Помолодевший мастер войны 3 (СИ) - Страница 23

— Предполагаете?! Мне мало одних лишь предположений!

— Соглашайтесь, Ваша Светлость, — посоветовал полковник. — Этот меч уничтожает синюю гадость. Барон не стал бы предлагать вам такое, не будь шанса излечить болезнь.

— Ладно… ладно… — неуверенно сказал князь и сглотнул. Его голова слегка покачивалась вверх-вниз. Он настраивался на предстоящее лечение. — Я готов.

Князь снял пиджак и закатал рукав своей белой рубашки. Он выставил руку вперед и отвернул голову, не желая смотреть на процесс.

Зеуда Ханьяо воспылал пламенем, используя последнюю накопленную энергию солнца. Я стал медленно подносить меч к руке князя.

Синие вены расширились и бурно задвигались. Князя сжал зубы и сквозь них обильно вдыхал воздух. Он явно чувствовал боль.

Я уже думал, что затея не выйдет, но природная энергия меча всё же сделал своё дело. Синий цвет стал уходить, и вместе с тем появилась тонкая оболочка фантома на руке князя. Враждебная энергия выходила наружу и сразу же сгорала.

— Барон?... — взмолился князя, — У вас выходит?

— Всё уже закончено, Ваша Светлость.

Я убрал пламя и вернул меч в ножны. Пахло палёными волосами, но зато синяя болезнь отступила.

Мещеряков осторожно ощупывал и осматривал свою руку. Сначала на его лице было легкое недоумение, но потом пришла огромная радость.

— Получилось! Барон, у вас получилось! Руку немного обожгло, но главное, что ушла эта болезнь! Я ваш должник, барон! Правда, из-за того, что вы меня оставили одного в саду, я уже вам не так сильно благодарен! Мой финансист привезет вам сто тысяч рублей в качестве благодарности.

Как я успел заметить, князь Мещеряков любил всё измерять деньгами. Даже благодарность. Разумеется, мне бы хотелось голос князя в моём становлении графом, но я почти уверен, что он откажет. Мещеряков запросит гораздо больше, чем я уже для него сделал.

Сзади к нам подошла княгиня Извольская.

— Я успела услышать что-то про благодарность. Князь, за что вы благодарите барона?

— Неважно, — раздраженно ответил Мещеряков. — Я хочу смочить горло, а после как можно быстрее уехать из проклятой Москвы.

— Это ещё почему наша Москва проклята? Мне здесь нравится гораздо больше, чем в Невском.

— У вас плохие вкусы, княгиня, — Мещеряков отмахнулся и торопливо пошёл в главный зал, энергично размахивая руками.

— Грубиян, — покачала головой княгиня Извольская. — Барон, вы оказали огромную помощь в защите моего поместье и спасли этот вечер. В качестве своей благодарности я хочу предложить вам кое-что куда более ценное, чем жалкие сто тысяч рублей.

Я и мои спутники начали недоумённо откашливаться. Я в принципе не считал деньги жалкими, а особенно такую сумму, как сто тысяч рублей. И отказываться от них я не собирался. Тем более, раз уж меня теперь запомнили в Москве, есть смысл купить здесь хотя бы квартиру и машину. Так что деньги не помешают.

Полковник Дроздов откашливался с таким возмущением, что ему, похоже, стало плохо. Он покраснел и начал сипеть. Капитан Дмитрий Караж от души постучал его по спине ладонью.

— Идёмте за мной, барон, — княгиня повела меня за собой, взяв меня за руку.

Я пошёл вместе с ней, оставив спутников. Долго идти не пришлось, уже за поворотом княгиня показала на дверь и вошла первой. Внутри она хлопнула в ладоши, и усатый слуга с толстыми розовыми щёчками включил свет.

Кабинет казался скромным на фоне остального поместья. Только массивный ореховый стол и стул говорили о вкусе и богатстве владельца. На стенах простые обои, диванчик у стены похож на те, что стоят в конторах. Книжные шкафы без всяких украшений, но сами книги выглядят дорогими. В углу стояла небольшая печь с белой керамической плиткой.

— Это кабинет моего покойного мужа, — сказала княгине и дала знак слуге.

Слуга снял портрет военного в роскошном мундире с кучей орденов. Лицо на портрете выделялось огромным носом и кустистыми старомодными бакенбардами.

— А это князь Извольский, — княгиня достала розовый веер с японскими иероглифами и обмахнула себе лицо. — Генерал, но в свободное от армии время он занимался путешествиями по неизведанным местам.

— Любитель природы? — спросил я.

— Нет, он её ненавидел, — княгине улыбнулась. — Его интересовали древности. Руины, старые легенды, магические артефакты.

В стену за портретом был вмонтирован стальной блестящий сейф с круглым замком. Княгиня взялась за него и начала проворачивать, вводя комбинацию цифр. Замок мягко щёлкал. Наконец, внутри него что-то щёлкнуло громче и дверца открылась.

— Однажды, много лет назад, он с двумя друзьями посетил один храм в Тибете, высоко в горах. Храм был заброшен, но они нашли там это…

Она положила на стол камень жёлто-зелёного цвета размером не больше ладони. Похож на нефрит, но это точно не он. Я подошёл ближе и присмотрелся. Странно, что он пахнет ещё незаваренными листочками чая Би Ло Лунь. Очень приятный аромат.

Это осколок от чего-то круглого, можно понять по форме, не больше тарелки. Возможно, это какая-то печать или медаль, но с большим отверстием внутри. Я взял это в руки. Камень тёплый и очень гладкий. На поверхности выбиты иероглифы, но они были настолько старыми и так стёрлись, что их невозможно прочитать.

Княгиня достала из сейфа старый лист бумаги и положила на стул. Вижу, князь нарисовал ещё два таких куска. Вместе они должны были сложиться воедино, но даже на рисунке круг с отверстием в центре был разделён.

Хм… быть может, он не хотел соединять это даже на бумаге?

— Он никогда не говорил, что это, — сказала она. — Но когда рядом с этим камнем есть магические артефакты, то… смотрите сами, барон.

Княгине потянула серебряную цепочку у себя на шее. На ней висел гладкий деревянный кулон, возможно из берёзы. Стандартный артефакт без особых возможностей, но с ним что-то было не так.

— Сможете его взять нитью чудины? — спросила она, глядя мне в глаза. — Если вы это сделаете, то нить станет хорошо видимой даже обычному человеку. Этот артефакт обычно держат в ладони и подсвечивают им нити. Попробуйте, барон.

Я вытянул руку и протянул Ци-нить к артефакту, но она осталась такой же, как и была. Артефакт не работал, как должен. Будто это обычный кусок дерева. Я убрал Ци-нить и опустил руку.

— Этот камень ломает свойства артефактов? — догадался я.

— Да, но иногда он усиливает. И мы так и не поняли, как это работает. Министерство контроля предлагало моему мужу за него больше деньги, два миллиона, но он отказался. А потом умер. И вот, — княгиня торжественно посмотрела на меня. — Раз вы спасли меня от нападения, и раз вы такой специалист по артефактам, дарю его вам. И не просто дарю, а выражаю вам свою искреннюю благодарность. В знак нашей дружбы двери моего дома всегда открыты для вас. А если вам понадобится помощь, не стесняйтесь ко мне обратиться. Великий Дом Извольских всё ещё достаточно силён.

Произнеся эту речь, княгиня выдохнула с облегчением.

— Это я вам благодарен, — я достал из кармана белый шёлковый платок и обернул обломок камня вокруг него. — И значит, ваш покойный муж и его друзья нашли это в храме. Можете рассказать подробности?

— Больше не знаю ничего, — княгиня развела руками.

А ведь она не просто так отдала мне такую ценность. Она хочет обезопасить себя от других нападений, особенно от таких стремительных и опасных. И делает правильно, ведь я смогу сдержать удар. И мне будет проще, когда они придут ко мне, не придётся искать их самому.

— А кто были друзья вашего мужа?

— Одного я не знаю, Алексей нас не представил нас перед той поездкой, а потом они поругались и больше не общались. Второй — князь Аристарх Гагарин. Мой муж и Аристарх Петрович знали друг друга с детства. Дочка Аристарха сегодня была на моём балу.

Отец Анны Гагариной друг покойного мужа княгини Извольской. Думаю, мне придётся совершить ещё один визит в дом Гагариных. Впрочем, вряд ли с этим будут сложности. Ведь я же тогда помог ему с портом.