Попробуй еще раз (СИ) - Страница 30

После оказания Гарри первой помощи, всех очевидцев забрали в Аврорат для снятия показаний. Гарри, как на духу, рассказал всю историю, которую полностью подтвердил младший Уизли. Если бы все это произошло без свидетелей, то может слизеринцу Поттеру и не поверили бы, но не верить Уизли и еще куче младшекурсников причин не было. Северус сопровождал своего ученика, не оставляя его ни на минуту. Даже если кто-то и был недоволен, то заглянув в глаза мрачному декану Слизерина, сразу умолкали. Такая злая темнота в них плескалась, что даже закаленные боями авроры отворачивались. После всех допросов пришел Министр Магии с пафосными речами и поздравлениями. Авроры попытались было прижать Снейпа, но были неприятно удивлены отсутствием метки на предплечье, хотя Дамблдор утверждал, что она была. Да и сами они помнили ее по прошлому задержанию. Когда были использованы все отменяющие чары для того, чтобы снять иллюзию с руки, от него наконец-то отстали, признав его заслуги. Фадж жал руки Гарри и Северусу, обещая закатить пир на весь магический мир и осчастливить героев орденами. Дамблдор, прибывший следом за своими подопечными и Снейпом, также принимал поздравления с тем, что в стенах его школы вырос национальный герой. Почему-то все резко подзабыли, что и Реддл учился в Хогвартсе. Директор делал хорошую мину при плохой игре и как мог, примазывался к героям, чтобы успеть урвать и свой кусочек пирога.

- Северус, как я устал, – стонал Гарри, растянувшись на диване.

- С чего бы это? – ухмылялся Снейп из кресла, где удобно устроился с бокалом коньяка.

- Я бы лучше с настоящим Волдемортом сошелся в дуэли, чем еще хотя бы пять минут слушал этих министерских подхалимов, – ответил Гарри, – а давай попросим у домовиков чаю с чем-нибудь сладким, а?

Гарри и правда заслужил сегодня не только сладкого, а всего, чего пожелает, поэтому Северус щелчком пальцев вызвал домовика и попросил накрыть им стол. Поттер вел себя сегодня безукоризненно, сначала во время «боя», потом в министерстве. Все-таки он еще очень юн и ему было сложно на допросе в Аврорате, ведь он предъявил им свою палочку для проверки. Слава Слизерину за Тайную комнату, которую не могли найти тысячу лет и которую Салазар защитил так, что в ней не то что непростительные можно отрабатывать, а небольшой Армагеддон можно спрятать от всевидящего ока министерства. Так что при проверке палочки, принадлежащей волшебнику Гарри Поттеру, было выявлено, что он пользовался не только боевыми и щитовыми заклинаниями, но и Авадой Кедаврой не побрезговал.

- Мистер Поттер, как вы могли воспользоваться непростительным заклинанием? – со странно бледным видом спрашивал Кингсли. Бледность придавала его шоколадному лицу необычный синюшный оттенок, и он становился похожим на баклажан.

- Вы, видимо, считаете, что я его должен был победить щекочущими чарами или ватноножным проклятием? – парировал разозленный донельзя Гарри. – Или он должен был умереть от проповеди про всеобщее благо? Убил я его точно не Авадой, так что не понимаю суть ваших претензий.

- Нет, но…

- Вы меня, конечно, извините, мистер Шеклболт, но рассуждать, сидя в кабинете, все горазды. Встали бы на мое место и сделали бы все, как надо, – оборвал его Гарри и покинул кабинет.

Он решил найти министра и решить все вопросы на месте. Министр нашелся сам. Он шагал во главе процессии, в которую, кроме его аппарата, были приглашены и некоторые журналисты. На переднем плане маячила незабвенная Рита Скитер. Гарри решил, что в этот раз он просто обязан использовать ее в своих целях. Поттер дал пресс-конференцию, которую пытался было остановить министр, но журналисты стали задавать ему такие неудобные вопросы, что тот поспешно ретировался. Гарри, как честный мальчик, с наивными глазами признался, что очень испугался нападения и, пытаясь защитить не только себя, но и остальных школьников, убил Темного Лорда. Журналисты остались довольны его откровенностью и не стали ранить детскую психику неудобными вопросами, довольствуясь рассказом «очаровательно-наивного молодого волшебника».

Потом его допрашивали невыразимцы. Они быстро выявили, что Волдеморт скончался от неизвестного фактора. Гарри сказал, что с испугу перепутал заклинания, и сам не знает, что у него в итоге вышло. Просто в Волдеморта попал яркий белый луч, и он умер. Лучшие аналитики так и не смогли определить, что же за проклятье вылетело из палочки последним. Гарри про себя радовался, что несовершеннолетнего школьника никто не заподозрил в преднамеренном вранье, а веритасерум к нему применять нельзя, как и легиллименцию. На этом от него и отстали, в душе радуясь, что избавились от такой головной боли.

Затем был импровизированный фуршет, который министр на радостях тут-же организовал. А завтра грянет новость уже на всю Британию, и у Гарри вообще не останется мало-мальского личного пространства. Всенародная любовь – страшная вещь. А еще ученики, которые, что тот флюгер, куда ветер дует, туда и они. Еще пару дней назад едва проклятия в спину не посылали, а завтра…

Вот наконец-то и закончился этот суматошный день. Гарри уже привычно устроился на плече у Северуса. Они продолжали спать в одной постели, хотя Снейп и пресекал все поползновения со стороны Поттера. Он, конечно, не хотел отпускать его от себя и ему нравилось спать, уткнувшись носом в макушку и вдыхая ставший родным запах, но переходить грань не спешил. Северус впервые в жизни чувствовал, что теперь все точно будет хорошо.

Гарри шел на завтрак, как на казнь. Блейз и Драко притихли, понимая, что Гарри не большой любитель всеобщего внимания, и ему сложно выйти сейчас под прицелы взглядов в большом зале. Рон с гордым видом шагал за своим хозяином. Он-таки оказался рядом с избранным и гордился его победой, как своей собственной. Гарри, опустив голову и стараясь быть как можно более незаметным, пробирался к своему месту за столом. Первые слухи по школе пошли еще вчера, все же свидетелей эпической битвы было немало, а молчать о своем, хоть и косвенном, участии студенты не стали. Поэтому Гарри встретили громом аплодисментов, которые раздавались со всех столов и эхом отражались от стен и потолка. Дамблдор со сладкой улыбочкой встал, призывая к тишине. Когда хлопки затихли, он начал свою речь.

- Дорогие ученики! У всех нас сегодня великий праздник, день, когда магический мир избавился от тирана и убийцы – Волдеморта. Этим мы все обязаны нашему герою – мистеру Гарри Поттеру! Он, проявив чудеса храбрости и самообладания, в одиночку победил темного волшебника. Мы навсегда должны запомнить этот день и это имя – Гарри Поттер. Давайте все поблагодарим его за наше светлое будущее!!!

Грянули аплодисменты, ученики кричали, свистели и скандировали имя победителя. Гарри с пунцовым то ли от смущения, то ли от злости лицом кивал и махал всем рукой, молясь про себя Мерлину, Моргане и всем волшебным богам и боженятам, чтобы эта всеобщая истерия наконец-то закончилась. Видимо кто-то все же его услышал, потому что Дамблдор поднял руки, утихомиривая разошедшихся подростков.

- А теперь я хочу сказать – да будет пир!!!

На столах, вместо обычного для Хогвартса завтрака, появились всевозможные вкусности. Различные пирожные, запеканки, пироги и даже разные соки, а не опостылевший всем тыквенный. Так как было воскресенье, то на учебу никто не спешил и все наслаждались неожиданным праздником. Время от времени к Гарри подходили группки студентов, чтобы выразить благодарность, вгоняя его в краску. Он же точно знал, как все было и от кого он «избавил» волшебный мир. Поттер, как только заметил, что Снейп покинул Большой зал, направился вслед за ним, но был остановлен директором, пригласившим его на разговор. Единственное, чем Гарри был доволен, так это полным отсутствием людей в директорском кабинете, ну, за исключением самого Дамблдора.

- Гарри, я же могу тебя так называть? – со сладкой улыбочкой начал директор.

- Можете, профессор.