Почему цветет святая вода (СИ) - Страница 1

- Беги отсюда, милый, пока не поздно, - Курт нервно дернул плечом, игнорируя соседку, осеняющую его крестом.

Вставив ключ в скважину, парень скорее повернул его один раз, но на втором повороте старый замок заело. Женщина, наблюдающая за ним с порога своей квартиры, оживилась.

- Еще не поздно! Собирай вещи и беги прочь! Нечистый дух завладеет тобой!

- Проклятье! – прошипел Курт, что есть сил дергая ключ. Тот поддался. Парень перевел хмурый взгляд на соседку. Фыркнул, заходя к себе. – И вам приятного вечера.

Миссис Уолс или, как она просила ее звать, Дженни, сведет его с ума, если продолжит в том же духе. Курт переехал сюда всего два дня назад, а эта безумная тетка с тремя котами уже достала его своей богословской чушью.

Может, именно из-за нее квартира стоит так дешево?

Если бы он только знал… все равно бы переехал, выбора нет.

Стащив с себя куртку, Курт отцепил от кармана рубашки рабочий бейджик, где значилось: «Курт Бердс, консультант» . На ходу расстегивая пуговицы, парень двинул в комнату, стараясь как можно быстрее достать домашнюю майку и ветровку. Дома, несмотря на теплое время года, было прохладно. Или этот холод – результат бесконечных шепотков миссис Уолс?

- У кого-то с головой не все в порядке, - растягивая рукава, чтобы закутать в ткань пальцы, сам себе тихо пробурчал Курт.

После переезда он начал частенько говорить вслух, хотя раньше такой привычки за собой не замечал. Магия дома, наверное.

И тишина.

Она – так особенно.

От нее хотелось избавиться, что было проблематично. Телевизор Курт не купил, считая это напрасной тратой денег, а ноутбук с большой фонотекой оставался на работе.

Тишина не была угнетающей или пустой. Она была выразительной. Даже слишком выразительной. Почти живая. И от этого неясного чувства делалось жутко.

- Долбанутая баба, - поморщился Курт, мерзло поводя плечами, что тоже стало новой привычкой. – Все из-за нее!

Бердс, продолжая ворчать на соседку, зажег газовую плиту, достал металлический чайник, наполнил его водой и поставил на огонь. Вода быстро вскипела, чайник засвистел, и свист этот почти слился с тихим смешком.

- Что за? – напрягся Курт.

Длинные тонкие пальцы сжались на ручке чашки. Свободной рукой парень выключил газ. Все смолкло.

- Показалось, - Курт облегченно выдохнул.

Ему ответил смешок и мигнувшая лампочка на кухне.

Чашка выпала из враз ослабевших пальцев. Курт замер, боясь пошевелиться, и весь обратился в слух, напряженно вглядываясь в лампу. Вероломный источник света больше не шалил, никаких посторонних звуков слышно не было.

Курт, прождав несколько минут, едва слышно перевел дыхание, все еще настороженно прислушиваясь.

Ни-че-го.

- Глюкануло не слабо, - успокоил сам себя Курт. Все равно успокаивать его больше некому.

Время от времени косясь на лампочку, выход из кухни и окно, за которым в ночной темноте ничего не было видно, парень собрал осколки чашки. Самовнушение сработало, но очень относительно. Пить чай перехотелось. Ужинать - тем более.

- Давай, что ты как малой себя ведешь, - уговаривал себя Курт, замерев на пороге светлой кухни и вглядываясь в темный коридор, который надо было пройти, чтобы попасть в зал, а оттуда в спальню. – Всего пара метров до включателя.

Курт замолчал, подозрительно прислушиваясь – ни на какие смешки его воображение больше не расщедрилось, что не могло не радовать.

- Ну, - выдохнул, как перед прыжком, парень, - вперед.

Расстояние до включателя Курт преодолел за секунды – видел бы его школьный преподаватель физкультуры! О его «позорной для парня неспортивности» и речи бы не шло!

Зажегшийся свет рассеял неясные страхи, стало как будто легче дышать.

Осветившийся зал, а затем и спальня сделали полупустую квартиру почти уютной.

- В угол возле окна нужно будет поставить фикус, - решил Курт.

Как этот самый фикус выглядит и что собой представляет, парень вообще знал очень смутно, но все равно был уверен – растение нужно ему обязательно.

- Спать пора, - отчитался сам перед собой Бердс, ставя будильник.

Со смутной тревогой обернувшись на кухню, парень пошел выключить там свет, потом в коридоре, зале и, наконец, в спальне.

Собирай вещи и беги прочь!

Слова миссис Уолс не выходили из головы. Проклятье, даже если бы они ее покинули, неугомонная тетка поспешила бы напомнить о них!

Курт перевернулся на другой бок, со стоном зарываясь носом в подушку.

Эта ненормальная уже в день его заселения «порадовала» - вместо традиционной выпечки притащив бутылку со святой водой.

Курт тихонько рассмеялся, вспоминая свое изумление.

Когда его смешку отозвался чей-то еще, более хриплый, смеяться расхотелось. Курт резко заткнулся, но эхо смеха его примеру не последовало. Где-то в стороне кухни раздался звон разбившегося стекла. Бердс тяжело задышал, кусая губу, чтобы сдержать испуганный вопль.

- Я же трезв! Трезв? Мне не кажется? – на грани слышимости шепнул Курт, испугавшись звука собственного голоса.

Виски мгновенно вспотели, а когда парень приподнялся на кровати, с грохочущим сердцем прислушиваясь к отчетливому смеху за стеной, капли пота потекли вниз по щекам. Свободная майка, служившая пижамой, мерзко прилипла к спине, но это было последнее, что волновало Курта. Оцепенение охватило парня, боящегося пошевелиться. Сердце, казалось, остановилось. Смех прекратился, но лучше не стало – наоборот, еще страшнее. Необъяснимый Ужас притаился за спиной. Словами этого было не объяснить, но внезапно Курт отчетливо понял – нужно валить из спальни, как можно быстрее, потому что если он останется… Что случится - неизвестно, но от этого только хуже. Что-то отвратительное.

Это будет конец.

Необъяснимый Ужас стал еще отчетливей.

«Он за левым плечом», - вдруг понял Курт. Длинные пряди волос промокли насквозь от холодного пота – нужно бежать.

Собирай вещи и беги прочь!

«Сейчас!» - раздался голос в голове Курта и он, одним движением сбросив одеяло, выскочил, не оглядываясь, из спальни, захлопывая за собой дверь и прижимаясь к ней спиной.

Тихий смешок откуда-то сверху звучит… Одобрительно?

Думать о чем-либо уже нет сил, но тот Необъяснимый Ужас как будто отошел на задний план.

Дрожащей рукой Курт включил свет, но легкости в дыхании нет – грудь словно сдавило железным обручем. На глаза попалась бутылка со святой водой, выданная возможно не такой уж и больной соседкой. Парень бросился к ней, откупоривая крышку. Не рискуя открывать дверь, потому что за ней явно кто-то есть, он широким жестом выливает воду на дверь.

Гулкий стук, очень похожий на то, что кто-то обессиленно ударил с той стороны кулаком по дереву, и все смолкает.

«Почему у меня не возникло и мысли убежать из квартиры?» - последним мелькает в голове у Курта, прежде чем он теряет сознание.

***

Возвращаться в квартиру Курту было откровенно страшно.

Не давала покоя мысль, что все это, возможно, не просто игры его подсознания, а реально существующий полтергейст. Или все же нервы? Как бороться с сомнениями в своей нормальности, парень не знал, а потому решил действовать по проверенной веками схеме – он безобразно напился.

- И что мне делать? – спросил, пошатываясь, Курт у потолка, прежде чем упасть в одинокое кресло. – Я не могу отсюда уехать.

Потолок промолчал.

Курт перевел расфокусированный взгляд в угол, где в будущем будет здравствовать фикус.

- Тебя здесь, конечно, пока нет, но скажи мне… Это нормально?!

- Нет, - осторожно ответило ему отсутствующее растение.

- Вот и я так думаю, - согласился юноша.

От пустого места из-под фикуса вряд ли можно ожидать более конструктивной беседы, нежели та, что уже произошла, а потому Курт посмотрел на по-прежнему запертую дверь спальни. Нехорошее чувство притупил алкоголь, но даже он не мог заставить парня открыть дверь. Курт повел плечами, натягивая на пальцы свитер, куснул ноготь.