Полтора элитных метра, или Получите бодрого Дракона! - Страница 20

Вампир тем временем подвел меня к портрету Дорваны. Я заметила, что он всегда непроизвольно стремится сюда, словно притягиваемый магнитом.

– Свет, я слышал, у тебя грандиозные проблемы, – тихо произнес он, глядя на мою прапрабабку, как на икону. – Я не могу в такую трудную минуту оставить тебя одну и хочу помочь. – С этими словами он снял с безымянного пальца свой массивный перстень с рубином и протянул мне. – Не как невесте, нет. Хватит с нас обоих этих уз. Я хочу дать тебе свою защиту, как кровному члену семьи. Я перед лицом моей мертвой супруги признаю тебя, княжна Сангиус Ангуис Торта Орис-Беллигеро Омаг-морт Драко, правящая династия Драконов, своей праправнучкой.

От торжественности его тона по моей спине пробежали мурашки. И в ту же секунду мое сердце сжалось – столько горечи и тоски было в стоящем передо мной мужчине, столько боли и безмерной грусти. С одной стороны, я очень хотела, чтобы его слова оказались правдой и мы действительно были родственниками, это дало бы ему хоть какое-то утешение. Но, с другой стороны, я не могла его так обмануть. Нужно выяснить все у крови.

– Твоя кровь снова пошлет меня на три буквы, а я уже и без всяких тестов согласен признать тебя своей, – прочитал мои мысли вампир. – Все мое – твое.

– Но я так не могу. Не могу присвоить чужое. Прости, но что-то внутри меня требует истины.

Нох-рам-Лукуш внимательно вгляделся в меня и вдруг улыбнулся.

– Подумать только! Мы опасались, что небеса падут на землю, когда это произойдет, а все получилось тихо и мирно! О святая кровь, неужели мы дождались этого дня?!

– Какого? – насторожилась я. Еще новых неприятностей мне не хватало! Что еще он во мне увидел? Я так скоро собственной тени шугаться начну.

– Не бойся, – по-отечески обнял меня вампир. – Наверное, ты знаешь, что родоначальник твоего рода, великий Аргелл, являлся сыном Сумрака? Давным-давно первым существом была драконица по имени Тьма. Ей в мужья создали дракона Света. У них родились Сумрак и Заря. А потом брак Света и Тьмы распался, и от их побочных связей появились прочие драконы. Но они были уже другими. Только потомки Сумрака и Зари несут в себе дуализм природы. Тьма хитрая, коварная, соблазнительная, агрессивная, смертоносная, опасная. Свет – нежный, ласковый, любящий, всепрощающий и всепонимающий. Два антипода, два взаимоисключения в одном сосуде. До сих пор в вашем роду доминировали гены Тьмы, и только в тебе, похоже, проявились гены Света.

– Мой папа назвал меня в его честь. Он сказал, что, как только я родилась, сквозь облака пробился лучик света.

– А когда на свет появился Вик, на город опустилась тьма, – прочитал мои мысли Нох-рам-Лукуш. – До чего же вы уникальные братик и сестра! Полагаю, ты все еще хочешь генетической проверки?

– Да.

– Что ж, не думаю, что из этого что-нибудь получится, но давай. – Он вынул из поясных ножен длинный тонкий кинжал. – Мне нужна твоя кровь, малышка.

Я послушно протянула руку. Нох-рам-Лукуш сделал небольшой разрез вдоль вены, подставил изъятую неизвестно откуда прозрачную чашу и начал сцеживать. В моих ушах зазвенело, в глазах стало стремительно темнеть. Чьи-то сильные руки подхватили меня и удержали на месте, не давая упасть в обморок. Да, если во мне и есть гены вампира, то они какие-то неправильные! А в следующую секунду на мою голову обрушился мрак.

Я мчалась среди звезд и планет, рассекая Вселенную могучими перепончатыми крыльями. Что позади, что впереди – неважно. Есть только ощущение полета, оно пьянит, уносит прочь от сомнений, от тревог, от всего мелкого и несущественного. Вот я зашла на вираж, и передо мной раскрылась следующая галактика, настолько красивая, что от восхищения я замерла, и в ту же секунду неведомая сила подхватила меня и выплюнула наружу.

Очнувшись, я поняла, что прижата к сильной мужской груди.

– Как ты? – испуганно произнес Нох-рам-Лукуш, придерживая меня одной рукой и помогая присесть на стоящий у стены кожаный диван. Во второй его руке была чаша с моей кровью.

– Обряд уже завершен? – поинтересовалась я, окончательно приходя в себя.

– Нет, – мотнул головой родич (почему-то меня тянуло именно так назвать вампира), – я хотел, чтобы ты все видела. Да и процедура определения родства пройдет гораздо проще. Все-таки ты же у нее хозяйка, а следовательно, с тобой она особо спорить не должна. Возьми чашу и, когда я отойду от тебя на несколько шагов, спроси у своей крови, являюсь ли я твоим прапрадедушкой, и попроси это как-нибудь обозначить.

Я сделала в точности как он сказал, но кровь в чаше осталась неподвижной.

– Так ты ответишь на мой вопрос или нет? – прошипела я, тряхнув чашу.

И – о чудо! – кровь в ней свернулась в фигу! Это мне, что ли?! Своей хозяйке?!

– А если по-хорошему?

Вместо одного кукиша мне показали два. Ну что за кровь нынче пошла?! Совсем страх потеряла!

– Скормлю вампиру! – пригрозила я. Надо же хоть как-то приструнить прохвостку!

Кровинка дрогнула и, трансформировавшись в стрелку, указала на Нох-рам-Лукуша.

– Что? Ему скармливать? – не поняла я.

Кровь перегруппировалась в слово «Дура!». Повторила сие высказывание бегущей строкой несколько раз, чтобы я ясно поняла, кому данный «комплимент» адресован. Затем добавила: «Этот твой», – и снова указала на вампира. Нох-рам-Лукуш, уже все отлично сообразивший, счастливо засмеялся и, в два прыжка оказавшись рядом, сжал меня в объятиях. Я чуть чашу не выронила. Кажется, в процессе он умудрился даже поцеловать меня в макушку. Только я стала размышлять, показалось мне это или нет, как новообретенный дедушка чмокнул меня в темечко еще раз и с довольным видом отступил к портрету Дорваны. Я снова глянула в хрустальный сосуд. Кровь тут же отреагировала и трансформировалась в следующую строку:

«Слышь, хозяйка, ты б своему прапрадеду прививку от бешенства при случае сделала! Что-то он буйный какой-то!»

– Будешь обижать дедушку, вылью на пол! – шепотом пригрозила я ей. Пусть утихомирится и ведет себя прилично.

«И кому ты сделаешь хуже? – огрызнулась кровь. – Буду ползать по замку и всяческие гадости показывать!»

Вот уж не знала, что моя собственная кровь такая дрянь! И – подумать только! – ЭТО было внутри МЕНЯ!

«Скажи лучше спасибо, что, когда у тебя анализы берут, я из пробирок не выпрыгиваю и лаборантов не пугаю! А ведь МОГУ! И так хочется порой! Там у вас иногда такие экземпляры попадаются. Грех не пугнуть».

Да уж, если во мне живет свет, то в моей крови явно обитает тьма! Тяжела жизнь дракона! Из-за фрагментарности души внутри словно несколько независимых личностей квартирует! Такое свойство, конечно, классно, когда в силу каких-то обстоятельств находишься в длительной изоляции. Тут уж можно оторваться на славу! И поспоришь сам с собой, и философские беседы с собственными органами проведешь, у желудка прощения за чипсы и прочие радости кулинарии попросишь, с печенью договоришься. В общем, удобно. Возникающий эффект общения помогает не одичать и не сойти с ума от скуки, но вот в нормальных человеческих условиях иногда хочется заглянуть к психотерапевту.

Тем временем Нох-рам-Лукуш, довольно улыбаясь, взял меня за подбородок и принялся внимательно рассматривать.

– Слушай, дедушка, а куда мне теперь эту кровь девать?

– Давай мне, – улыбнулся он, протягивая руку. – Я с ней буду на досуге общаться, когда тебя рядом не будет.

«НЕТ, НУ ТОЧНО ПСИХ! – торопливо пробежала строка из моей крови. – ХОЗЯЙКА, НЕ ОТДАВАЙ МЕНЯ ЕМУ! ПО ГЛАЗАМ ВИЖУ, ЧТО ОН МАНЬЯК!»

Что еще пыталась сказать моя кровь, не знаю, потому что прапрадедушка закрыл хрустальную чашу какой-то специальной крышкой, достал из кармана черный платочек, заботливо обернул сосуд и спрятал в полах плаща.

– Слушай, а ты теперь меня замуж не выдашь под шумок? – вдруг насторожилась я. Есть у вампиров пагубная страсть пристраивать своих отпрысков (особенно женского пола) в хорошие руки.

– Что ты! – отмахнулся вампир. – Зачем тебе застревать в этом гадючнике? – И, горько улыбнувшись, вздохнул. – К тому же один печальный опыт меня научил никогда не принуждать Дракона к чему-либо.