Полуночный Сокол - Страница 17

– Невероятно! – сказал Бэйн.

Он вышел из комнаты и услышал, как хлопнула дверь в комнате Лии. Заглянул к Бануину – тот крепко и спокойно спал – и ушел к себе.

Ложась спать, Бэйн поймал себя на том, что опять думает о Лии. Когда он впервые увидел ее у реки, она показалась ему хорошенькой, но не более того. Уже потом, гуляя с девушкой в саду, он заметил, как она наклоняет голову, когда смеется, как красивы ее хрупкая шея и полные губы. А когда они сидели рядом под полотняным навесом повозки, он почувствовал аромат ее волос.

«У тебя слишком долго не было женщины», – сказал себе Бэйн. Он заснул, думая о том, как будет гулять с темноволосой девушкой по Друагским горам, когда утреннее солнце озаряет вершины, а у Древа Желаний клубится туман.

Начальник караула Оранус устал, от выпитого кувшина дешевого красного вина гудела голова. Обычно по будням в Ассии спокойно, вот он и принес вино в небольшой кабинет напротив камер в надежде, что это поможет ему хорошо выспаться. Но сейчас настроение у него было отвратительное и болел живот.

Оранус злобно взглянул на людей, столпившихся вокруг его стола. Они говорили все одновременно, и нестройный хор их голосов усиливал пульсирующую головную боль. Женщину он отлично знал, это шлюха, промышлявшая у восточных доков, а стоящий за ней мужчина, выставивший напоказ разбитый нос и заплывший глаз, Нестар, ее сутенер. Именно ему принадлежала печально известная таверна на берегу. Не проходило и дня, чтобы в ней не ограбили, не обманули или не избили посетителя. Капитан давно мечтал прикрыть таверну, но у сутенера были высокопоставленные друзья, например торговец Макриос или советник Банион. Оранусу было сорок четыре, всего восемь месяцев оставалось до пенсии и получения бесплатного земельного участка, и капитану не хотелось навлекать на себя гнев сильных мира сего.

Оранус протер глаза и взглянул на стоящего у двери юнца. Этого он не знал. Лицо юноши покрыто капельками крови, весь лоб в мелких занозах. Оранус заметил, что он практически не пострадал, и от этого на миг стихла ужасная боль. Но только на миг.

Все утро прошло без происшествий, а потом привели этого дикаря. Оранус еще раз взглянул на закованного в кандалы юношу, который, нахохлившись, сидел в камере. Молодой и сильный, с длинными светлыми волосами и тонкой бакенбардой у виска. Одет он был как все, но Оранус чувствовал, что это не цениец. Что-то неуловимое подсказывало, что этот юноша никогда не жил под игом Камня. «Наверное, норвин или ригант», – подумал Оранус. Он налил себе воды, залпом осушил чашку и снова взглянул на шумящую компанию.

– Тихо! – проревел он, чувствуя, как по вискам стучат огненные молоточки. Он ткнул пальцем в рыжую шлюху. – Рокси, рассказывай первая. Всем остальным молчать!

– Этот ублюдок напал на меня, сэр, и украл все сбережения. Он ворвался ко мне, когда я была с дружком, и вышвырнул его из окна.

– Это я, сэр, – выступил вперед юнец с занозами на лице, – когда ворвался этот дикарь, мы просто разговаривали. Я попытался протестовать, но он схватил меня и вышвырнул в окно. К счастью, под окном стояла повозка с навесом, который смягчил удар.

Юнец вздохнул.

– Но ведь чужеземец не знал, что под окном повозка с навесом, – пожаловался он, – к счастью, материал оказался прочным. Отличное качество, навес даже не порвался.

– Мне нет никакого дела до вашего навеса, – проговорил Оранус, подаваясь вперед и потирая переносицу. – Ты знаешь этого чужеземца? – спросил он у шлюхи.

– Он был у меня на днях, – ответила она жеманно.

– Тогда она и украла у меня кошелек с золотом, – вставил дикарь на сносном тургонском.

– Наглая ложь! – гневно вскричала Рокси. – Почему вы позволяете ему клеветать на честную женщину в доме, где вершится правосудие?!

Она сладко улыбнулась Оранусу:

– Я знаю чудесное средство от головной боли, сэр.

– Ну конечно! – рявкнул Оранус. – Мало мне головной боли, не хватало подцепить что-нибудь еще. А ты. – Оранус ткнул пальцем в сутенера Нестара, коренастого мужчину с черными засаленными волосами. У него распух нос и сильно заплыл правый глаз. – Как ты ввязался в эту историю?

– Я был внизу, когда услышал, как кричит Рокси. Я взял дубинку и поднялся наверх, этот парень выскочил прямо мне навстречу, сбил с ног, и я скатился вниз по лестнице. Тогда-то он и украл у Рокси все наши деньги. – Колючий взгляд Нестара скользнул по шлюхе. – Когда он спустился вниз, я велел вышибалам остановить его. Я сказал «вышибалам», но я их уже выгнал, сэр. Более никчемных охранников я еще не встречал. Да он раскидал их в одну секунду, сэр, и вышел на улицу. Они только кажутся крепкими – большие руки, широкие плечи, – на это я и купился, но на деле они никчемные деревенские дурни.

– Это несправедливо, – возразил один из вышибал, – он просто застал нас врасплох.

– Тебе не за то платят, дурень, чтобы тебя можно было застать врасплох.

Оранус хлопнул ладонью по столу, так что все подскочили. Он поднял руку, держа большой палец в миллиметре от указательного.

– Меня отделяет вот столько от того, чтобы упечь вас всех за решетку до завтрашнего утра, – пригрозил он, – а теперь, надеюсь, вы расскажете мне все до конца, или мне придется слушать вас до скончания века?

Нестар кивнул:

– Простите, сэр. Раскидав этих идиотов, парень выбежал на улицу, где, к счастью, стояли несколько караульных, которые его и схватили. Наверное, он их тоже ранил, сэр. Вот что получается, если пустить чужеземца в цивилизованный город. Если вас интересует мое мнение, сэр.

– Твое мнение меня не интересует, – ответил Оранус, поднялся и повернулся к арестованному.

Оранус посмотрел ему в глаза, и его вдруг охватил озноб, нахлынули неясные воспоминания, задрожали руки. Глубоко вздохнув, он попытался успокоиться.

– Что скажешь ты?

Юноша встал и через деревянную решетку взглянул на собравшихся:

– Она говорит, что я украл ее деньги, выбежал из таверны и был схвачен караульными, верно?

– Кажется, так, – подтвердил Оранус, – ты имеешь в виду, что…

– Спросите ее, сколько было в кошельке.

– Ты слышала вопрос, – проговорил Оранус. – Сколько там было?

– Ну, примерно двадцать золотых, – ответила Рокси, – может, тридцать, точно не помню.

– Там было тридцать два золотых, три монеты в полсребреника и пять бронзовых, – холодно уточнил заключенный, – не кажется ли странным, что я успел их пересчитать, выбегая из таверны?

– Да, странно. – Оранус гневно взглянул на шлюху. – Значит, ты украла кошелек, Рокси. Такое преступление карается поркой – пятьдесят ударов.

– И вы больше верите ему, чем честной налогоплательщице? – дрожащим голосом вскричала она.

– Не ему, Рокси, а цифрам.

– О краже мне ничего не известно, – поднял руки Нестар, – вы ведь знаете, у меня приличное заведение.

– Да знаю я, что у тебя за заведение, – отмахнулся Оранус, глядя в испуганные глаза Рокси.

– Еще одной порки я не вынесу, – хныкала Рокси, пятясь к двери, – я умру от порки.

– Надо было об этом подумать, прежде чем красть кошелек, – вздохнул Оранус.

– Я не хочу, чтобы ее пороли, – вмешался заключенный, – имеет ли это какое-нибудь значение?

Оранус почувствовал, как стихает головная боль. Если этот дикарь не предъявит обвинения, то происшествие скоро забудется и в его кабинете снова воцарится тишина и покой. Не нужно будет заполнять бумаги, проводить дознание. Он сможет снять нагрудник, лечь на нары и закрыть глаза. Но Оранус строго взглянул на шлюху, а потом снова на арестованного.

– Это твой кошелек, – наконец проговорил он, – и преступление было совершено против тебя, а не против городской собственности. Если ты не хочешь дать делу ход, я не могу тебе препятствовать.

Он попытался изобразить сожаление и бросил испепеляющий взгляд на шлюху.

– А как же я? – спросил юнец с занозами на лице. – Он выбросил меня из окна!

– Ты прав! – мрачно улыбнулся Оранус. – Устроим открытое судебное разбирательство. Вот ты и расскажешь, как был в будуаре у шлюхи, когда ворвался один из ее клиентов и напал на тебя. Итак, – проговорил он, заглядывая в лежащий на столе журнал, – заседание состоится завтра в полдень!