Подробности мелких чувств - Страница 30

ила об этом громко, даже с каким-то вызовом, Филипп молчал, но криво улыбался, и мама криво улыбалась, получалось, что речь идет как бы о Лилии Ивановне, она тут одна бабушка-старушка, и вот, не называя ее, ей показывают, как она никого не умиляет.

- Я не храплю, - сказала она.

- Воистину ты - ты! - воскликнула Майка. - Ты не допускаешь, что речь может идти не о тебе, если речь вообще о ком-то идет.

"Получай, фашист, гранату", - подумала Лилия Ивановна, а мама подмигнула ей: знаю, мол, знаю.

- Так когда? - спросил Филипп.

Они уже попили пустого чаю, хотя и конфеты, и печенье, и разное печево стояли на столе. Только мама пальцами прошлась по конфетным одежкам и сказала вызывающе: "Конфекты!" Так она говорила всегда, когда все уже перестали вставлять эту лишнюю и претенциозную букву, намекающую на некий другой язык жизни, где жили люди с более искусными словами, поскольку они сами, люди, были поискусней. Не то что...

- Так когда? - повторил Филипп.

- Днями, - ответила Лилия Ивановна. - Дай мне собраться.

Когда закрылась за ним дверь, возьми и скажи скорей себе, чем Майке: "Он что, ждал, что я прямо сейчас съеду?"

- Ты про что? - спросила дочь.

"Ну да, - подумала Лилия Ивановна, - ей еще предстоит узнать".

- Тебе предстоит узнать, - сказала со всем возможным к случаю спокойствием.

Его было бы больше, не торчи в прихожей мама, которая шла как бы на выход, но замерла с руками калачиком. Так уже никто не держит руки под грудью, они всегда заняты, руки, они все время в движении, суете. Какой из них калачик?

- Дочь! - сказала Лилия Ивановна. - Я тут не прописана, как ты знаешь... И потому съезжаю туда, где прописана. Не поссоримся?

Конечно, слово произносимое надо выверять лучше. Прежде чем что-то ляпнуть, хорошо бы слово посмотреть на свет, попробовать на зуб. Неплохо бросить слово в кипяток и посмотреть, каково оно в кипении, не распадается ли на буквы, а потом быстро достать шумовкой и кинуть в морозильник, наблюдая за шипением, возникновением паров и силой запаха. Но где же взять на все это время, когда двое дышат друг другу в лицо, а третья - мама - притулилась сбоку, и теперь у нее уже кисти замочком, а большие пальцы быстро-быстро - так просто не бывает в живой жизни - крутятся друг вокруг друга.

Не выверенным в эксперименте оказалось слово "поссоримся". Оно-то и пошло в рост. И еще как! Крик стоял такой, что Лилии Ивановне тут же заложило уши, и она, господне благословение, перестала слышать. Вообще. Но видеть стала как раз лучше. В открытом криком рту дочери свинцово посверкивали пломбы, оказывается, их там много, а она уже и не знала. Непристойно мокрый язык опенился слюной, и Лилия Ивановна подумала: "Надо было умереть пять минут тому назад".

- У тебя и молочные зубы были плохие, - сказала она невпопад, потому что была в пограничном состоянии, уже и не жизни, но еще и не смерти.

В таком состоянии людей берут голыми руками и делают с ними что хотят.

12

Время сдвинулось,Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com