Правда о золоте Кубанской рады - Страница 5

и услышал рассказ. подтверждающий рассказ

Брагиной старушки;

В 1984 году я добирался из Крымска через

Неберджаевскую к бывшему хутору Николаевскому, на

турслёт. От Неберджаевской шёл пешком, с рюкзаком

где сверху был приторочен армейский миноискатель

типа «клюшка». По дороге меня нагнал

молоковоз и седоватый водитель-грек, предложил

подвезти до хутора Гапоновского, куда ехал на

ферму за вечерним молоком. Видимо его впечатлил

миноискатель. По дороге разговорились о кладах и

водитель поведал мне интересную семейную

историю.

Его дед в молодости женился и работал

кузнецом на х. Гапоновском. В период гражданской

войны (да и поныне) это был довольно глухой

угол. Однажды к полудню на хутор прибыл обоз из

подвод. На подводах почти не было груза, только

по два больших ящика из под снарядов, но очень

тяжёлых. Возчиками были обычные, мобилизованные

угрозой оружия мужики, а вот охраняли обоз около

десятка казаков и 6 офицеров в главе

пожилой, возможно полковник. Подводы явно прошли

очень сложный путь по разбитым горным дорогам в

распутицу, спицы ступиц нескольких колёс были

переломаны и вместо снятых колёс использовали

вставные ваги.

Обоз еле дополз до хутора и нуждался в

срочном ремонте. По обрывкам разговоров

стало ясно, что это отставшая из за

поломок часть какого то большого конвоя белых,

двигавшегося на Новороссийск. По каким то

причинам им пришлось свернуть в сторону

Неберджаевской, и далее к Гапоновскому. Но цель

обоза состояла в том чтобы выйти глухими горными

дорогами к морю. Из мужиков на хуторе были только

дед-пасечник и молодой кузнец, их тут же

заставили ремонтировать поломанные колеса,

вместе с возчиками.

Между тем среди военных назревал бунт.

Казаки собравшись в стороне кричали,

что им нечего уходить с Кубани на

чужбину, а следует пробираться к родным

станицам. К тому же открылась бы тайна тяжёлых

ящиков, сгружая их с повреждённой подводы,

казаки намеренно уронили один их ящиков так что

он открылся и от туда потоком хлынули золотые

червонцы. Напряжённую ситуацию на время погасил

пожилой полковник, раздав казакам по горсти

монет и пообещав что после доставки обоза в

Новороссийск они получат ещё столько же и будут

отпущены на все четыре стороны. Когда ремонт

закончился, день был уже на исходе. Кузнец

намеренно ставил спицы на колёса из дерева

мягких пород, предполагая что они быстро снова

выйдут из строя. Но перед уходом офицеры забрали

кузнеца с собой в качестве проводника, пригрозив

расправиться с семьёй. По дороге выяснилось, что

пройти через Шапсугскую невозможно, там местные

приняли сторону красных. Оставалось искать

дорогу прямо через Свинцовый хребет. К нему

подошли уже в сумерках и начали тяжелейший

подъём. Лошади и люди выбивались из сил но вскоре

и колёса подвод снова пришли в негодность и

стало ясно что преодолеть крутой горный подъём

на вагах невозможно. Лошади уже дохли одна

другая и обоз остановился. В темноте кузнец

отошёл в сторону, за дерево на круче. Поблизости

остановились двое офицеров и кузнец подслушал их

разговор.

Ввиду невозможности дальнейшего продвижения

старший предлагал зарыть груз в скальный

грунт и возчиков казаки должны были тут

же расстрелять, для сохранения тайны. Но как

только казаки произведут выстрелы, разрядив свои

карабины, офицерам надлежало расстрелять их в

спину. Кузнец от таких новостей рванулся было в

сторону и по нему тут же начали стрелять легко

ранив. Ему удалось сорвавшись с кручи

схорониться у верха под корневищем, столкнув вниз

обломок толстого дерева. Оно и покатилось в

темноту, сопровождаемое выстрелами. Офицеры

разглядели кровь на обрыве, посветив фонариками

но вниз спускаться не стали, решив что проводник

мёртв. Скорчившись под корневищем кузнец слышал

как разгружали негодные передние подводы и

носили куда то ящики, вывели на этот обрыв

возчиков и казаки их расстреляли.

Но дальше тихо захлопали пистолетные выстрелы

и раздались крики. Офицерам не удалось перестрелять

казаков быстро и кому то из них удалось зарубить

полковника и ещё одного, самого молоденького, шашкой.

В живых офицеров осталось четверо, которые ушли видно

на целых подводах. Кузнец дождался рассвета и

прихватив у убитых казаков золотые монеты и

карабин поутру вернулся на хутор. Там его

перевязали и опасаясь что белые могут снова

вернуться, кузнец подался к красным, оставив

жене полную шапку червонцев. Через месяц пришла

весточка что кузнец героически погиб в боях за

советскую власть. Жена (бабушка водителя) вырастила

троих детей, меняя в голодовку червонцы на продукты.

1918 г Март. Громоздкая часть ценностей была

спрятана на территории Екатеринодара,

а станице Калужской вывезены войсковая казна в

золотой и серебряной монете, золотые слитки

оставшиеся с Турецкой войны,

турецкие бриллианты, ювелирные изделия, ценные

бумаги и регалии. Все кроме серебряной монеты и

небольшой части других ценностей, было спрятано

в окрестностях станицы Калужской а так же 1000

винтовок. Далее при отступлении от Екатиринодара

,ценности были спрятаны у станицы Елизаветинской

при переправе через р Кубань, серебряную монету

увезли дальше с собой, в критической обстановке

была спрятана и часть серебряной монеты в районе

станицы Уманской. (в общей сложности серебряной

монеты было 7 подвод)

1920 г Март. Генерал Покровский на то время

единственный человек (Рябовол и Колобухов а так

же Бунчук оставленный охранять ценности в

Калужской после отступления в 1918г были

убиты) который знал о месте нахождения ценностей

в Калужской. Покровский с своим штабом и

казаками охраны, отступая на Туапсе из

Ростовской области в бронепоезде, натыкается на

красно-зеленых за станцией Ганжа.

Покровский прячет Донскую казну (забранную им с

собой) в районе станции и с свитой и охраной

уходит на ст Калужскую. Где отправляет часть

ценностей с генералом Улагаем в Туапсе, где тот

прячет их у о Рица и уходит в Крым.

Далее Покровский забирает остальные ценности и регалии

и идет общим обозом в Новороссийск. По дороге

заворачивает на хутор одного из свиты местного

казака, прячет в его хате золотые слитки и

часть других ценностей, после чего продолжает путь.

У развилки на ст Неберджаевскую отправляет

регалии дальше в Новороссийск (на перевале,

волчьи ворота, Покровского ждал Деникин с

ценностями) но Покровский ему уже не

доверял и знал что Деникина снимут с должности

главнокомандующего и ему Покровскому должности

не дают. И Покровский с ценностями уходит в

обход через ст Неберджаевскую в Новороссийск.

Далее известно что произошло. Покровский с тем

что поместилось в рюкзаки четырех человек

садится на пароход, оставляя полковника Брагина

охранять оставленные ценности. В порту он

сообщает другому генералу о ценностях в ст

Елизаветинской, тот забирает их в спешке и

грузит на миноносец <<Громкий>>

после чего миноносец срывается с пирса и уходит