Попутчики (СИ) - Страница 19

Тони и Фрэнки мгновенно отмерли, будто выведенные из транса легким щелчком гипнотизера. Тихо завывая, они вцепились в своего, напоминающего манекен, предводителя и быстро потащили его к пикапу, опасливо оборачиваясь на задумчиво смотрящего им вслед ирландца.

Глубоко вздохнув, Эйдан наклонился к тяжело дышащему Дину и дотронулся до его плеча.

— Как ты?

Дин шарахнулся в сторону.

— Пожалуйста, не прикасайся ко мне…

Комментарий к 6. НАГИ ТАНКА ХЭН

НАГИ ТАНКА ХЭН, ИА – ИТХАКВА - великий дух тьмы, пожирающий людей - Итхаква (инд. язык племени сиу)

ВЭЙСТ - согласие; ТЭТИТОБ - слияние четырех основных божеств (солнца, скал, земли и неба) в одном; четыре ветра четырех сторон света (инд. язык племени сиу), в данном контексте подразумевается обращение к амулету, символизирующему ромбом эти самые стихии

========== 7. Незапланированная ночевка ==========

Эйдан проигнорировал просьбу попутчика не прикасаться, присев на корточки и осторожно развернув к себе его лицо.

— Твою мать, — он шумно выдохнул. — Нужно вернуться в номер и обработать твои раны. У меня в рюкзаке есть аптечка. Давай, Дино, цепляйся за меня, слышишь? — Дин молчал, плотно закрыв глаза и вздрагивая от его прикосновений. — Черт, они могли убить тебя… — ирландец откинул слипшиеся пряди с лица молодого человека и закусил губу. Угоди бита чуть выше и левее — вполне вероятно, что он держал бы сейчас на руках бездыханное тело.

— Они? — усмехнулся Дин и покачал головой. — Нет, мне кажется, что не только они.

Эйдан взял его за плечи.

— Пожалуйста, открой глаза. Все закончилось, Дино. Можешь посмотреть на меня. Тебе ничто не угрожает — оно ушло. Да и в любом случае, тебя бы это не тронуло.

— Да неужели?.. — новозеландец осторожно приподнял ресницы и, встретившись с теплым взглядом, сглотнул. — Что это было, Эйд?.. — прошептал он. — Что за херня сейчас тут произошла? Что ты сделал с ним?..

Эйдан отвел глаза и тяжело вздохнул.

— Я надеялся, что тебе не придется с этим столкнуться, — устало произнес он.

— Но я столкнулся, и теперь хочу знать, что это было. И, каких еще сюрпризов мне стоит ждать от тебя? — не скрывая растущего раздражения, тихо спросил Дин. — Снега из задницы? Или того, что оставшись, я не проснусь завтра утром, превратившись в глыбу льда?..

— Я никогда не причиню тебе вреда, Дино… — выдавил Эйдан, прекрасно понимая, что для попутчика его слова, мягко говоря, звучат неубедительно, и привел последний аргумент, — Для того, чтобы это произошло, мне нужно разозлиться на тебя, очень сильно разозлиться. Но я не собираюсь этого делать…

Дин фыркнул и медленно поднялся, отказавшись от помощи ирландца, решительно отведя его руки. Забрав с капота машины уцелевший фотоаппарат, он захромал к номеру.

Дин закрыл дверь и привалился к ней спиной. Первый сильный испуг прошел, уступив место досаде и неопределенному страху, которые принялись тихонько точить когти в его сердце, причиняя довольно ощутимую боль.

— Твою мать… ну, что за херня?.. Почему мне везет, как утопленнику? — он вздохнул и подошел к зеркалу, вделанному в дверцу небольшого шкафа. — Ч-черт… еще и по морде получил ни за что.

Изучив свое потрепанное отражение, он перевел взгляд на разбросанные по полу вещи и подобрал коробочку с красным крестом. Открыв ее, О’Горман поковырялся в ее содержимом и снова тяжело вздохнул.

Эйдан не стал заходить в домик, решив предоставить Дину возможность хоть немного прийти в себя. Потоптавшись на крыльце, он присел на ступеньки и закурил.

Шрам продолжал слабо пульсировать, разгоняя по груди постепенно затухающие холодные волны, в то же время ромб, прикрывающий его, обжигал кожу раскалившимся металлом, не оставляя на ней и следа. Так бывало каждый раз, когда разъяренный дух, заключенный в его теле, добирался до жертвы, а потом снова загонялся неизвестной силой в свою темницу. Парень тихо застонал от отчаяния — он не более, чем оболочка, вместилище, которое не имеет возможности противостоять ни одной из этих сил.

— Он уйдет. Теперь точно уйдет, — пробормотал ирландец, морщась от очередной ледяной волны, выдыхая дым и плотно смыкая глаза, чтобы их перестало щипать от навернувшихся слез.

Осознание того, что ему вновь предстоит остаться одному, отозвалось пронзительным уколом в груди, но в этот раз шрам был ни при чем. Он опустил голову на руки и обреченно вздохнул.

— Поможешь?..

Эйдан встрепенулся. Его попутчик стоял в дверях, прислонившись к косяку и вертя в руках аптечку.

— Как-то не доводилось драться последние лет пятнадцать, поэтому я плохо представляю, как правильно обрабатывать раны … и вообще, по правде сказать, не особо разбираюсь в лекарствах. Только в некоторых, — Дин грустно усмехнулся, — но, к счастью, они не по этому случаю…

— Конечно… — парень быстро вытер глаза и вскочил на ноги. — Конечно, Дино. Там перекись должна быть и пластырь. Сейчас все сделаем.

Новозеландец сдержанно кивнул и скрылся в номере.

Тернер бережно стер мокрым полотенцем с лица Дина подсохшую кровь и осмотрел ранку.

— Не очень глубокое рассечение, тебе повезло, — прокомментировал он, осторожно поворачивая послушно подставленное лицо и рассматривая разбитую губу попутчика. — Зубы не шатаются?

Дин провел языком по нижним зубам и отрицательно покачал головой.

— Это радует, — кивнул парень и вновь перевел взгляд на рассеченную бровь. — Веко припухло, но пока не очень заметно. Может и не раздуется. Жаль, у меня нет специального клея, стягивающего раны. С ним не пришлось бы лепить пластырь. Хотя этот клей можно купить в любой аптеке в ближайшем городке. Мы можем вернуться назад и заехать в Ларедо… — Эйдан осекся, вспомнив, что они лишились машины.

— Мы можем только дойти до Ларедо. Вряд ли нас кто-нибудь теперь подберет, с моей-то рожей, — хмыкнул Дин и поднял на него глаза.

— Ты… — парень тяжело сглотнул, с трудом веря услышанному, — ты останешься со мной?..

Новозеландец с минуту молчал, сверля его насмешливым взглядом.

— Ты сказал, что это случается, когда ты злишься? — ирландец кивнул и Дин усмехнулся. — Отлично. Тогда ответь мне честно и откровенно: ты не разозлишься на меня, если я решу уйти? Ведь ты уверен в том, что я тебе нужен для того, чтобы избавиться от проклятия. Так что же? Отпустишь меня, Эйд?

Тернер открыл рот, собираясь сказать «да», но отвел взгляд и покачал головой. Обманывать не было никакого смысла. Он не хотел и не мог его отпустить. Как и резервация Блэкфит — Дин тоже был его последней надеждой. Без него ничего не получится, Эйдан был в этом уверен.

— Вот видишь. У меня нет выбора, Эйд. Если я не хочу встретиться снова с этим — а я не хочу, уж поверь — мне придется остаться. Такой вот забавный парадокс. Можешь радоваться, отныне я твой пленник, приятель, — с нескрываемым сарказмом подытожил новозеландец.

— Я не хочу, чтобы ты так думал, — прошептал парень, понимая, что Дин недалеко ушел от истины. — Нам ведь было хорошо прошлой ночью. Мы могли бы считать, что…

Он замолчал и опустил голову.

— Круто. Блестящая идея. Несомненно, мне так будет гораздо проще — представлять, что мы любовники, — холодным тоном согласился попутчик и отвернулся.

Да, ночью было хорошо. Настолько хорошо, что в нем проснулось желание растянуть путешествие в Глэйшер как можно дольше. Например, вместо одного, ну, максимум полутора дней, если учесть то, что им снова пришлось бы где-нибудь заночевать, они могли бы потратить на это дня два. Они бы совсем не торопились, преодолевая оставшиеся до цели четыреста миль, делая по пути продолжительные стоянки в мотелях и трахаясь до бессознательного состояния. Дин взглянул на ирландца и дернул уголком губ.

«О, нет — не „трахаясь“, не вешай сам себе лапшу на уши, — подумал он, — после того, как ты решил проявить о нем заботу, это перестало быть для тебя тупым трахом. Твою мать, для тебя это занятия любовью. Уж кому, как не мне это знать. Ты попал, Дино. Ты в полной жопе. И нехрен убеждать себя в том, что твоя забота — это проявление благодарности. Ты элементарно запал на этого парня, причем сразу, как увидел. Ты прекрасно это понимаешь. Но теперь… блять, теперь мне реально страшно. Очень страшно».