Последний ключ (СИ) - Страница 85
Мне не нужна твоя смерть, гвардеец, мне даже не нужна твоя приязнь. Ты волен поступать как знаешь, по совести, по чести. Но мне нужна твоя добровольная служба, ибо ты - один из лучших воинов Лакита. Против тех мальчишек, что только в этом лагере научились держать в руках меч, ты - легендарный герой. А я не настолько богата, чтобы разбрасываться ходячими примерами для подражания.
- Ты понесешь наказание, Блистательный, за то, что заслужил. Но не потому, что напал на меня - в этом твоей вины нет, - Тирдал заметно дернулся, а я вдруг обнаружила, что мои слова разлетаются по воздуху в поразительной тишине. Где-то далеко щебетали птицы, фыркали лошади, разговаривали люди, но здесь, вокруг меня, было тихо. Все, затаив дыхание, ждали вердикта. И я с ужасом поняла, что не могу обвинять Блистательного на глазах у всех. Но и отпустить его без наказания тоже не могу, иначе этот помешанный на чести глупец сам себе назначит казнь, - Мы пробудем здесь несколько дней, а среди людей, преданных мне, я чувствую себя в безопасности. Каждый из вас, Блистательных, выберет себе ученика и начнет его обучать так, как готовил бы себе преемника. Если захотите двух или трех учеников - возражать не буду, - я позволила себе чуть улыбнуться, - Этого пока довольно.
- Да, госпожа, - глухо ответил Тирдал, вставая и бросая мимолетный жест остальным гвардейцам.
- Вы убедились?
Как только Блистательные отошли и я с облегчением вздохнула, за моей спиной обнаружились илар Габор и Орфик.
- Надорра..., - шумно и неискренне возмутился было старый шут, но Нор-Нуавва коротким резким жестом отверг заступничество старого шута. Илар смотрел на меня пристально и вдумчиво, то ли подбирая слова, то ли проверяя на весомость собственные мысли.
- Не нужно, - улыбнулась я, - Эта проверка нужна была не мне. Тирдалу - да, но не только. Этот колдун знал, что делать, еще до того, как я все объяснила. Так Вы убедились?
- Да, - не стал отнекиваться Габор. Прямота и честность илара мне понравились, - Я хотел, чтобы у еще одного человека не возникло даже намека на недостойную мысль. Вы позволите, Надорра? Он прибыл только что и хотел бы с Вами поговорить.
Нор-Нуавва чуть отошел в сторону и стал вполоборота. Некоторая скованность в жестах и движениях, обычно напрочь отсутствующие в поведении невысокого решительного мужчины, несколько удивила меня, похоже, человек, искавший со мной встречи, не относился к числу привилегированных, и от этого хозяин здешних мест чувствовал неловкость.
Незнакомец прибыл только, лишь немного отряхнувшись от дорожной грязи и жадно осушив кружку воды - капли воды до сих висели на кончиках его усов. Это был энергичный мужчина средних лет с фигурой крепкой, однако заметно погрузневшей, с темными, порядком поредевшими волосами, длинными усами, постриженными на северо-алаинский манер, глубокими каре-зелеными глазами с острым хитроватым взглядом. Нор-Нуавва представил его как Крифора Нор-Кобба, и мне с трудом удалось скрыть удивление.
Илары Нор-Коббы были опальными - так, по крайней мере, считали при дворе, но отец не счел нужным ни подтвердить, ни опровергнуть эти слухи. Нор-Коббам принадлежали не слишком богатые и тем более не слишком плодородные гористые земли на стыке Думхерга, Алаина, Малибор и Субейи, однако никто никогда не мог бы сказать, что Нор-Коббы бедны. Поговаривали о серебряных рудниках, разрабатываемых на севере Малибор, о наемниках, которых илар поставляет Алаину, Скальти, Бринану и даже Маэдрину, ходили слухи о разбойничьих шайках, которые с ведома Нор-Коббы промышляли на северных путях... Много что говорили. За излишнюю ли строптивость или некие провинности, но Риардон Каскор нынешнего Нор-Коббу не жаловал, а тот в отместку перестал платить налоги. Отправленные на усмирение опального илара войска вернулись побитыми - в горах хозяину не было равных, и чем бы закончилось это противостояние - неизвестно, ибо именно в это время и начал собирать под стенами Тутарлы войска Эльяс и местные распри были предусмотрительно отложены на потом. А "потом" так и не наступило.
Илар Крифор манерностью не отличался и ходить вокруг да около не стал.
- У меня нет обид на короля Риардона, Надорра, повздорили - и ладно. Но я хочу спросить Вас: способны ли Вы услышать правду или тоже будете отмахиваться от нее, как это делал Ваш отец?
Подобные заявления дружелюбным отношениям не помогают, но я постаралась взять себя в руки. Он, видите ли, обид не держит... Спокойно, только спокойно. Габор не допустил бы ко мне того, кто способен мне навредить. Значит, Крифор куда как не прост...
- А она у Вас есть, эта правда? Я ценю только полновесное золото, без примеси лжи и лукавства.
- Проверьте сами, Надорра, - тонкие губы дрогнули в легкой улыбке, а в глазах заплясали дерзкие огоньки, - мой товар наилучшего качества.
Так я и узнала, что илар Крифор еще год назад знал о планах Эльяса покорить Лакит, а что еще более важно - о том, что король ренейдов обладает оружием, с которым киттам не совладать - магией. И абсолютной уверенностью в том, что знаменитая лакитская граница ему не помеха. Вот только Надорр Нор-Коббу не поверил. Поверит ли сейчас дочь Надорра в то, что Эльяс получил еще не все, чего желал?
* * *
Нетопырь сухо излагал факты: примерно столько-то погибших во время Огненных дней - так с чьей-то легкой руки теперь называли страшное время штурма Тутарлы и сожжения Бааты, столько-то убитых позже, столько-то уничтоженных гарнизонов, столько-то убитых врагов... Как просто, оказывается, перевести чужие муки, боль и смерть в ряды равнодушных цифр! Как просто объяснить произошедшее чужим неумением, чужой нерасторопностью, чужой нелояльностью...
Я внимательно слушала Нетопыря, не позволяя неприязни взять верх. Сосредоточиться на его словах было непросто - каждый довод магистра-распорядителя мой разум встречал острым контрдоводом, каждое утверждение - яростным внутренним спором.
Он еще не предложил ничего серьезного, он пока всего лишь рассказывал то, о чем знал или думал, что знал, я уже была готова ринуться в словесный бой. Негоже для Надорры быть такой несдержанной, корила я саму себя. Негоже раскрывать карты раньше, чем то необходимо. Негоже торопить события - они и так неизбежны. Скоро их будет не остановить, они понесутся как испуганные лошади...
А Магистр-распорядитель тем временем от фактов перешел к планам. Он мог бы вообще ничего не рассказывать - никто не посмел бы испрашивать у Магистра-распорядителя отчет, но ему нужна была поддержка собравшихся, их одобрение, их верность, кошельки, наконец. Война - дело не дешевое, а Нор-Аднон деньги считать умел. Впрочем, столь приземленных вещей Нетопырь сейчас не касался - деньги куда удобнее вытрясать в частном порядке, а рассказ повел о том, как где-то в глубинах страдающего под властью врага Лакита рождаются герои: лишенные крова и дома семьи, от мал до велик взявшие в руки оружие, маленькие отрядики отчаявшихся людей, ведущих свою кровную, "малую" войну - из-за каждого куста, каждого ствола, каждой скалы ренейда встречали добротные самодельные стрелы и арбалетные болты; воинские отряды из пробившихся из окружения лакитских войск, стремительными вылазками научившиеся солидно трепать врага... Да, говорить Элевдар Нор-Аднон умел, собравшиеся слушали его, как завороженные. И лица их светлели: есть, есть еще силы, способные бороться, а значит, жив Лакит! Помочь? Да, да, несомненно! Разрозненное собрать воедино? Логичнее и быть не может! Он, Магистр-распорядитель, многое для этого предпринял... не соблаговолит ли высокое собрание одобрить назначение Верховным военным магистром илара Имана Валлика, нынешнего тибату Блистательных... Согласные кивки... бормочущее одобрение... недоуменное переглядывание...
- Не слишком ли юноша молод для Верховного военного магистра? - скрипучий старческий голос Нор-Аралика вдребезги разбил благодушное сытое внимание словам Магистра-распорядителя. Я глянула в сторону, туда, где у стены, вытянувшись в привычной стойке телохранителя, застыл Иман Валлик. И вправду, молод - тридцати не будет. Высок, худощав, глаза чуть навыкат, но сейчас они прикрыты веками, оттого цвет не определишь, волосы редкие, с большими залысинами, одно ухо порвано, превратившись в бесформенный розовый комок, черты лица какие-то смазанные, стертые, незапоминающиеся... Не потому ли я его совсем не помню? Странно ведь! Блистательные всегда окружали меня, если я кого-то не знала по имени, то уж в лицо-то помнила! А этого - нет. И как его посмели назначить тибатой в отсутствие Надорра? Чем заслужил такой чести? Для этого мало совершить нечто героическое или быть выдающимся, для этого нужно быть примером для подражания, ходячей легендой, если уж на то пошло. Таким героем был и остается для меня Дамьер Камень. А Иман Валлик... Что ж, про перемены среди Блистательных я слышала, но не думала, что они столь основательны. И удручающи.