Покров Шута (СИ) - Страница 161

— Ты, чёрт возьми, ещё не рассказал мне занимательную, в вашем лживом-книжнецком духе сказку о том, как ты сюда попал! — Канда не пытался ударить, но так угрожающе давил рукой в верхней части груди, будто едва сдерживался от того, чтобы не пережать шею.

— Как будто бы я обязан что-то там рассказывать, сам же называешь нас лжецами, придурок! Сам же попёрся хрен…

Хрип вырвался из горла, и юноша, уже не шутя, рванулся прочь, ударяя Юу первым попавшимся камнем.

— Чёртов псих! — надрывный кашель никак не желал успокаиваться. Похоже, удушения после слабой дозы отравляющих паров были не самым благоприятным сочетанием на свете.

Правую сторону лица темноволосого японца заливала кровь из новой, только приобретенной раны. Но от этого он как будто только стал ещё опасней. Лави с трудом заставил себя сглотнуть, отступая и махая рукой.

— Ты пошёл за Ноями! Пошёл.. кто из нас ещё здесь… ааарр!! Я не понимаю тебя!! Всё из-за этого чертова мальчишки, в котором ты за всё это время так и не разглядел любовь всей твоей жизни?

Чёрт возьми, он забыл про Муген! — понял Лави, когда молниеносным движением ему двинули по голове. Только меч был в ножнах. А до этого его вообще видно нигде не было. Да, Канда определённо знал, что делал.

И, тяжело дыша, наблюдая за упавшим Лави, демонстративно отбросил его в сторону, опускаясь рядом и проникновенно так заявляя:

— Маленький книжник вдруг взялся рассуждать о том, что ему запрещено? Это зависть? Или попытка оправдать свой выдающийся непрофессионализм?

Кто ударил следующим, Лави уже не понял.

Он знал, что он был чертовски зол на Канду.

А Канда был зол на него. И назывался демоном.

И они оба были недовольны, кажется, целым чёртовым миром.

И это становилось традицией – яростно отводить душу друг на друге до тех пор пока продолжать будет уже невозможно.

Чёрное небо продолжало угрюмо наблюдать за так и не сказавшими толком ничего парнями, так и застывшими в определённый момент друг против друга. Застывшими, замолчавшими. Отступившими и вернувшимися к реальному положению вещей.

— Здесь недалеко есть люди Ордена, — тихо произнёс Лави. — Церковь одна с ними. Я помню, у Комуи смотрел записи, — мысли его путались. — Наверное, раньше её здесь не было. Это чтобы ты успел подумать о том, что будешь де… де…

Юу смотрел на него слишком уж злобно. Или это была игра отсутствующего здесь света?

— Тогда почему ты всё ещё здесь?

Лави хотелось узнать, действительно ли умер Алма. Но он не мог заставить себя задать такой вопрос. Особенно после того, что он успел ляпнуть.

— Должен был сообщить тебе это. Дать тебе выбор.

— Вся эта болтовня, — медленно начал Юу, явно не в настроении или, может быть, в некоторой растерянности, не зная, что именно он должен говорить. — Там… Там Мояши появлялся. И он думал, что я ещё без сознания. Он болтал с Ноями, ругался с ними, будто с друзьями! Когда он вылетел в тот зал, когда… Он нёс полную хрень! Но отчего-то я уверен, что тебе и пересказывать не надо, потому что ты и без этого знаешь, не правда ли, Кролик? Уж не с его ли подачи ты здесь оказался? И не отрицай, что вы оба успешно поддерживаете с ним связь. Умалчивая о том. Уж не потому ли что он вдруг заодно с Ноями? А? Или ты мне ответишь, наконец: кто такой чёртов Мояши?

Лави прикусил разбитую в кровь губу и кивнул, закрывая глаз и вздыхая. Он не должен был вообще ничего говорить. И дождаться здесь Канду. Уже тот факт, что Лави ошивался где-то поблизости, мог взбесить его, и как Лави оправдываться, объясняя, что он не пытался ничего выяснить и не имел таких намерений? Он будущий книжник — крыса, что, скрываясь в тёмных щелях, охотится лишь за информацией, зачастую пренебрегая моралью, доверием и привязанностями. Среди его предшественников было достаточно таких.

— Аллен? Он… Он, знаешь ли, владелец Плаща Шута. Он экзорцист, что носит под собственным сердцем Сердце этого мира, Хранителя Человечества. Тот, кто охраняет его, бережёт, защищает людей и нас, экзорцистов, защищающих этот мир. И он же… — Лави понятия не имел, почему отвечает так. — Он же Четырнадцатый Ной, в теле которого обе его стороны отлично уживаются и ничуть не притесняют друг друга. Вот кто такой Аллен Уолкер.

Кажется, для Юу этого было достаточно. И если Лави был прав, то теперь он имел право знать. Знать и ненавидеть Аллена за всё, что сделала семья Ноев.

— Ты не собираешься возвращаться в Орден, так?

Юу не ответил. Впрочем, его молчание и было ответом. Возможно, Лави стоило добиться ответа и увидеть тело Алмы, чтобы действительно понять. Это было бы сложно для него, очень сложно, ладонь машинально накрыла закрытый глаз, но он не собирался делать это сейчас и вообще никогда. Он найдёт другие источники информации. Только сегодня он позволит себе дать слабину. И останется на ногах, по крайней мере.

Он развернулся, намереваясь выйти на связь с Орденом или именно с Книжником, уже придумывая правдоподобную легенду для возможных свидетелей.

— Что ты делаешь, Кролик? Ты всё это время… ты носишься с этим мелким, скачешь по Ковчегу Ноя, договариваешься о чём-то, творишь хрен знает что! Что… что это должно значить? Что ты творишь?

— Я? Что я творю? — Лави с горечью усмехнулся Юу. — Разве ты уже не ответил на этот вопрос, помянув мою природу? Скорее всего, я наблюдаю.

— Наблюдаешь? — недоверчиво прищурился Канда.

— О да! Я лишь безымянная тень, наблюдающая со стороны и не имеющая права вмешательства! Летописец, высекающий истину в камне, что никогда не откроется людским глазам! Тот, кто хранит историю человечества и его самую большую и больную тайну… И я… — постепенно повышавший голос юноша поперхнулся, давясь мыслями и чувствами. — Я — ученик Книжника, я делаю то, что должен. И таким, как я, должно быть плевать на способы и цену!

Вот только сегодня он не воспользовался ситуацией и не решился платить цену.

И пока не знал, сожалеет ли об этом.

Комментарий к Глава 56. Передача. Комм автора: это совершенно невыполнимая, но удивительная Лаванда. Они оба так далеки и такие разные: Канда со своими чувствами и отчуждённостью, Лави, желающий стать настоящим Книжником, наконец-то начавший ощущать, что именно это значит.

Почему я так люблю всё усложнять?

P.S. кто хочет главу в понедельник?

====== Глава 57. Логическое завершение. ======

Аллен планировал многое сделать до своих «родов». Аллен действительно планировал разобраться во многих вещах, отладить незаметный проход в белый Ковчег, к примеру, не раз побеседовать с Графом на различные темы, обязательно продолжить тёплое общение с Вайзли, познакомиться заново с тем, кто был его отцом в прошлой жизни, и смириться с тем, что роль отца в этой выполнял его брат, который, несмотря на не пробудившиеся ещё гены, удивительно гармонично вписался в Семью.

Несмотря на все страхи, Аллен чувствовал себя частью этой Семьи.

Несмотря на все отвратительно складывающиеся события, он считал, что ситуация с Алмой и Кандой разрешилась неплохо, и, более того, он сумел наладить отношения с Правосудием, вид меча которого всё ещё вызывал в нём очень неприятные ощущения.

А Алма… как оказалось, спасти его в том виде, в котором он хранился запечатанным в Ордене, было невозможно. Они сами не могли разбудить его, да и его тело было не в лучшем состоянии. Так храниться оно вполне могло, а вот жить… искусственно созданное тело с усиленной регенерацией дало сбой после того, как его изрубили на куски до предполагаемого состояния смерти. У Ноев была идея поднять Карму с помощью тёмной материи. Они могли пробудить его, связавшись с сознанием Канды, таким образом не столько надавив на воспоминания, сколько потянув за связь, что тянулась от Алмы ещё с прошлой его жизни.

Аллен не был уверен, что Алму ждало бы хоть что-то хорошее, попади он таким в руки Ноев. И он был рад, что Юу сумел им противостоять. И не только противостоять, но ещё и сумел кристаллизировать Муген. И, что главное, Аллен действительно ощутил в нём то, что определяло Жрецов тысячелетие назад. Вот только вопрос о его жизни оставался открытым. Теперь следовало присмотреться и к Линали и задуматься о том, что делать с девушкой, которая застряла в самом змеином клубке.