Последний вздох (ЛП) - Страница 1

Кэтрин Диан

Последний вздох

(Вампирское Оборонное Агентство #5)

Перевод: Rosland

Редактура: Бреган Д'Эрт

Русификация обложки: Rosland

Глава 1

Несмотря на то, что их оружие было затенено от посторонних глаз, Ронан и Нокс привлекали к себе много взглядов искоса, когда садились в вагон метро. В этом нет ничего нового. Ронан был крупнее большинства мужчин, а Нокс был бл*дским танком.

В таком месте, как это, их одежда тоже выделялась, массивные ботинки и чёрная тактическая форма создавали впечатление кого-то среднего между наёмником и преступником. Хотя мотоциклетная куртка Ронана скрывала большинство его татуировок, некоторые из них поднимались по шее. В наши дни многие люди украшали себя чернилами, но что-то в Ронане было предостерегающим.

С другой стороны, возможно, дело в том, что они с Ноксом охотились. Каким-то образом даже такие виды, как люди, живущие в глубине города и в основном сидящие в своих телефонах, всё равно могли это почувствовать.

В два часа ночи в вагоне метро ехали в основном пьяницы, да ещё несколько работяг, задержавшихся допоздна, сидели, ссутулившись на грязных пластиковых сиденьях. В таком городе, как Портидж, штат Нью-Гэмпшир, люди знали, что лучше не коситься, если не хочешь неприятностей. Обычно даже панки отваливали при виде Тиши.

Однако сегодня вечером один мудак в кожаной одежде, гремя цепями и воняя травкой, встал перед Ронаном, когда тот направлялся в пустой конец вагона метро.

Несколько жутких образов промелькнули в голове Ронана, когда он остановился перед вонючим блокпостом, но всё, что он сказал, было:

— Неа.

И всё же, когда Ронан, продемонстрировав зрелость и самообладание, протиснулся мимо панка вместо того, чтобы ударить его по горлу, этот придурок схватил его за руку.

— Этот вагон принадлежит…

Когда кто-то прикасался к Ронану, особенно чёртов человек, это посылало сигнал мимо его префронтальной коры и прямиком в подсознание. Он схватил ублюдка за горло и впечатал его в стену вагона метро.

Ронан даже не осознавал, что рычит и скалит клыки, пока глаза панка не расширились, а его притворство крутого парня не сменилось ужасом. Нож, царапавший Ронану живот, задрожал.

— Ронан.

Голос Нокса проник в сознание Ронана. Всё, что он действительно осознавал — это хрупкое человеческое горло в его хватке. На секунду Ронан увидел белый лабораторный халат вместо дешёвой кожаной куртки. Он увидел стерильную белую комнату вместо грязного вагона метро.

— Ронан.

Ронан оторвал свою руку от его горла.

— Бл*дские люди, — пробормотал он и зашагал дальше.

К тому времени, как задница Ронана коснулась пластиковой скамейки возле других дверей, незадачливый задира слабо цеплялся за поручень в центре вагона. Он смотрел на свою руку, казалось, озадаченный ножом, который держал в руке, словно не помнил, как доставал его. Панк убрал клинок и покачал головой.

— Ты затенил его память, — пожаловался Ронан, когда Нокс опустился на скамейку рядом с ним.

— Это стандартный протокол.

— В пи*ду это всё. Грёбаные люди думают, что могут…

— Наш вид ничем не лучше, — напомнил ему Нокс в своей обычной глубокой, тихой манере. У Нокса были свои собственные триггеры, но когда они не срабатывали, он был спокоен и неподвижен, как… ну, как кто-то, кто провёл чёртову уйму лет в камере.

Возможно, десять лет заточения Ронана были недостаточно долгими.

Или, может быть, Нокс, так сильно связанный с Клэр, стабилизировался, в то время как Ронан слетал со своей грёбаной оси.

Все привыкли к тому, что он колючий засранец, поэтому никто, казалось, не придавал особого значения его растущей нестабильности. Или, может быть, они предполагали, что это из-за того, что он умирал.

Но в этом нет ничего нового.

С тех пор, как он сбежал из «Генезиса», на клеточном уровне он был в полном раздрае. За годы, что он был подопытным в человеческой лаборатории, ему вкололи столько всякой дряни, что его тело превратилось в проклятый бардак.

Джонус Ан, глава медицинского отдела ВОА, годами пытался разобраться в этой неразберихе, но методы лечения больше не помогали. Клеточная мутация, которую запустил «Генезис», происходила слишком быстро.

В основном это была просто боль. Истощение. Головные боли, от которых раскалывался череп. У Ронана была довольно высока терпимость ко всему этому, но это начинало сказываться на его рефлексах. В одну из таких ночей он окажется слишком медлителен, чтобы отразить удар ножа, избежать выстрела или прыгнуть.

По правде говоря? Наверное, это даже к лучшему.

Потому что настоящая причина, по которой Ронан слетал с катушек, заключалась в том, что внутри него что-то было не так, и это не имело никакого отношения к тому, как его похерили в лаборатории.

Когда-то он наслаждался приятной иллюзией, что именно эта неправильность была вызвана лабораторией. В этом был смысл. Наркотики, изменяющие сознание, электрошок, сенсорная депривация. Всё это было направлено на то, чтобы вызвать отделение его разума от тела. Ронан до недавнего времени считал, что это дерьмо и стало причиной отделения его разума от тела.

По крайней мере, так он когда-то думал о том, что с ним иногда случалось.

Раньше это происходило только в редких случаях, например, когда он был полностью измотан. Он терял сознание… и обнаруживал, что оказался вне своего тела, разгуливая, как чёртов призрак. Это было чертовски странно.

Но по мере того, как состояние его тела ухудшалось, это происходило всё чаще. И теперь он знал официальное название этого явления: «хождение разумом».

Почему у него было такое название? Потому что единственным другим ходоком разума в истории вампиров был Кадарос, сын тёмного бога Вимоноса, самоназваный Тёмный Принц.

Фантастика, бл*дь.

Если бы Ронан когда-нибудь знал своего отца, или если бы его мать не попала в больницу вскоре после его рождения и не умерла, когда ему было пять лет, у него наверняка возникло бы несколько чёртовых вопросов. (У него всё равно имелось несколько чёртовых вопросов, но задать их было некому).

Отсюда и кризис идентичности.

На самом деле, это больше похоже на грёбаный срыв… как только у него появится на это время. Он узнал правду о дерьме с хождением разумом, когда Тишь была в разгаре полномасштабной чрезвычайной ситуации. Чертовски сомнительный, странный культ сотрудничал с демоническим лордом, чтобы украсть неподвижное (но живое) тело Кадароса из хранилища королевы Амарады. У Ронана не было времени на панику, ибо Тишь мчалась на поиски культа, пока те не успели пробудить Тёмного Принца.

Хотя пробуждение провалилось, и культ был уничтожен, демонический лорд телепортировался вместе с иссушённым телом Кадароса. За этим последовали два месяца охоты Тиши на демонического лорда, когда все были в состоянии повышенной готовности, как будто вот-вот наступит конец света.

Охота, по крайней мере, отвлекла внимание от Ронана. В течение первых нескольких ночей он впервые в своей жизни сослался на свою болезнь, чтобы можно было паниковать в одиночестве.

Это было не очень лицеприятно, но теперь это в прошлом. Когда Ронан понял, что он точно такой же, каким был раньше, и не собирается превращаться в злобную версию самого себя, он снова стал вести себя так, будто всё в порядке.

И, в конце концов, без каких-либо зацепок в отношении демонического лорда и без каких-либо признаков Кадароса, которого в идеале никогда не удастся пробудить, Тишь вернулась в обычное русло.

И если Ронан стал более вспыльчивым, чем раньше? Казалось, никто этого не заметил. Одно из преимуществ того, что все признают, что ты мудак.

Хотя… Нокс искоса поглядывал на него, как это делали люди, когда они вдвоём вошли в этот вагон метро.