Правила волшебной кухни 2 (СИ) - Страница 14

— Эм, — Джулия задумалась. — А как зачарован? То есть… что он умеет?

— А вот в этом мне ещё предстоит разбираться, — ответил я.

Соврал? Да, но лишь отчасти. Кое-что про нож я уже могу сказать с уверенностью. Во-первых, у него просто идеальная заточка, которая способна, как мне кажется, разрезать даже луч света. И это явно магическая заточка. Из уважения к ножу, проверять его на прочность я не стану, но что-то мне подсказывает, что если я стану вскрывать им консервные банки или шинковать кирпичи, он вообще не затупится.

Но то лишь во-первых. Во-вторых, нож работал как идеальный проводник моих собственных способностей. Как будто мне вручили не рабочий инструмент, а отмычку к тонким мирам, где и обитают эмоции. Отмычка, усилитель, инструмент.

И ещё! Меня не покидало чувство, что сеньор Алафесто не столько сделал мне подарок, сколько посвятил во что-то. Или куда-то принял? Вслух он этого не высказал, но сам факт передачи ножа был молчаливым намеком. «Вот, теперь ты тоже в строю и теперь ты тоже сражаешься за Венецию». Что бы это ни значило.

— Ладно, — сказала Джулия и двинулась в зал. — Оставляю тебя с твоей прелестью.

А мне вдруг почему-то захотелось подвести промежуточные итоги. Итак, что мы имеем? С одной стороны аномалии, ночные процессии, облачные демоны, мокрые насквозь мужики, что платят за стейки жемчугом и водоворот Андрей. С другой — самая что ни на есть бытовуха. Закупка продуктов, ведение документации, капризные гости и два человека, которые внезапно стали мне близки. Ну то есть… человек среди них один. Петрович всё-таки сущность.

Но к чему это я? К тому, что чем больше я тут нахожусь, тем больше мне нравится Венеция. А Дорсодуро так вообще уже стал родным. Я как будто бы только здесь начал жить по-настоящему. Всё стало объёмней, интересней и вкуснее.

Да, при всём при этом в Венеции очень много тьмы и игнорировать её просто не получается, но вот какая странная штука: даже эта тьма виделась мне добрее, чем-то, что происходило дома. Она тут… честная какая-то, что ли? Без подлости. Есть ночь, сиди дома и ничего с тобой не случится. Не будешь дураком — будешь жить. Очень даже полнокровного, здорово и весело.

Вот как-то так.

— Артуро! — не прошло и минуты, как кареглазка вернулась на кухню. — Ты не поверишь!

— Жанлука нашёлся⁈ — выпалил я первое, что пришло в голову.

— Э-э-э… кто?

— Бизнесмен, космонавт, тунец.

— Э-э-э… Нет, — Джулия нахмурилась и с сомнением посмотрела на нож.

— А что ж тогда?

— Там пришёл Эльдар.

— Ох.

А вот эта новость действительно удивила. С инцидента на балу мы с ним так и не виделись.

— Зовёт тебя, — сказала Джулия. — Вроде бы спокойный.

Что ж… раз пришёл, значит так надо. Да и не бегать же мне теперь от него?

— Добрый день, — выйдя с кухни, я обнаружил как великан стоит у входа в зал.

— Добрый, — Эльдар вздохнул и прежде чем я успел что-то сказать выпалил: — Сеньор Маринари, я прошу вас принять мои извинения за тот досадный эпизод, что имел место быть на балу у сеньора Алафесто. Иногда мне становится трудно контролировать себя. Особенно когда вокруг столько не местных. Так что извини. Вот.

И видно было, что Эльдар как будто бы по бумажке читает — явно репетировал эту речь. А мне и самому, признаться, стало немного неловко за здоровяка. И потому:

— Без проблем, — ответил я. — И прошу, больше не надо слов. Принято. Я вижу, что вы не горите желанием извиняться, и не собираюсь никого ни к чему принуждать.

— Конечно не горю, — хмыкнул Эльдар. — Но меня наказали.

Гхм… ещё более неловко. И особенно странно слышать такие слова от взрослого мужика.

— Наказали? — на автомате переспросил я.

— Наказали, — ответил мужчина.

И стоит. Явно ждёт чего-то.

— И-и-и-и, — протянул я. — Что дальше? Вы свободны Эльдар, я принял ваши извинения.

— Я не могу отсюда уйти, — ещё один тяжкий вздох. — Это часть моего наказания.

— Гхм… признаться я не уверен, кого из нас наказали больше. Если вы будете сидеть у меня в зале с такой пресной недовольной… гхм… лицом, — тут я быстро поправился. — То получается, что наказали меня и моих посетителей. А мы ни в чём не виноваты, смею вам напомнить.

— Да нет, Маринари. Тебе-то как раз повезло. Я буду есть, — слабо улыбнулся Эльдар. — Тащи кучу еды. Моё наказание подразумевает, что я должен прийти в «Марину» и съесть столько, сколько в меня влезет. А влезает в меня, уж поверь, много.

— Не понимаю, — честно признался я. — А в чём моё везение?

— Я ем МНОГО, — поднажал на слово мужчина. — И это очень сильно отразится на твоей выручке. Радуйся, Маринари, сегодня ты хорошо заработаешь.

— Ага, — кивнул я. — Что ж, в таком случае прошу вас выбирать столик и присаживаться. Джулия примет заказ.

— Да не надо заказа, — отмахнулся Эльдар и двинулся к столу. — Тащи вообще всё, что есть. Кроме устриц! Устрицы это не еда. Устрицы это насмешка какая-то…

Я проводил мужчину до столика и жестом остановил Джулию, мол, не нужно меню. Услышал бубнёж Эльдара из разряда: «только ради Венеции», — и пошёл готовить. Вызов, так сказать, принят.

— И что он хочет? — с ноткой надменности в голосе спросила Джулия. — Может ему вчерашние остатки скормить?

— Фу, — улыбнулся я. — Непрофессионально.

— Но ведь…

— Человек он так себе, согласен. Но! Эльдар может быть каким угодно человеком до тех пор, пока на моих глазах не сделал чего-то плохого. И что-то мне подсказывает, что за этой звериной натурой скрывается настоящий лапушка.

— Ты не можешь знать наверняка, Артуро.

А я ведь могу. Просто Джулии об этом знать не надо. С тех пор, как у меня появился чудо-нож, я гораздо более отчётливо стал видеть и чувствовать человеческую ауру. И потому могу смело заявить — Эльдар точно не вор и точно не убийца. А потому в моих глазах — вполне себе вменяемый человек.

— Давай поработаем? — не стал я переубеждать Джулию. — Просто покормим мужика и всё.

Ну и понеслась. Тряпочку на стол, доску на тряпочку, продукты в аккуратных контейнерах на рабочем столе, нож в руку и погнали. Первым делом, что вполне логично, надо бы подать Эльдару холодное. И начнём мы с кальмаром — сочных, упругих, буквально этим утром бороздивших воды Средиземки.

— Не режет, — ухмыльнулся я, кайфуя от остроты ножа. — Пишет!

Сопротивления ноль. Нож не разрезал, он словно раздвигал плоть. Заранее очищенный кальмар полупрозрачными кольцами, будто это морские кружева, отправился в полусферу. Вместо термической обработки приготовим всё это дело кислотой. Экспресс-маринад из лимонного сока и соль. Всё.

Сюда же руккола, сюда же лепестки пармезана, сюда же оливковое масло первого отжима и готово.

— Неси, — попросил я Джулию, а сам взялся за мясо.

Недооценивать Эльдара глупо, и потому я решил «прокладывать» каждое блюдо сочным стейком. Жирное мраморное мясо — самое то для насыщения. Сердито, а что самое главное — такой манёвр даст мне время на приготовление чего-то более замысловатого.

Например вот, креветки «брошетте». Подрезанные у основания, морские гады изогнулись стоило им лишь коснуться раскалённой сковороды, на которой уже был доведён до готовности ароматный чеснок. Секунда, две, вводим вяленый томат, три, четыре, теперь белое сухое вино и поджечь.

Запах такой, что можно слюной захлебнуться.

Дальше паста. Своя, домашняя. Буквально сегодня ночью я напряг Петровича и заставил сделать заготовку. Получилось идеально: широкие, чуть грубые ленты, ещё не окончательно засохшие и эластичные. Единственный минус — домовой готовил их очень долго, потому что через каждые пять минут останавливался чтобы посмеяться над словом «папарделе». Ну и коверкал его всем понятным образом. Ну… В общем, это же Петрович.

Для соуса я сделал что-то типа орехового песто. Мужская, честная и очень фактурная штука. И при всём при этом простая, как три рубля — всего лишь навсего нужно растолкать в ступке грецкий орех со свежим чесноком. Ореховое крошево пропитывается терпким соком и получается нечто земляное, острое и суровое.