Полуночный Сокол - Страница 2

Паракс проснулся и закричал. Он чувствовал, как неистово бьется сердце, стал вглядываться в лес, но не увидел ни женщины, ни черного ворона. Тут он почувствовал запах жареного мяса и решил, что все еще спит. Повернув голову, Паракс увидел юношу, который, присев на корточки, держал над огнем сковороду на длинной ручке. Юноша взглянул на Паракса и усмехнулся.

– Тебе просто приснился плохой сон, старик, – сказал он дружелюбно.

Темнело, подул холодный ветер. Паракс сел поближе к огню и поплотнее закутал зеленым плащом худые плечи. Он посмотрел на юношу. Безусый, с длинными светлыми волосами, собранными на затылке; тонкий бакенбард в стиле Морских Волков украшал правый висок. Одет в бледно-зеленую охотничью рубашку, коричневую кожаную куртку без рукавов, узкие штаны из оленьей кожи и ботфорты. Парень был без меча, но переворачивал куски мяса блестящим охотничьим ножом.

– Ты – Бэйн, Волчья Голова, – сказал Паракс.

– А ты Паракс, королевский ловчий.

– Да, и горжусь этим.

Бэйн рассмеялся:

– Говорят, ты величайший следопыт всех времен и народов.

– Да, так говорят, – согласился старик.

– Уже нет, Паракс, – ответил юноша, печально улыбаясь. – Я следил за тобой, за последние два дня ты трижды пересек мой след. В третий раз я оставил четкий отпечаток, а ты проехал мимо.

Паракс придвинулся ближе. Теперь он мог разглядеть странные глаза Бэйна, один изумрудно-зеленый, другой – золотисто-карий. «Прямо как у отца, – подумал Паракс, – как у короля». Бэйн казался старше своих семнадцати лет, тверже, опытнее, чем ему следовало быть.

– Ты убьешь меня? – спросил Паракс.

– А ты этого хочешь?

– История повторяется, – отозвался Паракс. – Когда я впервые встретил твоего отца, ему было примерно столько же лет, сколько сейчас тебе. Он тоже пришел, чтобы убить меня. С группой пердийских солдат мы выслеживали его несколько дней, но он был очень умен и смог убить семерых. Он очень старался сбить меня со следа и был очень опытным для такого юного возраста. Я шел по следу через скалы и реки, а однажды ему почти удалось обмануть меня. Следы обрывались у раскидистого дуба. Оказалось, что он забрался на дерево и по ветвям перелез на соседнее. Но тогда я еще не был старым и никчемным и поймал его.

– Но почему же он тебя не убил?

Паракс пожал плечами:

– Не знал тогда, не знаю и теперь. Мы вместе перекусили, и он уехал в армию Камня. Когда мы встретились в следующий раз, он убил короля Пердии. Меня, связанного по рукам и ногам, готовили к отправке в рабские копи. Коннавар узнал меня и освободил. И вот теперь я встретил его сына. Так ты убьешь меня?

– Я ничего не имею против тебя, старик, – проговорил Бэйн, – мне незачем убивать тебя.

– Тогда угости меня мясом, – сказал Паракс, – а то я могу умереть от голода.

– Конечно, ведь мясо твое.

Бэйн подцепил кусок мяса ножом и передал сковороду Параксу. Они ели молча. Мясо было вкусным, но слегка солоноватым, и Параксу пришлось еще раз сходить к ручью.

– Как тебе удалось ускользнуть от охотников? – спросил он Бэйна, возвращаясь к огню.

– Это было несложно – они не слишком старались меня найти. Большинство из них женаты, и им не хочется, чтобы их молодые жены овдовели.

– Наглец, – с одобрением заметил Паракс.

– Совершенно верно. Но я отлично владею ножом и мечом и уже участвовал в битвах. Я дважды сражался против Пиратов и трижды против изгнанников-норвинов. – Бэйн похлопал по массивной золотой пряжке на левом запястье. – Дядя Браэфар лично наградил меня за отвагу. Награду должен был вручить король, но ему, наверное, было неловко.

Паракс почувствовал нарастающий гнев в голосе юноши и поспешил сменить тему:

– Так зачем ты позволил мне найти тебя?

Бэйн рассмеялся:

– Ты не нашел меня, Паракс. Я сам нашел тебя, потому что пожалел. Должно быть, страшно, когда тебя покидают силы.

– Страшно, но сомневаюсь, что ты проживешь достаточно долго, чтобы это понять. Так к чему наша встреча?

Бэйн ответил не сразу. Он отнес сковороду к ручью, сполоснул, вытер о траву и положил в мешок Паракса. Затем растянулся у огня и сказал:

– Мне стало любопытно. Я знал, что за мной охотятся люди дяди Браэфара, но не понял, зачем выслали королевского ловчего. В самом деле, почему ты не выехал вместе с остальными?

– Король не хочет, чтобы тебя убили.

Бэйн презрительно рассмеялся:

– Это правда? Мой отец не хочет, чтобы меня убили! Как трогательно! За всю жизнь он поговорил со мной только раз – когда я выиграл марафон Бэлтайна, он вручил мне приз и сказал: «Хорошо!» За семнадцать лет это единственное, что я услышал от отца. И теперь я должен верить, что его беспокоит моя судьба?

– Не мне судить о том, что беспокоит короля. Он просил найти тебя и передать кошелек с золотом.

– Кошелек с золотом? Как мило с его стороны!

Бэйн сплюнул в огонь.

– Он хороший человек, – мягко заметил Паракс.

– Осторожнее, – предупредил Бэйн, – не в моих привычках прощать всех и вся. За последние пять дней я убил двоих, но третий не ляжет тяжким бременем на мою совесть.

– Насколько я понял, эти двое с пренебрежением говорили о твоей покойной матери и устроили засаду после того, как ты набросился на них с кулаками. Любой суд оправдает тебя.

– А кошелек с золотом поможет мне на суде?

– Нет, – признал Паракс, – но он поможет тебе, когда ты покинешь земли ригантов. Те двое были родственниками генерала Фиаллаха, и он жизнью поклялся убить тебя. Король не хочет, чтобы кто-нибудь из вас пострадал.

Бэйн весело рассмеялся:

– Он не хочет увидеть дядю Фиаллаха мертвым, – ты это имеешь в виду?

– Король имел в виду только то, что сказал, – отрезал Паракс.

– Мне нравится твоя преданность, – сказал Бэйн, – я такую не встречал ни разу, и она мне нравится. Поэтому я оставлю тебя в живых и возьму кошелек с золотом. – Голос Бэйна стал жестким, и в нем послышалась холодная ярость. – Но скорее всего я никуда не уеду, останусь, брошу вызов Фиаллаху и постараюсь перерезать ему горло прямо на глазах короля.

С минуту Паракс молчал.

– Я не часто встречал в людях столько злости, – проговорил он, – это огорчает меня, Бэйн. Фиаллах упрям, к тому же он прекрасный воин. Но самое главное – он женат на сестре твоей матери. Думаешь, ее дух возликует, увидев, что отец ее племянников убит ее собственным сыном?

– Да, она не обрадуется, – согласился Бэйн, и гнев его угас.

Паракс увидел, что глаза юноши погрустнели, и как только исчезла злоба, Бэйн показался ему намного моложе.

– Я сохраню ему жизнь, – решил Бэйн. – Ты знал мою мать?

– Нет, но я слышал о ней.

– Что это еще значит? – с холодной подозрительностью спросил Бэйн.

– Только то, что я знаю ту историю, парень. Твоя мать была первой любовью Коннавара, но вышла за другого, когда все думали, что Коннавар умирает. Ее брак не был счастливым.

– Отбрось ложную деликатность, старый ублюдок! Ее брак был несчастным, потому что Коннавар изнасиловал ее и зачал меня. А потом он бросил ее в позоре и унижении, он даже ни разу не заговорил с ней с тех пор. Ее жизнь была разрушена, и она умерла сломленной и печальной. Давай же признаем правду!

– Это и отдаленно не напоминает правду, но не мне судить. Я хочу знать только одно, твоя мать хоть раз говорила, что Коннавар взял ее силой?

– Ей и не нужно было говорить об этом.

Паракс вздохнул:

– Кажется, люди всегда верят тому, во что хотят верить. Нет смысла спорить. Мне пора.

Он подошел к своему пони, достал из переметной сумки кошелек с золотом и бросил юноше.

Бэйн рассмеялся:

– Теперь можешь ехать к королю и доложить, что его старый ловчий в наилучшей форме – только он и смог выследить Волчью Голову.

– Я скажу ему правду и больше никогда не буду охотиться.

– Если ты собираешься сказать ему правду, – тихо ответил Бэйн, – то скажи, что я ненавидел его всю жизнь и когда-нибудь отрежу его мерзкую голову за то, что он сделал с моей матерью.