Правила волшебной кухни 2 (СИ) - Страница 10

— Да брось ты, старый брюзга. Я же им не кричал. Чего переживаешь?

— А кричать и не нужно. Достаточно слова сказать.

— Знаю-знаю, — ответил я, потому что уже просканировал ребят своим даром и догадался как работает эта аномалия. — Особенно в среду между тремя и пятью часами ночи с этими товарищами лучше не разговаривать вообще. Ладно! Пошли обратно и за работу!

Ночь сегодня, быть может, и особенная, но день впереди самый обычный, а значит рабочий. Поэтому мы с Петровичем вернулись обратно и занялись каждый своим. Я в охоточку провёл полную инвентаризацию и написал список продуктов на закупку, а домовой продолжил готовить завтрак.

За исключением того, что колокол Сан-Марко бил каждые десять-пятнадцать минут — абсолютно обычная ночь. Штатная. А вот утро получилось действительно из ряда вон, потому что колокол так и не заткнулся.

На улице уже окончательно рассвело и наступило то замечательное время, в которое по обыкновению «Марина» ломится от гостей, а Джулия порхает между столиков и подаёт людям кофе с выпечкой. Дверь, казалось бы, открыта настежь, но ни людей, ни Джулии до сих пор не было.

— Странно, — сказал я, почесал в затылке, и заприметил ещё одну странность: — А ты чего не спишь?

— Не спится, Маринарыч, — буркнул домовой, сидя на барной стойке рядом с плюшевым чебурашкой. — Отосплюсь, как всё успокоится…

И стоило ему договорить, как в зал ресторана вместо людей ворвался ветер. Явно аномальный — очень сильный и я бы даже сказал, что штормовой. А ещё, внезапно, очень аккуратный. Порывы ветра ощущались только на открытом пространстве. То есть буря бесилась между столиками, но не даже край скатерти не шелохнулся.

— Интересно, — обратился я к Петровичу. — А этот ураган может нам мусор вынести?

— Может, — хмыкнул домовой. — Вот только плата будет…

— Двадцать душ…

— Э-э-э! — от моей осведомлённости Петрович аж за сердце схватился. — Не смей!

— … двадцать голодных душ, которые будут накормлены в ночи.

— Фу-х, — выдохнул домовой.

Махнул на меня рукой, пробурчал что-то невнятное, спрыгнул с барной стойки и пошёл на кухню. Под уклоном, правда, но пошёл. Ветер в харю, борода развивается, ручонки вперёд выставил. И будто бы Петровичу назло ветер вылетел прочь из «Марины» как только он скрылся за дверями кухни. Примерно тогда же перестал звонить колокол, и уже через полчаса в ресторане появилась запыханная Джулия.

Я опять сказал, что оштрафую её за опоздание, она опять напомнила мне что работает без зарплаты, а затем обзывалась и расспрашивала о том, что я делал этой ночью. Короче говоря, всё стабильно. Всё на круги своя…

— Добрый день! — поздоровалась с Алессандрой кареглазая официанточка. — Прежде чем вы самостоятельно ознакомитесь с меню, от себя хочу порекомендовать сегодняшнее спецпредложение. Его в меню, как вы сами, должно быть, догадались, нет.

— Та-а-ак, — вполне дружелюбно улыбнулась Алессандра. — И что же это за чудо-блюдо?

— Крокеты из краба с чеддером и трюфельным айоли.

— Крокеты… с чем? — женщина нахмурилась. — Я думала, в «Марине» подают блюда традиционной венецианской кухни.

— Кухня авторская, — отработала возражение официантка. — И надо сказать, что «автор» сегодня в своей наилучшей форме. Поверьте, если бы шеф Артуро не был заодно и владельцем этого заведения, то за ним бы уже охотились все рестораны этого города.

— М-м-м…

— Что до блюда, то эта какая-то сказка, честное слово. Я, — девушка ткнула себя в грудь, — ела, — и не было ни единой причины ей не верить. — Не фарш ни в коем случае! Целые кусочки крабового мяса замешиваются с выдержанным чеддером, панируются, а затем жарятся в раскалённом масле до золотистой хрустящей скорлупки. Айоли подаётся отдельно, а в качестве гарнира карпаччо из свеклы и цуккини. Просто представьте: хруст, следом за ним волна солоновато-сладкий вкус этой кремовой начинки, и всё это завершается земляными нотками трюфеля…

Кажется, официантка растравила сама себя. Под конец монолога у девушки явно что-то не то со слюнообменом начало происходить. И это, конечно же, подкупало.

— Хорошо, — кивнула Алессандра Бруно и отдала меню, даже не пролистав его. — Доверюсь вашему вкусу.

— Что будете пить?

— Воду, пожалуйста. Самую обычную, без газа.

Кареглазая официантка ушла на кухню, а Алессандра Бруно стала ждать свой заказ. В районе Дорсодуро она оказалась по работе. Относила документы на подпись клиенту, наслушалась про недавно открытый ресторан и поскольку время было как раз к обеду, решила заскочить.

— Прошу! — удивительно, но крокеты по специальному предложению оказались у неё на столе уже спустя пять минут. — Приятного аппетита!

— Благодарю, — кивнула Алессандра и приступила к трапезе.

Первый же кусочек растаял во рту и заставил мычать. И потому впервые за всю свою карьеру она всерьёз подумала о том, чтобы сбросить деловой звонок, который раздался как нельзя некстати.

— Алло? Да, это я…

Дела, дела, кругом дела. Подписать это, найти то, договориться с тем и продавить вот этого. Обычная текучка, из которой до конца рабочего дня никак не выпасть. Началась внутренняя борьба. С одной стороны, Алессандра уже прочувствовала восхитительный вкус крокет и хотела насладиться им с чувством, толком и расстановкой, то есть после того, как разговор закончится. С другой стороны, она не могла терпеть и закидывала в рот по кусочку каждый раз, когда наступала пора говорить её собеседнику. Ну а с третьей…

— Ой! — у Алессандры аж сердце в пятки ушло. — Извини, я перезвоню, — и она сбросила вызов на полуслове.

Под одним из крокетов внезапно обнаружился до боли знакомый золотой кораблик. Это была её тарелка. Её семейный сервиз, от которого она с таким трудом избавилась. Проклятый сервиз. И она теперь… проклята.

— Дев-в-в-вушка, — Алессандра подозвала официантку. — Это как?

— Не понимаю о чём вы.

— Это же… Вы же… Я же… Вы в своём уме?

— Простите, — кареглазая явно напряглась. — Но я всё ещё не понимаю.

— Сервиз, — выдохнула Алессандра, закрыла глаза и прислушалась ко внутренним ощущением.

Что толку теперь орать и скандалить, если она вот-вот умрёт? Зачем сотрясать воздух, ведь в итоге всё одно. Максимум что можно сделать — напугать людей вокруг, и не дать им прожить последние секунды своей жизни в счастливом неведении.

— Я позову шефа, — коротко сказала официантка и исчезла, и уже спустя несколько секунд к её столику подошёл молодой парень в белоснежной поварской куртке.

— Сервиз, — просто и незатейливо повторила она ему. — Мне конец. Из-за вас я вот-вот умру.

— Разве что от переедания, — улыбнулся повар и указал на стул рядом. — Вы позволите?

Не дожидаясь ответа сел и принялся рассказывать о том, что проклятие с сервиза уже снято и отныне оно полностью безопасно. Утверждал, что неоднократно сам ел из этих тарелок и угощал гостей. По ходу дела попросил кареглазую официантку заварить им:

— Чай, — сеньор Артуро зачем-то подмигнул девушке. — Из моих личных запасов. Возьми банку с надписью…

…а дальше сказал какое-то непонятное русское слово. Spokoistvie? Чёрт его знает, что это такое. Может, какая-то травка? «Хуже уже не будет», — думала Алессандра до тех пор пока перед ней не возник чайник.

— А-ааа! — тут уж она наконец не удержалась от крика. — Там же зло! Вы разве не понимаете⁈ В нём живёт ЗЛО!!!

— Тише-тише-тише, — улыбнулся повар и совершенно спокойно взялся за фаянсового. — Повторяю: всё нормально, — разлил чай по чашкам, а затем к полному ужасу Алессандры потёр его ладошкой. — Вот видите?

— Вижу, — недоверчиво сказала женщина. — И что, прямо вот можно пить?

— Абсолютно, — ответил сеньор Маринари, а чтобы она не переживала сделал первый глоток.

«Была не была», — решилась Алессандра и тоже приложилась к чаю. Внезапно, всю усталость как рукой сняло.

— Но как это возможно⁈ Вы действительно победили зло⁈