Половинка с характером (СИ) - Страница 153

Остановившись перед одним из кабинетов, Джун кивает в сторону двери.

— Нам сюда. Доктор Гу очень рекомендовал этого врача.

— Да. Я помню.

В очереди помимо них ещё два человека. Усаживаясь на скамью, Джун тянет за собой Тао. Парень оглядывается по сторонам, наблюдая за такими же беременными. У кого-то живота ещё не видно, а кто-то уже готовится скоро рожать. В ожидании он нервно перебирает пальцами, пока не приходит их очередь и, поднимаясь, они заходят в кабинет.

Стоит переступить порог, как Тао удивленно распахивает глаза.

— О?!

— Тао? Привет! Какими судьбами?

Омега теряется, касаясь живота руками.

— Привет, Гэн Синь. Да я как бы…

— Вот оно что! — альфа доброжелательно улыбается, — Тогда поздравляю! Проходите!

Тао теряется. Он, конечно, знал, что Линь врач, вот только никогда не интересовался его профилем, видимо зря. Представив Гэн Синя и Джуна друг другу, парень присаживается на место пациента. Линь улыбается старшему омеге, а затем становится серьезней, изучая анализы, сданные Тао на минувшей неделе, и проводя осмотр. Под конец Линь заверяет омег, что с детьми все в порядке, и они развиваются нормально. Парень смущается своего положения и испытывает неловкость из-за того, что так и не закончил подготовку к свадьбе, поэтому, когда прием окончен, он просит Джуна подождать за дверью, а сам приносит Гэн Синю извинения за свой внезапный уход. Альфа отмахивается, улыбаясь.

— Не переживай. Ты и так сделал очень много, да и Бекхён отлично справляется. Сразу видно профессионалов. И, Тао, если потребуется помощь альфы, можешь обращаться в любое время.

Хуан хочет отшутиться, что у него уже есть альфа, но по взгляду Линя явно читается понимание его ситуации. Поднимаясь со своего места и подходя к парню, Гэн Синь, ободряюще касается плеча.

— Бинбин тоже за тебя тревожится. Можем мы как-нибудь навестить тебя?

— Да. Спасибо вам.

— Не за что. Мы ведь друзья. Поэтому если что — звони!

Тао с благодарностью смотрит на альфу, посмеиваясь.

— Да уж. Судя по всему, если что-то случится, мне придется обзванивать абсолютно всех знакомых.

— Значит, тебе уже повезло и ты не один. Некоторые остаются действительно в одиночестве. Хотя мы и стараемся помогать таким омегам.

Тао устало кивает. Ему и, правда, грех жаловаться. Его действительно вокруг все поддерживают. Он не один. Вот только избавиться от чувства одиночества все равно не выходит, потому что сильнее всего он нуждается в человеке, которого рядом нет.

====== Глава 39. Всё тайное становится явным ======

Девушка улыбается, кокетливо поглядывая на Ифаня, поправлявшего ей лямку и края отделанного кружевом лифа.

— Крис, а ты встречаешься с кем-нибудь?

Ву хмурится, отходя назад, оглядывая девушку с головы до ног.

— Нет. Меня это не интересует.

— Совсем? Может, как-нибудь сходим куда-нибудь вместе, развлечемся?

— Не стоит.

— Фи! Зануда!

— Я закончил. Можешь идти на съемку.

Скривившись, девушка закатила глаза, разворачиваясь и выходя из студии, цокая каблучками.

Выдохнув, альфа оглядывает комнату заставленную манекенами, широкими столами, сплошь заваленными тканями, выкройками, швейными принадлежностями и всевозможными материалами для отделки: бусинами, пуговицами, перьями.

Отходя к одному из столов, Ифань упирается ладонями в поверхность, опуская голову.

Спустя столько лет у него, наконец, есть возможность создавать одежду. Пока в качестве помощника, но с перспективой стать самостоятельным дизайнером.

Он мог бы сказать, что доволен тем, что исполняет собственную мечту, но сердце болит, томя воспоминаниями об истинном. Ву хочет надеяться, что с годами сможет смириться с разлукой, хотя четко понимает, что будет любить Тао всю свою жизнь несмотря ни на что. Потому что для него он — единственный.

— Крис, — выпрямляясь, альфа оглядывается на заглянувшего в мастерскую молодого парнишку, — господин Сего просил подобрать наряды для ещё двух моделей на постеры, пока фотограф не уехал.

— Хорошо. Сейчас сделаю.

Парень скрывается за дверьми, а Ифань возвращается к работе.

*

Начало ноября. За окном моросит холодный дождь.

Склонившись над столом в гостиной, на котором были разложены листы бумаги, линейки, карандаши и ластик, Тао что-то старательно чертил и вырисовывал. От усердия он даже высунул кончик языка.

Жизнь, сменив направление, меняла краски.

За минувшие почти два месяца его живот стал заметнее, хотя все ещё был небольшим.

Первое время парню нечем было заняться, и он начал гулять по своему новому (старому) городу, настолько маленькому, что при желании его можно было обойти по кругу за день. Джун, переживая за него, часто наведывался в гости, пока не убедился, что Тао неплохо справляется самостоятельно. После этого старший омега смог вернуться к работе, хотя с Сяомином они не забывали заезжать к младшему несколько раз в неделю.

Джун хотел, чтобы Тао рассказал о беременности Бекхёну, но парень все ещё не мог на это решиться.

Созваниваясь с братом, он сочинял, что находится в Японии. Бек продолжал ворчать на Ифаня и порой на Чанёля, который всеми силами пытался найти друга и отказывался верить, что Ву мог дурно обойтись с истинным. По этой причине между ними висело недовольство, хотя альфа старался в нужные моменты сглаживать негодование мужа, чтобы не поругаться. Поэтому Хуан старательно убеждал Бекхёна, что с ним все нормально, чтобы в нужный момент Бек смог спокойно принять известие о том, что скоро станет дядей и не решит устроить вендетту Крису, а заодно и Чанёлю.

Разбирая оставшиеся коробки, Тао нашел рисунки своего папы. Пусть Цзин Сян не был художником, но страсть к рисованию была его излюбленным хобби. Именно поэтому у Тао было к рисованию особенное отношение, оттого он и цеплялся к Ву с картинами, чувствуя в этом некоторую ниточку связывающую его с папой.

Поскольку свободного времени у него теперь было много, Хуан и сам начал рисовать. До этого ему случалось делать наброски для мероприятий, но с работами Ифаня его художества не шли ни в какое сравнение. И все же Тао полностью увлекся рисованием, стараясь оттачивать собственные навыки. Особенно ему нравилось придумывать дизайн помещений. А началось все с размышлений об обстановке в детской. В итоге у Тао уже было около десяти различных вариантов, как для девочек, так и для мальчиков, альф и омежек.

Следом за детской парень взялся придумывать оформление и других помещений.

Джун и Сяомин, опасавшиеся, что в одиночестве Тао впадет в депрессию, радовались, что он смог найти что-то по душе.

Парень цеплялся за любую возможность отвлечься от мыслей о Ву, понимая, что если он позволит себе хоть секундное промедление запросто сможет вернуться к прежнему состоянию. Поэтому в качестве напоминания о том, для кого он это делает, Тао прикрепил к холодильнику последний снимок узи. На нем отчетливо проглядывались двое малышей с уже полностью сформировавшимся телосложением.

Помимо родителей от одиночества парня избавляли наведывавшиеся к нему Бинбин и Гэн Синь, с которыми он проводил достаточно много времени, заметно сблизившись. Теперь Хуан мог сказать, что у него стало на двух хороших друзей больше. Чувствуя страх потери детей у омеги, Линь, чтобы снизить беспокойство, постоянно давал ему различные рекомендации: какие упражнения стоит делать, какой диеты придерживаться и многое другое.

Хуан уже знал, что его дети понемногу начинали двигаться внутри, хоть пока он это не ощущал, но с нетерпением ждал момента, когда сможет лучше с ними познакомиться.

Проведя последнюю черту, Тао с довольным видом отстранился, осматривая получившийся результат.

— Отлично! А теперь нам надо поесть!

Поднявшись из-за стола, Хуан направился на кухню, с улыбкой поглаживая животик.

*

— Посмотрим сегодня ещё пару новых домов?