Потерянная судьба - Страница 39

Кай кивнул.

– Да, возможно. Это действительно один из искусственных мускулов, используемых в пальцевом активаторе боевого робота. – Он указал на серийный номер, проставленный с внутренней стороны белой панели. – «Родом из Валькирии». Это служебный робот, используемый в промышленности. Миомеры, которыми ты пользуешься в хирургии, сделаны по-другому, они должны быть собраны из настоящей мускульной ткани. У нас используется совсем другой миомер – либо в виде нитки, либо бинта.

Скрестив руки на груди, Дейра посмотрела на него сверху вниз.

– А ты когда получил медицинскую степень?

– Моя... – Кай заколебался. – У матери моего друга был рак груди. Она была на войне и получила ранение в плечо. В несколько ее мышц был вшит миомер, а когда у нее обнаружили рак, ей сделали радикальную мастектомию. Доктора объясняли все моему другу, я был вместе с ним в тот момент. – Бросив на нее взгляд, Кай понял, что Дейра догадалась: речь шла о его собственной матери.

– А откуда эта штуковина попала сюда? – Дейра кивнула в сторону пальца.

Кай пробежал рукой по области, с которой были счищены длинные полосы ткани миомера.

– Можно только догадываться. Я предполагаю, что кто бы ни жил в этом доме до нашего появления, он помимо прочего занимался ремонтом. – Кай подобрал тонкий моток проволоки с шариком на конце. – Возможно, он был музыкантом и использовал миомеры, чтобы заменять оборванные струны на гитарах.

– Что?

Кай передал ей оборванную струну, которую он нашел.

– Миомеры сжимаются, когда по ним пробегает электрический ток. Сжатие происходит мгновенно. Регулируя уровень натяжения, можно контролировать количество сокращений и скорость, с которой ткань будет терять натяжение. Это очень тонкая работа, но с помощью компьютерного чипа и электричества сделать это довольно легко. Некоторые любители начали экспериментировать с идеей применения переменного натяжения в теннисных ракетках, но по-настоящему успеха достигли только музыканты. В связи с необходимостью перевооружения после войны миомеры исчезли из свободной продажи. Похоже, что хозяину этого дома удалось достать каким-то образом часть робота с миомером, и он сделал на этом деньги.

На лице Дейры застыла безжалостная маска.

– Только не говори мне, что это еще один плюс военных зверств, несущих пользу гражданскому населению.

– Ну-ну, я не признаю зверств! Дейра отвернулась от него.

– Ты зарабатываешь деньги на убийстве людей. Кай схватил ее и повернул к себе.

– Послушай меня, послушай хотя бы раз! Я делаю то, что я должен делать по долгу службы. И если это приводит к смерти других людей, я сожалею о случившемся больше, чем ты можешь себе представить.

– И все же ты продолжаешь убивать. – Она попыталась вывернуться из его рук, но он крепко держал ее за плечи. – Ты продолжаешь убивать, пытаясь утолить свою жажду убийства.

– Когда я был очень молод, мой отец говорил мне: «Убить человека очень трудно, и никогда это не будет легким делом». Он говорил не о технике, он говорил о дани, которую платит твоя душа. Убийство – это не то, к чему я стремлюсь, а то, что я ненавижу.

При упоминании об отце Кай почувствовал, как Дейра напряглась. Страшная догадка пронзила его. «Она знает моего отца, – подумал он. – Но откуда? И что он мог ей сделать?» Он освободил Дейру, она отвернулась от него. Обхватив себя руками, она пыталась унять внезапно охватившую ее дрожь. Посидев немного, Дейра поднялась и подошла поближе к свету. «Сейчас не время спрашивать ее о моем отце. Прежде мы должны выбраться отсюда».

Он нагнулся, вытянул из-под тяжелого нейлонового кабеля садовый шланг и несколько согнутых прутьев от спинки кровати. Затем Кай внимательно рассмотрел нагреватель и снова перевел взгляд на шланг. «Практически у нас есть все, что нужно... Вполне может получиться, если Дейра согласится помочь».

Регент Халса запустил файл Дейры Лир и вздохнул, когда на мониторе высветились только полосы. В этой девушке был свой шарм, она заворожила его с первой их встречи. Ему нравились и ее плавные, мягкие движения, и легкий вежливый смех, и высокая шея. Халса часто видел ее во сне, и вот она здесь, в его офисе.

«Значит, судьба, – подумал он, – награждает меня за то, что я согласился торчать в этом Богом забытом месте. И ты отвергаешь ее дар!» Его словно громом поразило при мысли, что предмет его желаний, очаровательная Дейра, находится в его руках, а он засунул ее в эту темную промозглую дыру вместе с красивым молодым человеком. «Для чего? Чтобы они могли поудобней расположиться и любовью отогнать свои страхи?! Да как я мог быть таким идиотом?»

Как только мир грез начал захватывать его, регент решил немедленно исправить ситуацию.

«Я могу спасти ее, поместить отдельно от Джуэлла и проследить, чтобы ее не забрали в центр по перевоспитанию, – подумал он и содрогнулся, вспомнив свой недавний визит туда. – Нет, она ни в коем случае не должна попасть в этот ад».

Халса поднялся со стула и покинул офис. У двери, ведущей в подвал, он пальцем подозвал к себе двух охранников и приказал им следовать за ним. Подойдя ближе, он включил видеокамеру, но ничего не увидел.

Нахмурившись, Халса шагнул к выключателю и нажал на него.

– Что такое? – недоуменно произнес он. – Свет включен, но лампа не горит. – Охранники подошли поближе. Халса снова пощелкал выключателем, однако тусклая лампа не загоралась. – Они испортили лампочку! – проговорил он.

Как только в эротических фантазиях регента его место рядом с Дейрой Лир занял Джуэлл, комстаровский бюрократ затрясся от ярости. Щелкнув последний раз по выключателю, он приказал охранникам:

– Открыть дверь! Немедленно!

Через 1,27 секунды, за которые Кай успел перерезать провод, соединявший выключатель не только с лампочкой, но и с сетью, снабжающей энергией весь сектор города, миомерный мускул сжался. Из желеобразного он превратился в стальной и, яростно щелкая, сокрушил обе колонны, к которым Кай привязал его нейлоновым кабелем. Поскольку активатор был поврежден, миомер расслабился слишком быстро, стена осталась нетронутой, но своей главной цели синтетический мускул успел послужить.