Половинка с характером (СИ) - Страница 191

Сюмин едва заметно склоняет голову на бок, щурясь, рассматривая омегу о котором накануне читал в деле Хуана. Ещё одна крайне любопытная история. Глядя на этих двоих даже не скажешь, что в прошлом жизнь не то, что их потрепала, а проехалась всей своей вооруженной техникой.

Бекхён ошарашенно взмахивает длинными ресницами, когда его хватают под руку и тащат в сторону двери в кабинет.

— Не люблю ждать. Уверен, Тао сможет уделить мне время.

Толкнув дверь, Минсок добродушно пропускает вперед всё ещё растерянного парня, на которого устремляются взгляды Тао и Криса.

— Тао, я честно пытался его остановить, но…

— Всё в порядке, солнышко!

Не удерживаясь, чтобы ещё немного не похулиганить, Ким приобнимает Бекхёна, чмокая в макушку.

Взгляды Ву и Хуана ярко отражают их мысли, что здесь Сюмину не так уж и рады. Но, во-первых, ему не привыкать, а во-вторых, разве Минсока когда-нибудь волновало чужое мнение?

Появление в кабинете Чена происходит внезапно и в первый миг Сюмин раздражается, когда на него не обращают внимания. А ещё внутри неприятно цепляет при воспоминаниях о собственных срывах и попытках избавиться от мыслей о Чонде. И вот они вновь встретились, но альфу, похоже, это ничуть не заботит, а значит, все переживания Минсока не имели смысла.

Ещё одно неприятное открытие — это внутренний трепет у омеги при появлении финансового директора.

Запах грозы будоражит сознание, неприятными иголками вгрызаясь внутрь воспоминаниями об их совместных развлечениях, жарких ночах, свадьбе. Никто никому тогда ничего не обещал и громких слов о любви до гроба не давал, но за тот чёртов месяц, семь лет назад, Сюмин влюбился. Единственный раз в жизни и ничего путного из этого не вышло.

Злость на себя и альфу заставляет кровь закипеть в мгновение ока. Непринужденно вынув сигарету и зажигалку, пока все сосредоточены на Чене, Минсок закуривает. При этом он прикрывает огонь ладонью, потому что он читал о пирофобии Тао, а случайные истерики в его планы не входят. Хорошо хоть бледный тлеющий огонек не вызывает сильных эмоций. К тому же у Хуана вероятно шок от происходящего вокруг, чтобы концентрироваться ещё и на этом.

Чен впервые смотрит в глаза истинного, во взгляде которого явственно читается неприкрытый вызов. Жаль только, Чонде всё также же невозмутим и спокоен.

— В нашем офисе не принято курить.

Сюмин хочет проигнорировать это, но почему-то становится неуютно и бегло проскальзывает мысль: «Если он узнает не только о пристрастии к сигаретам, но и о моем прошлом с алкоголем и наркотиками, он будет испытывать только отвращение». Мин тушит сигарету, но понимает, что сам ведет себя по-детски глупо, делая это гася окурок в фикусе. Но разве его вина, что нет пепельницы?

Во всяком случае, Минсок сохраняет видимое спокойствие, поворачиваясь к Тао:

— Я учту это. И так, на чем мы остановились, надеюсь, уж ты не откажешься составить нам с Ханем компанию в клубе?

Теперь наступает черед омеги игнорировать истинного. Идея с клубом не случайна, «Черный павлин» действительно не плохой способ расслабиться, сблизиться с новыми знакомыми, а заодно проверить какие же всё-таки отношения у Тао и Криса. Не видя хоть какой-то реакции на свои слова от Ифаня, Сюмин решает бить по больному. В конце концов, если они истинные разве не должен он более рьяно защищать свою пару?!

— Тебе точно не будет скучно. Уверен, что мы сможем найти альф, чтобы достаточно расслабиться. Обещаю, что подберу для тебя самого лучшего, способного сделать твой первый раз незабываемым!

Минсок не сдерживает развязного взгляда, игриво скользнувшего по губам язычка, ехидной усмешки и звонкого смеха. Играть лучше до конца.

Видя, наконец, побледневшего Ифаня и отчаянье в его глазах, Сюмин думает, что вероятно, всё не так безнадежно, как может показаться. Вот только Ву продолжает молчать, а уголки губ Тао понуро падают, но он собирается с духом, поднимая голову с глубоким вдохом начиная говорить:

— Про…

— Ты никуда не пойдешь.

Минсок сердито хмурится, поворачиваясь к Чонде. Отстранившись от косяка, Чен подошел ближе к столу. Несмотря на расстояние меж ними, альфа возвышается над Сюмином, глядя сверху вниз, и это бесит.

Как он смеет указывать, что делать и как поступать Мину? Не он ли размахивал бумагами о разводе не слушая мужа.

Окружающие невольно отодвигаются подальше от них. Воздух смешивается запахами снежной метели и грозы, рождая бурю. Этот аромат отрезвляет, и Минсок просто криво усмехается.

— Неужели? И кто мне запретит?

— Я. Как твой альфа. И супруг.

Сюмин сжимает зубы. За семь лет Чонде не подобрал лучше момента, чтобы напомнить ему об этом. Если бы он серьезно хотел его найти, он бы землю зубами грыз, но нашел. Но он лишь поистерил и забыл. Незаметно царапая ногтями обивку дивана, Минсок старается не терять контроля. Он вернулся в Корею не за новой ссорой, а значит, стоит направить всё в нужное ему русло.

— Собираешься обсуждать это здесь? При всех?

— С каких пор ты стал думать о чужом мнении?

С Ченом держать себя в руках сложно. Истинность не только приятный аромат и притяжение, это обострение всех чувств и эмоций, точно нервы оголяются, доводя всё до предела.

Минсок ненавидит, когда всё идет не так, как он хочет. Чонде слишком спокоен и уверен в себе, а омеге до жути хочется разбить эту маску спокойствия на лице альфы. Есть, правда, одна проблема, сорвись он и все планы будут испорчены. Поэтому он предпочитает не отвечать, поднимаясь, оттряхивая невидимые соринки с одежды, давая себе время успокоиться, и, безмятежно улыбаясь, оборачивается к Хуану.

— В пятницу жду в клубе! Отказ не принимается! Если что, найду и приволоку силой! Всем пока!

Небрежно взмахнув рукой, Сюмин направляется к дверям, но останавливается, разворачиваясь, и глядя в темные глаза Чонде, холодно и серьезно добавляет, так, будто остальных нет рядом:

— Сегодня в восемь в баре возле моего дома.

Вновь изобразив улыбку, омега вышел из кабинета, гордо подняв голову.

*

Минсок нервничает, хотя старается не подавать виду. Чтобы отвлечься от нервотрепки, Сюмин болтает с барменом, а после просит музыкантов позволить ему присоединиться к ним. Музыке он учился давно, ещё в школьные годы, но пальцы помнят прошлые навыки и незатейливо принимаются порхать по черно-белым клавишам фортепьяно, стоит омеге сесть за инструмент.

Мелодия помогает сосредоточиться и сконцентрироваться. Хотя где-то с середины выступления он чувствует пронзительный взгляд. Поднимаясь с мягкого сиденья и, поклонившись зрителям, Минсок обводит взглядом бар, замечая Чена неподалеку от сцены.

Спустившись вниз, Сюмин заказывает себе «Маргариту» и заводит разговор с Чонде, не удерживаясь от возможности слегка поддеть мужа, что он явился без своих дражайших бумажек на развод.

Альфа не выглядит настолько уверенным, как в офисе, чего не скажешь о Минсоке. В отличие от супруга, он с сокрытием собственных чувств и эмоций справляется на ура. Ему даже льстит напряженность Чена и внимательный, даже жадный взгляд, которым он смотрит на него, пусть и старается это скрывать.

Чуя подвох, но не зная, откуда его ждать, Чонде всё-таки соглашается на условия о 24 часах. Сюмин, получив первую часть желаемого, поспешно уходит. Ему нужно ещё закончить с приготовлениями к завтрашнему шоу, хотя зная, что альфа купится на его обмен, омега начал свою подготовку заранее.

Уходя, Минсок подмечает, как Чен закрывает глаза, жадно вдыхая его запах. Омега с толикой горести ехидно усмехается, но и сам старается напоследок уловить грозовые нотки в воздухе.

*

24 часа крайне мало и много одновременно.

Как бы Сюмину не хотелось вместить в них всего и побольше, сделать это невозможно. Но почему бы не попытаться использовать их последние общие часы так, чтобы они остались хорошим воспоминанием, несмотря на трудности взаимопонимания.