар, но всё равно. С какой-то бешеной скоростью орудовал ножом и вилкой.

— Помоги принять столик! — забежала на кухню Джулия. — Не справляюсь! Все как будто разом прийти решили!

— Без проблем, — кивнул я, вышел в зал и сразу же: — Ох! Сеньора Глованни, если я не ошибаюсь?

— У вас отличная память на имена, молодой человек, — кивнула безумная старушка.

С нашей прошлой встречи мало что изменилось. Всё та же юбка поверх штанов, всё те открытые туфли на носки, всё тот же вырвиглазный макияж и всё та же свора котов следом.

— Мои телохранители услышали, что сегодня в «Марине» подают весьма годный тартар. Скажите, это так?

— Это так, — кивнул я, поглядывая на котов.

— Отлично! В таком случае можно нам столик и пятнадцать порций тартара? И ещё бутылочку вина. Это для меня, — зачем-то пояснила мне старушка и игриво подмигнула.

— Без проблем, сеньора. Присаживайтесь.

Отдать тартар — дело минуты. Отдать пятнадцать тартаров — десяти. Вот только вынести блюдо вперёд напитков по стандартам сервиса никуда не годится, и потому я первым делом направился за бар искать вино.

Нашёл. И судя по циферкам на этикетке понял, что эта бутылка моя ровесница. Закупкой вина занималась Джулия, поскольку у неё в этом опыта побольше, а я не лез. Но ещё на рынке понял, что кареглазка сорвала свой собственный винный джекпот, уж до того хвалилась. Говорила, что урвала целую партию чуть ли не по себестоимости и зачем-то несколько раз добавила, что у меня бы не хватило духу так торговаться. Гордилась, короче говоря, собой, а я и не спорил.

— Прошу, — я поставил перед сеньорой Глованни бокал и принялся открывать бутылку.

А краем глаза наблюдал за тем, как городская сумасшедшая рассаживает всех своих котов и бережно запихивает им под ошейник салфеточку.

— Вы же не против? — решила уточнить сеньора Глованни, поймав мой взгляд.

— Не против.

Ну а дальше понеслась. Так сильно, и так рьяно, что я даже лишился удовольствия понаблюдать за тем, как едят котики. Джулия буквально закидала меня заказами. Пять оссобуко, шесть тартаров, шесть оссобуко, пять тартаров… складывалось впечатление, что жители района Дорсодуро всё это время только и мечтали, что о говядине.