Потаённый уголок: акт второй (СИ) - Страница 28

- Кто там? - уставшим голосом, словно человек не спал уже долгое время, спросили за дверью, и я сразу расслабился, как и Вика, которая отлипла от стены и собиралась что-то сказать мне, но прикусила губы и просто глянула на меня. Да-да, я же обещал, помню. А за дверью слышалась возня, но она нам не открывали, и видя на какой высоте дверной глазок, и вспоминая рост спрашивающего, я ответил:

- Открывай, Снежана, это Сергей.

Надеюсь, этого хватит.

За дверью после моих слов ещё какое-то время не раздавалось ни звука, возможно я её шокировал своим появлением, не удивился бы. Но вот послышалась возня, щёлкнул замок, и дверь без скрипа распахнулась, и к нам вышла Снежана. Я аж присвистнул, еле узнав её, когда увидел, в кого она превратилась за эти дни: по ней словно бы каток прошёлся, одежда вся измятая, волосы торчком, спина сгорблена, плечи опущены, под глазами синяки, да и сами глаза словно бы сколько-то дней не закрывались, настолько пожухли, а зелень её зрачков растеряла весь блеск. Передо мной стоял уставший и еле живой человек.

А ещё оказалось, что Вика встала не в правильном месте, и дверь, которая должна, как она рассчитывала, была её прикрыть, раскрывалась в другую сторону, так что она аж вжалась в стену, словно бы собиралась просочиться сквозь неё, когда поняла свою ошибку. Но Снежана на неё не обратила никакого внимания, уставившись на меня.

- Привет, - сказал я, махнув рукой, приветствуя.

- День добрый.

- Вообще-то уже вечер, ты там совсем время не замечаешь?

В ответ она только устало вздохнула.

- Я уже второй день не сплю, да и не помню, когда ела последний раз. А почему ты тут? И как узнал, где я живу?

- Тебя пришёл повидать, как представитель "Уголка". А узнал, ну, тут просто, вот причина стоит.

И указал на Вику, которая к этому времени прекратившая заниматься ерундой и просто замерла на месте, загипнотизировано глядя в противоположную сторону, стараясь не шуметь. Но вздрогнула, когда я выдал её. И как она вообще собиралась у Снежаны что-то спрашивать? Как малое дитя прям.

- А, привет, - а вот реакция Снежаны отдавала пофигизмом, когда та просто заметила свою одноклассницу, и даже не поинтересовалась, что та делает, стоя у стены её квартиры.

- П-привет, - раздался в ответ испуганный голосок моей спутницы.

Снежана в ответ только меланхолично кивнула, не особо проявив эмоций от встречи с одноклассницей, с которой у неё не шли дела, а недавно ещё и сбежала из-за неё. Словно проигнорировала, вот тебе и сходила, называется.

- Так зачем вы пришли? Если ничего такого, то я пойду закончу сценарий и лягу спать до понедельника, если не возражаете, - видя полное отсутствие хоть каких-то эмоций при нашей встрече, видя, как её глаза постоянно закрываются и вообще общее сонное состояние нашего режиссёра, которая могла свалиться спать в любую секунду, мне ничего другого не оставалось, как сказать:

- Можно мы пройдём?

Куртку я повесил на крючок возле дверей, ботинки поставил в сторонке, чтобы не пачкали линолеум, а вот Виика сидела на тумбочке, куда складывают обычно обувь, с силой стягивая с себя черные сапоги с небольшим каблучком. На предложение о помощи, она отказалась, предпочтя заниматься этим самой. Вот теперь и кряхтела, не совладав с облегающими ногу сапогами.

Сама Снежана, пригласившая нас войти, ушла, как она сказала, в свою комнату, доделывать работу, а нас пригласила пройти за ней сесть в гостиной, подождать, когда закончит. Вот только кто знает, насколько это затянется, ночевать тут я не собираюсь.

- Я подожду тебя в её комнате.

- Пог... ух, погоди, я почти всё! - последнее слово из неё уже вырвалось с хрипом и вздохом, и она наконец выдернула свою ногу из сапога. - Блин, каждый раз так. И почему родители без примерки решили их мне подарить?

- Теперь-то всё?

- Не торопись, поставлю только. Теперь уж она не исчезнет. А я потребую от неё все ответы.

Ага, только не удивлюсь, если её в квартире уже нет. Но та не спешила, пока засунула в тумбочку свои сапоги, пока надела тапки, пока поправила причёску, встав возле зеркала, при этом бормоча себе под нос какие-то недовольные слова. Стоило ожидать, что колючка вернётся со своими словесными закидонами. Я вот только надеюсь, сама Снежана не уснёт там, пока мы здесь тусуемся.

- Надеюсь ты уже всё, колючка?

- Постой! - она поправила прядь волос. - Как ты меня назвал?

Отвечать я не стал, зашёл в просторный зал с минимум мебели, точнее с самым необходимым: диван, на котором лежало несколько подушек, стол с вазой и несколькими бытовыми вещами на нём, шкаф с книгами, разной утварью, и большим плоским телевизором посередине. Сворачивать к балкону, рядом с которым виднелся вход в комнату с закрытой дверью, на которой висели мужские штаны, я не стал, пошёл прямо, к другой слегка приоткрытой белой двери, к которой кто-то приклеил весёлые детские разноцветные буквы, собиравшиеся в слова - Снежана и Света.

- С ней ещё кто-то живёт, сестра? - с любопытством спросила нагнавшая меня Вика, тоже заметившая эти буквы.

- Лучше не спрашивай её об этом, потом объясню.

Надеюсь, что послушается. Только теперь за Викой надо будет следить, а то ведь ляпнет, и кто знает, к чему приведёт упоминание о сестре от Вики. Но интересно, это родители или Снежана прилепила на дверь имя своей сестры? Как она к этому относится? Хотя и не удивительно, что Снежана так вцепилась в сценарий сестры, когда каждый день видит её имя, о таком не забудешь!

В комнату мы вошли вместе, и сразу попали в строгий, но девичий мир, где всё прибрано, всё на своих местах, игрушки лежат где надо, и вырванных и повсюду разбросанных листов из тетради тут я не заметил, в отличии от комнаты одной девчонки. Отвык я от таких девичьих комнат. Зато на застеленной кровати лежала куча тетрадей, старых, помятых, и догадываюсь, кому они принадлежали раньше. А вот рядом с ними валялась стопка книг, где можно было заметить детские художественные сказки с рисунками, сказки про новый год, и даже мифы и легенды нашей страны. Несколько из них ещё и на столе лежало, с закладками между страниц.

Сама Снежана сидела за столом, сгорбив спину от навалившейся на неё усталости, щёлкая мышкой и, не обращая на нас никакого внимания, что-то читала с монитора, иногда печатая и поправляя, стуча по клавишам. На нас она внимания не обращала, продолжая заниматься своим.

- Как думаешь, она про нас хоть не забыла? - шепотом спросила меня Вика.

Что ей ответить? Казалось, увлёкшись своим делом, забыла. Снежана даже не повернулась в нашу сторону, когда мы зашли, полностью была погружена в свои мысли. Может она уснула, а пальцы стучат по клавиатуре на автомате? Не удивлюсь.

- Давай пока куда-нибудь сядем? - подумав, сказал я, указав пальцем на кровать.

Вика уселась на неё сразу же, сложив ногу на ногу и выпрямив спину, я же не стал мять своими джинсами чистую кровать, на которой, похоже, до Вики никто не сидел несколько дней, заприметил стул с мягким сидением, и на него и уселся. За временем я не следил, но кажется, минут пятнадцать или двадцать мы просидели, сомкнув уста, только поглядывая друг на друга, хотя Вике гляделки быстро надоели, она вся измаялась, помяла кровать, не зная куда себя деть, в какой-то момент обратила своё внимание на стопку тетрадей, и схватила верхнюю, просмотрев обложку, потом открыла и стала читать, сперва просто пробегая взглядом, а в какой-то момент увлеклась и читала уже полностью сосредоточившись на тексте.

Я же спокойно сидел, наблюдая за ними, хотя не отказался бы чем-нибудь заняться, не так уж и весело это, сидеть и ничего не делать.

- Послушай, - услышал я голос Вики, - эта Света, она её сестра? А где она? Тут только одна кровать на одного человека.

Вот и началось.

Услышав этот вопрос, я быстренько глянул на режиссёра, стараясь понять, слышала ли она эти слова, и, если да, как отреагирует. Но судя по стуку по клавиатуре, прерывавшийся щёлканьем мышки, не услышала.